что против человека они как правило глаза в пол и соглашаются со всем. Какой-то комплекс вины… или Три Закона Робототехники? Валькирия не может причинить вред человеку или своим бездействием допустить, чтобы человеку был причинён вред? Бред. Хотя… если мы допускаем что валькирии — големы, то чем голем от робота отличается? Такой же искусственно созданный объект, который подчиняется создателю, вернее — вложенной в него создателем программе. Неудивительно, что кто-то при создании валькирий озаботился тем, чтобы они человечество не почикали, прописал это вот «сострадание» человеку или скорей — беспомощность перед насилием со стороны людей.
— Валькирии были созданы Орденом Святой Елены с одной целью — помогать закрывать Прорывы, бороться с нечистью, оскверняющей землю и воду. И Британская Корона полностью одобряет такое их назначение. К сожалению, секрет «изготовления» валькирий неизвестен и строжайше охраняется, однако в свое время, при создании Ордена Святой Елены, при создании первой валькирии — в них было заложено стремление к добру и свету. По крайней мере так говорят адепты Ордена. В свое время они были вынуждены так поступить, я думаю. Иначе страх перед бессмертным воинством, не знающим страха, не ведающим усталости и обладающим магией… иначе этот страх не преодолеть. Но сейчас, когда валькирии стали привычным зрелищем и даже дети уже привыкли клянчить у них конфетки, а крестьяне привыкли полагаться на их помощь в излечении, когда вид валькирии, склонившейся над котенком или нищим в подворотне не вызывает вопросов, а только умиление… — маркиза сделала паузу и отпила из бокала. Наступило молчание, она молча смотрела на меня, как будто улыбаясь своим мыслям. Я смотрел на нее. Паузы в разговоре с такой женщиной не возникают просто так. Такие женщины — ставят паузы. Для чего? Сейчас — для подчеркивания важности момента. Сейчас будет сказано важное, Уваров, слушай. Ах, да и еще — задай риторический вопрос.
— Сейчас, говорите вы, что именно вы имеете в виду? — задаю этот самый риторический вопрос я: — пришло время?
— Просто сейчас даже появление этой городской страшилки не сильно оттолкнет народ от валькирий и их создателей. Черные валькирии, Владимир Григорьевич — это противоположности обычным валькириям. Они не испытывают жалости, они лишены сострадания и эмпатии, они — именно воины. Более не монашки. И некоторые злые языки поговаривают что такие валькирии наоборот — испытывают удовольствие от мучений людей. Вот и представьте себе отряды черных валькирий на улицах столицы. До сих пор валькирии не считались даже военной силой — они не могут воевать против людей… но черные валькирии — это страшно. Что вы загрустили, Владимир Григорьевич, это всего лишь городская легенда, сказка. Ведь черных валькирий не бывает, не так ли? — она лукаво улыбается и ставит бокал на широкий поручень балкона: — ведь было бы так ужасно, если бы они существовали…
— Это вы мне скажите, маркиза де Бовари, я не знаю. У меня амнезия, помните? — отвечаю я и отпиваю глоток из бокала, стараясь смыть неприятный кисловатый привкус на языке после нашей беседы.
— Какое удобное оправдание… — кивает маркиза и снова опирается локтем на поручень: — ничего не помню…
— Аманда… вы просили вас так называть…
— Конечно, обращайтесь ко мне так.
— Я так понял, что всего две большие фракции сейчас борются за власть и влияние вокруг Императора — традиционалисты и прогрессисты, верно?
— О, я такого не говорила. Во-первых фракций, союзов, сообществ и партий — намного больше. Например, те же народники, сторонники равноправия между магами и немагами, радикалы, которые, наоборот, считают, что простолюдинам много чего позволено, вот они и наглеют, тайные ложи и сообщества, например масоны или иезуиты, сестры-поросята и прочие… кстати — и благородные рода тоже не надвое делятся в сей политической обстановке. Есть и умеренные, коих большинство, есть и довольно интересные взгляды… например староверы. О, да, не удивляйтесь, Владимир Григорьевич, последователи старых языческих верований никуда не делись. А какие они проводят Обряды Плодородия, вам бы понравилось…
— А во-вторых? Вы сказали во-первых… а во-вторых?
— Во-вторых… игра идет не вокруг Императора, а вокруг власти и влияния. Важно не то, как о тебе подумает Император, а у кого в руках власть, intéressant, n’est-ce pas? (интересно, не так ли(фр)).
— Еще как, — соглашаюсь я с ней. Что означает эта ремарка? Не так уж и мало. Игра идет не вокруг Императора, а вокруг власти, что сразу же ставит все на свои места. Маркиза де Бовари считает, что Император и власть в Империи — разные понятия. Царствует, но не правит? Или тут речь идет о том, что он вынужден считаться с интересами благородных родов и тот, кто соберет под свои знамена большую и сильнейшую коалицию — фактически и будет управлять страной? Или… еще более радикально — сможет сместить ныне действующего Императора и занять его место? Обычно люди на голубом глазу полагают, что Император и есть власть, однако… начать с того, что он — не всеведущ. А информация к нему поступает не с мест непосредственно, а через неких людей, которым он доверяет. Вот тебе и способ манипуляции, при нем даже и свергать никого не надо — окружить своими людьми… или перекупить, переманить на свою сторону тех, кто уже сейчас рядом с властителем с тем, чтобы направлять его в нужную тебе сторону. Если ты управляешь вводной информацией и (что еще более важно!) интерпретацией фактов — ты в состоянии управлять и решениями.
Как? Да очень просто. Факты сами по себе практически ничего не говорят. Вот, например — бунт крестьян в провинции — это просто бунт. А вот интерпретация… можно сказать, что это в результате действий губернатора и чиновников на местах, а можно найти английских шпионов или руку народников, можно обвинить в закулисных играх на торговле зерном спекулянтов, а можно просто сослаться на неурожай. Понятно, что в каждом случае реакция монарха будет отличаться… а проверить все самолично он не сможет… да и не будет.
Как быть властителю, как не попасть в такое положение слепца с дубиной, которого водят за ручку и указывают куда ударить да посильнее? Гарун Аль Рашид, например, ходил в народ, ночью переодевался и ходил, чтобы его не узнали в лицо — закутывался в плащ. Но это рискованная затея, так можно и перо в бок получить в подворотне, просто случайно. Тем более что нынешний Император в подобного рода романтике не был замечен. Однако самолично проверять что-либо — это хорошая привычка старшего менеджера, иначе вам очки втирать будут с такой силой, что стекла лопнут. А как говаривала девочка Герда — с осколком стекла в глазу на мир объективно не взглянуть.
— Что
