Девушка слезла с помоста и уныло побрела домой. В её душе моросил нудный серый дождь. Вдобавок, обычно здоровый организм будто взбесился. Заломило в висках, с ними в унисон жалобно стенала рука, и песню болезни подхватило всё тело.
«Витаминов нам не хватает!» — вздохнула пантера, размечтавшись о молодой сладкой осоке. Возле дома Денитры острая боль пронзила щиколотку, да так, что Алесса едва не упала. На какой-то миг ей показалось, что по ноге рубанули топором.
— Ай, пэрсик, осторожно! Давай отнэсу, нэ? — южанин прищурил хитрый вишнёвый глаз, не спеша отпускать знахаркин локоть.
— Я… Я не домой! — девушка вырвалась и побежала, припадая на правую ногу. Боль постепенно уходила, и ей на смену пришла тревога. Беда стряслась с Виллем, и вовсе не из вредности он вызвал Симеона.
Стражники находились там, где и положено. На первый взгляд, всё было в порядке, но, подбежав ближе, Алесса возмущённо ахнула — мужчины спали стоя.
— Темар, проснитесь! Начальства на вас не хватает! — крикнула девушка прямо в блаженную физиономию дядьки.
Тот едва не подпрыгнул. Захлопал глазами, сдвинув шапку, принялся начёсывать затылок. Алесса наблюдала за растерянным дядькой, скептически поджав губы.
— Геварн, проснись! Экий у Бриенны чаёк занятный. Разомлели мы! — и Темар виновато развёл руками.
— Чай-то, небось, был горюч да вонюч! Где капитан?
— С Ренитой поехал Радду искать… Госпожа Алесса, не сказывайте ему! — взмолился Геварн.
— Ладно уж, — ворчливо отозвалась знахарка. — Выпустите меня за ворота — промолчу.
Темар понимающе хекнул в усы и, перемигнувшись с напарником, растянул губы в хитрой улыбке.
— Не велено! Капитан запретил по ночам из города выпускать.
— Полно, Темар, пусти. Я с ней сам выйду, — миролюбиво возразил Геварн.
— Я только на дорогу! Пожалуйста…
Голос предательски дрогнул. Темар пробормотал что-то о неусидчивой баньке и зазвенел ключами.
— Вроде, я ключ в другой карман ложил… — недоумённо хмыкнул дядька, скидывая щеколду.
Втроём они вышли за ворота и тут же попятились. К городу шла толпа. Люди и нелюди двигались молча и дёргано, словно марионетки, ведомые кукловодом. Серебрились гномьи кольчуги и шлемы, орки сжимали в когтистых руках топоры. Глаза наступавших мерцали болотными гнилушками, но лица оставались бесстрастными. Северингская почва сохранила тела от разложения, и даже покойный капитан Вёдро выглядел вполне сносно. Смерть примирила Агафью и Демьяна, они шли бок о бок с выломанными из гробов досками наперевес. Шестеро несли срубленную на таран сосну.
— Ма-ма, — просипела Алесса.
— Шушеля мать! — согласно икнул Геварн.
— Назад! — рявкнул Темар, разворачивая напарника и хватая Алессу в охапку.
— Пустите! Там Вилль! — благим матом кричала знахарка, пинаясь и выцарапываясь из крепких рук.
— Охолони, Алесса! — Темар поставил её прямо перед собой, удерживая за предплечья. Геварн сноровисто набросил стальную щеколду и торопливо звенел ключом, а бывалый дядька настойчиво говорил, — ты не поможешь. Ни когтями, ни клыками. Мы соберём отряд и пробьёмся. Понимаешь, дочка?
Всхлипнув, она кивнула. Прошлой ночью знахарка отметила, что плечо Вилля почти зарубцевалось, и рискнула снять швы. Теперь же кляла себя на все корки за поспешность. Если он решит сменить ипостась, то вполне может остаться без руки, а иначе в город им не пробраться. Девушка знала, что аватар, даже раненый, будет защищать ребёнка и его мать.
— Добре! Геварн, дуй в караулку, пущай сигналят осаду. Я к Берену.
— Нет! Я в караулку быстрее доберусь! — взвизгнула Алесса и опрометью кинулась за некогда помеченный Климом угол. Уже оттуда она прокричала:
— Правитель у Марты!
— Дуй в аптеку! Живо! — придав голосу бодрости, велел Темар. — Смотри-ка!
По сиреневым ночным крышам прыгала чёрная гибкая пантера. Она мчалась во весь опор, словно за ней гналась стая снежных псов.
«Что такое любовь, Леська?» — некогда спрашивала её Марта.
«Любовь, это когда готова ждать!» — слово в слово повторяла девушка поучения приёмной матери.
«Нет, милая, любовь — это когда готова пойти следом…»
Сейчас пантера могла только спешить, задыхаясь от рвущего лёгкие воздуха, чтобы спасательный отряд собрали немедля. А потом она заварит чай с лимонником, натреплет эльфа за уши и скажет, что он нечуткий мальчишка, который не видит дальше собственного носа и не хочет слушать сердце. Да, именно так…
Каким надо быть олухом, чтобы поверить словам, брошенным сгоряча?
Глава 14
Ах, стать бы ей воительницей или магом! Не на худой конец, находчивой умницей, вроде сказочной Длинноногой Тельмы, сумевшей обвести вокруг пальца гордого повелителя Заокраинного Королевства. Только силушкой природа её обделила, да и храбрости пожалела, зато отщедрила знаний.
— «Сборы» 4, 7, 8… Настой коростянки, рассветник, спирт… бинты, бинты… — вполголоса бормотала Алесса, звеня склянками.
— Коростянку наружу, рассветник внутрь, спирт по усмотрению, — твердила Марта, как болванчик, кивая головой. — Иллиатар Созидатель, что ж за напасть такая?!
По мнению Алессы, скрывающей тревогу за дурным настроением, вопрос надо было ставить иначе: кому это нужно? Она металась по чулану, бросая в мешок всё, что может пригодиться для лечения добровольных спасателей, по ходу вспоминая рассказы Армалины о лопарях. Этот вид разупокоенных появился после Алой Волны, когда по стране прокатился разгул некромантов-беспредельщиков. Мощное заклятье некромантии в случае ошибки вызывает побочный эффект, и выплеснувшиеся излишки магии поднимают мертвецов, движимых единой целью — соответствовать названию и лопать всё, что ходит. Подчинить их невозможно, а уничтожает стандартный набор охотника на нежить — серебро и огонь. Либо терпеливое ожидание, пока заклятье выдохнется, и лопари попадают замертво, вычистив перед этим все деревни в округе.
Несколько утешало то, что укус лопаря не превращает человека в живого мертвеца, хотя кладбищенскую заразу подцепить можно. Неприятно, но поправимо. А если болван болванистый господин капитан ещё раз обзовёт её лечение мучением, то вместо чая с лимонником получит сонную тряпочку на престижную морду и будет выздоравливать тихо и покладисто.
Заклинание разупокоило всё северингское кладбище, подняв из могил по меньшей мере восемь десятков неуязвимых для простого оружия мертвецов. Берен, целуя Марту на прощание, предупредил, что понадобится слаженная помощь обеих городских целительниц, и Денитра поспешила к Феодоре. Впрочем, была надежда, что оставшиеся по ту сторону стены не сунутся к воротам и будут держаться на расстоянии, покуда им не перекинут верёвку в безопасном месте. А в Северинге есть маг, которого можно заставить помочь хоть под прицелом арбалета — Берен пойдёт на всё ради воспитанника и города.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
