неведомую черту. От беспрестанно бьющих по воде отростков, некоторые из которых достигали нескольких метров в длину, во все стороны летели ошметки ряски, комки ила и целые фонтаны грязи. Стоящие у самой воды люди мигом покрылись этими вонючими брызгами с ног до головы. А уж звук от соприкосновения каждого щупальца с поверхностью болота был таким, что от него то и дело закладывало уши. И это не считая того, что меня буквально высасывал терзающий их Эриол. Того, что пораженные люди на какое-то время опасно оцепенели. И того, что с каждым рывком твари хоть на капельку, но умудрялись-таки подобраться к нам поближе. Так, словно держащий их за глотку… или что там у них было… клинок начинал постепенно сдавать позиции.
Или, может, правильнее было сказать, что это у меня не хватало сил для того, чтобы с ними справиться?
– Назад! – скомандовал первым вышедший из ступора господин Иггер. Заслышав его зычный голос, гвардейцы тоже очнулись и отпрыгнули к центру острова. Все, кроме меня. – Миледи, уходите!
– Не могу, – сжав зубы, процедила я, с трудом удерживаясь на твердой земле. – Если я уйду, они ринутся за вами.
– Миледи!
Ох, как же громко они орут! От одной такой твари уши в трубочку сворачивались, а тут их сразу несколько!
– Не мешайте, – я торопливо мотнула головой, почувствовав на плечах чьи-то сильные пальцы. – Если упаду, ловите, чтоб не утопла, но пока не лезьте! Я еще могу… держаться… какое-то время…
– Нет! – упрямо прорычал над ухом командир и, не дожидаясь возражений, резким движением оттащил меня от воды. – Довольно! Вы больше ничем не сможете помочь!
– Да не лезь же, болван! Кому сказала?! – с досадой простонала я, когда вместе со мной из болота показалась недовольно светящаяся «плетка». Потом заметила, как одна из тварей кинулась в нашу сторону, освобожденно поводя отростками. Сочно выругалась, из последних сил отпихнулась от настырного охранничка, который только что испортил мне всю обедню. Расширенными глазами уставившись на устремившееся к нему громадное щупальце, которое в охвате едва ли уступало вековому бревну, торопливо рванула на себя Эриол. Отчаянно торопясь, вскочила на ноги, не обратив внимания на то, как предостерегающе вскрикнул кто-то со спины. И, в последний момент отпихнув согнувшегося от боли командира… а нечего было подставляться!.. гаркнула:
– Меч!
После чего поспешно рухнула на колени, пропуская над головой рухнувшее с высоты полутора человеческих ростов «бревно». Сжала уже знакомую рукоять, плавно переходящую в узкое, серебристо-голубое лезвие. Проворно развернулась, одновременно вскидывая руку, и с облегченным выдохом полоснула клинком по склизкой конечности.
К счастью, Эриол оказался на высоте – отрубленная лапа с мерзким чавком свалилась на голову зло шипящему командиру, надолго погрузив его в целительный сон. Другая такая же лапа, намеревавшаяся цапнуть меня за пояс, тоже поплатилась за жадность и со смачным шлепком грохнулась мне прямо под ноги. А вот за третьей я не уследила. Вернее, просто не успела среагировать, поскольку последняя трансформация оружия забрала почти все мои силы. Как результат, получила чувствительный удар в грудь. Отлетела на несколько шагов, крайне неудачно приземлившись на спину. В довершение всего крепко приложилась затылком и на какое-то время потеряла ориентацию в пространстве. А когда пришла в себя… довольно быстро, надо признать – не иначе как мягким местом почуяла неладное… то обнаружила, что меня кто-то нагло обхватил за ноги и с приличной скоростью тянет вниз, к болоту, не обращая внимания на кинувшихся на подмогу Драконов, их бесчувственного командира и даже на то, что я безуспешно пыталась вырваться из стальных тисков все то время, пока не ухнула с размаху в болотную жижу.
Ощущения при приводнении понравились мне еще меньше, чем в первый раз: холодно, гадко, противно, да еще икры разнылись в том месте, где к ним прижимались присоски… не иначе они работали, как рты у обычных пиявок. Позволь такому впиться в свое тело, и все – потом не отдерешь, пока проклятая тварюга не насытится. Но если обычная пиявка высосет пробирку крови и отвалится, то сколько может поместиться в эту зверюгу?! Цистерна?!
И все бы ничего, но эта сволочь еще и подвесила меня вниз головой! Мало того, что сперва от души макнула в болотную воду и протащила незнамо сколько метров под водой, едва не утопив! Потом снова выудила наружу, помотала хорошенько в воздухе, отчего меня всерьез замутило, а теперь, похоже, собралась вдоволь поиздеваться, то окуная меня в болото, то снова выдергивая!
Ощутив собственную беспомощность, я, наконец, разозлилась всерьез и, бросив осторожничать, вцепилась в тугое кольцо на ногах обеими руками. На Драконов вообще не рассчитывала – что они сделают, стоя на берегу? Не кинутся же вплавь, пытаясь отбить меня у монстра? Арбалетов у них нет, луков тоже, к сожалению, никто не догадался прихватить. Так что вариантов у меня на самом деле немного. И самый лучший из них – это испортить твари всю обедню, заставив ее подавиться. А что еще остается делать? Позволить ей жиреть на таких деликатесах, как молодая Ишта?
Щаз!
Извернувшись, я выждала, пока меня не пронесет над всплывшим на поверхность болота чудовищем, и от души полоснула по отросткам Эриолом. Те, как и следовало ожидать, разжались. Я с приглушенным воплем ухнула в болото, постаравшись не угодить в раззявленный под водой гигантский рот с множеством зубов. К счастью, упала почти в примеченную точку, соскользнула с гладкой башки, оказавшейся еще более мерзкой на ощупь, чем на вид. Наконец, мстительно ухмыльнулась и, отыскав на одной из сторон этой туши круглый глаз, закрытый толстой матовой пленкой, с неимоверным удовольствием воткнула туда удлинившийся Эриол.
Ох, как она заорала… как она мерзко орала, пока я кромсала ее клинком, позабыв про усталость. Честное слово, я давно с таким наслаждением не убивала, как эту проклятую тварюгу. А когда она, наконец, перестала месить воздух обрубками щупалец и затихла, просто опустила руку под воду и, дождавшись двух мощных всплесков, отозвавшихся ноющей болью в правой руке, кровожадно огляделась.
Ну? Кто тут еще желает полакомиться Иштой?
Как оказалось, желающих больше не нашлось – пока я разбиралась со своей тварью, Драконы каким-то чудом умудрились выманить на сушу вторую и, ловко обрубив ей конечности, яростно добивали, словно вымещая на визжащей от боли зверюге все переживания этого дня. Та металась, безостановочно выла, пытаясь отползти и даже откатиться обратно в воду, но валлионцы озверели настолько, что буквально покромсали ее на куски. А после того, как она, наконец, угомонилась и перестала дрыгаться, свирепо
