знал, что ему сейчас ничего не сделают, если догадаются, но на будущее ему лучше не оставаться наедине.
— Не боюсь. Чего мне таких малышей бояться. — Вадим сказал немного громче, чтобы заговорщики расслышали его. Но именно его ответ и заинтересовал их. Петро включил фонарь и направил его на Вадима. Яркий свет больно резанул по глазам. Вадим прикрылся рукой.
— Эй, идиоты что ли? — Крикнула Вика. — Выключите. Сетчатку сожжете.
Петро погасил фонарь. Народ неодобрительно зашумел.
— В жопу посвети себе! — Выкрикнул Юрий. — Додуматься надо, после недели сидения в этом погребе светить в лицо!
— Простите, случайно нажал. — Виновато произнес Петро.
— В следующий раз аккуратнее пользуйся. — Попросил Вадим.
Яркий свет на самом деле ослепил его. Он не видел ничего, кроме ярких пятен, отпечатавшихся на сетчатке.
— Хорошо. — Ответил Петро.
Вадим почувствовал в его голосе нотки угрозы. Надо было скорее предупредить Зураба и продумать способ защиты от опасных людей.
— Чего случилось-то? — Тихо спросила Вика.
— Да, подслушал нечаянно их разговор. Эти два типа договаривались власть поменять. Короче, они уже решили, что будут питаться человечиной, если все затянется.
— Ублюдки. — Ругнулась Вика.
— Надо Зураба предупредить.
— Надо всех предупредить. На корню пресечь эту игру престолов. — Вика поднялась.
— Подожди. — Остановил ее Вадим. — Подумать надо…
— Чего тут думать? Действовать надо. — Вика стала посреди лагеря. Откашлялась. — Друзья! В общем, до нас дошли сведения, что некоторые люди из нашей группы, а конкретнее это Петро и Михаил, готовят заговор, с целью установления собственной власти!
Вадим не хотел такой публичной огласки, но раз Вика уже начала, пришлось стать рядом с ней.
— Постой, Вик, дай я скажу. — Перебил ее Вадим. — Да, я нечаянно подслушал, как Петро предлагал Михаилу убить Зураба! Они считают, что скоро запасы еды закончатся и мы начнем есть друг друга и потому решили подстраховаться.
— Что ты несешь, придурок! — Выкрикнул Петро. — Он после болезни не отошел неверное! Не верьте ему! И в мыслях такого не было!
— Хотелось бы в это верить, но я слышал ваш разговор и ради безопасности всей нашей группы предаю его огласке.
— Не верьте ему, люди! У мальчонки жар или помешательство! — Не унимался Петро.
Поднялся Зураб и подошел к Вадиму.
— Ты, правда, это слышал? — Негромко спросил он.
— Абсолютная правда. Они планировали убить тебя, когда станет ясно, что прокормиться нам нечем, чтобы стать лидерами и накормить людей. То есть они еще хотели, чтобы мы были благодарны им за это.
— Понятно. — Зураб похлопал Вадима по плечу. — Спасибо.
Он медленно подошел к Петру и Михаилу, отделившихся от остальной группы.
— Меня знаете, что больше всего напрягает в таких людях как вы? — Негромко, но таким тоном, что слышно было всем, произнес Зураб. — То, что у вас всегда есть только один вариант продвижения вперед. Вы не мыслите категориями сотрудничества, вам обязательно надо сместить или убить и встать на чужое место. Думаете, я не знал, кто вы такие? Что вы пошли в наш турпоход с целью дискредитировать нашу фирму и занять ее место? Знал.
— Этот пацан не так все понял. — Попытался защититься Петро.
— Я верю ему. Он хороший человек. А вы нет. Вы гнилье, и лишний раз доказали это. Не думайте, что люди настолько глупы, чтобы пойти за вами. Убьете меня, и скорее всего, сами проживете недолго после этого.
Пока Зураб обличал заговорщиков, за его спиной собралась толпа. Народ возмущенно переговаривался.
— Вашу мать, мы же приняли вас без вопросов, не попрекнули ни разу за то, что вы хотели отделиться. — Голос у Юрия задрожал от возмущения. — А вам этого мало. Вам захотелось верховодить. Никто не знает, что там. — Он указал пальцем на выход. — И сколько это продлиться, и это страшно, но еще страшнее потерять человеческий облик.
— Отселить их, нахрен. Пусть рядом с туалетом живут. — Выкрикнул Вячеслав.
— Да, нет, пусть на выходе живут! — Крикнул еще кто-то.
— Нет, не стоит уподобляться им. Пусть живут, как жили. Мы предупреждены, этого достаточно, чтобы проявлять бдительность. — Зураб, как самый затрагиваемый заговором персонаж, имел больше всех прав распорядиться судьбой Петра и Михаила.
— Мы уйдем. — Гордо, будто его незаконно обидели, произнес Петро. — Заберем свою часть продуктов и уйдем.
— А кто вам ее отдаст? Отрезай свою ногу и жри, падла! — Не удержался Виктор. — Каннибал херов!
— Ладно вам, пусть забирают и уходят. — Остановил его Зураб. — Надеюсь, вы не съедите все сразу?
Петро ухмыльнулся. Вадиму подумалось, что с заговорщиками Зураб обошелся слишком мягко. У Петра не было и тени раскаянья, только злоба, сковывающая скулы.
Инцидент с заговорщиками добавил депрессии. Зураб распорядился, чтобы в туалет не ходили по одному. Кто-то обязательно должен был быть на подстраховке. То же самое касалось и несения вахты. Только вдвоем.
— Не проще было бы скинуть их со скалы в воду? — Спросил после бессонной ночи Юрий. — На черта нам нервы свои тратить?
— Проще, как говориться, нет человека, нет проблемы. Но я не сторонник таких методов. Мой дед всегда мне говорил, что человека можно убить только в том случае, когда он уже начал убивать тебя, родных или другого человека. Пока он мелет языком, грех убийства будет лежать на тебе.
— Понятно, гуманистическая философия. Что ж, будем ждать, когда начнут убивать.
— Не переживай, такие люди на словах сильны, а душонкой они довольно трусливы. Не нападут, пока не будут уверены, что сила на их стороне. Мы знаем, кто они и теперь им будет труднее склонить людей на свою сторону, даже в случае, если им удастся меня убить.
Это было утро седьмого дня. Прошла неделя с момента заточения. Ветер все так же завывал на высокой ноте за стеной из камня и воды. Стены пещеры, если приставить к ним железку, начинали часто вибрировать, издавая звенящий звук. Вибрация, наверное, и привела к тому, что утро седьмого дня началось со страшных звуков. В десять часов раздался протяжный стон, будто гигантский зверь решил потянуться после сна, а потом раздался выстрел. Громкий, до свистящего писка в ушах.
Народ подпрыгнул со своих лежанок. У кого были фонари, включили их, чтобы найти трещину в стене. Вадим поспешил к выходу, разглядывая стены. Гора еще раз завыла, застонала. Это было так страшно, потому что казалось, что воет она от нестерпимой боли. И снова выстрел. Вадим уде добежал до выхода и вдруг решил, что поступил опрометчиво. Гора, если начнет обрушаться, то сделает это с края. Он развернулся и побежал обратно, каждую секунду ожидая начало обрушения. Вика попалась ему навстречу.
— Ты меня напугал! Зачем
