От такого заявления у меня просто глаза на лоб полезли.
– Хочешь сказать, ты даже не попытаешься им помочь? Просто бросишь, и все?
– Только не надо делать из меня чудовище! – вскричал он. – У нас вообще ничего нет.
– Есть, – встрял Васька, протягивая мою сумку.
Елки! Я хлопнула себя по лбу. Как я могла забыть?!
– Надеюсь, ты не разбил эти зелья.
Котик покраснел даже сквозь шерсть. Первое, на что я наткнулась в сумке, был череп. Он мирно спал и очень расстроился, когда я ткнула в него пальцем. Палец мигом покусали.
– У-ё-о!!! – заорала я. – За что?
– Ты меня разбудила, – проскрипел этот наглец.
– Я ищу зелье.
– Зачем?
Пришлось пересказывать все любопытному наглецу. Все равно не оставит в покое, а рассказывать можно параллельно с поисками.
– В бездну зелья! – громко воскликнул череп. – Тебе нужен ритуал четырех стихий.
Я так и села. О ритуале я читала, но он очень сложен не столько в исполнении, сколько из-за огромных затрат магической энергии. Ритуал официально считался утерянным более тысячи лет назад. Если я его применю на глазах изумленного целителя, это вызовет море вопросов. С другой стороны, если я даже не попробую спасти ребят, никогда себе этого не прощу.
«Не будь идиоткой. Ты совершенно не готова к магии такого порядка. Ее практиковали только высшие жрецы».
«И тем не менее я должна…»
«Ты не должна никому и ничего. К тому же если тебе не удастся выдержать весь ритуал, они потянут тебя в могилу».
Я упрямо тряхнула головой. Глупо отступать не попробовав.
«Идиотка! К тому же сентиментальная».
Возможно, но иначе просто не могу.
– Что значит – ритуал четырех стихий? – живо заинтересовался Макс.
Но я просто отмахнулась от любопытного:
– Помоги мне перевезти их куда-нибудь в более подходящее место.
12
Более подходящим местом оказалась поляна с источником, темная вода которого наводила на мысль о нефтяных месторождениях. Мы бережно сгрузили пострадавших на землю, и я настоятельно попросила Макса удалиться на время всего ритуала.
– А сколько он продлится? – опешил тот.
– Понятия не имею, – призналась я.
Действительно, я никогда раньше не бралась за подобный трюк, и в этом тысячелетии он не упоминался ни разу.
– Тогда я никуда не пойду, – уперся целитель.
– То есть как?
– А вот так… Мне в лесу страшно одному.
– А ты будешь не один. С тобой будут Драго и Волчок с Яшкой.
Макс стоял насмерть, и спорить бы нам до хрипоты, если бы не вмешательство Яшки. Конь сцапал упирающегося мужчину за шкирку и гордо удалился с поляны, потрясая Максом, как трофеем. Волчок юркнул следом.
– Мадемуазель, – ради такого случая Драго принял облик мужчины. – Вы уверены, что одиночество при совершении обряда так важно?
Я обреченно кивнула:
– Разве я похожа на гордую самоубийцу? А на одинокого рейнджера?
Драго вздохнул и удалился.
Я тихо вздохнула. Ладно, придется приниматься за дело. Я осмотрела поляну. То, что на ней находился источник с водой, являлось несомненным плюсом, но то, что вода была неизвестного состава, вносило огромную ложку в мою бочку меда. Впрочем, других вариантов нет.
Я тяжело вздохнула и принялась за магический круг. Основа основ любого ритуала легла ровно, хорошо и основательно. Мой круг должен был не только удержать то, что находится снаружи, но и то, что будет происходить внутри. С неизбывной тоской я бросила взгляд в сторону своей сумки. На штудирование книг не было времени, а жаль. Не зря говорится: близок локоток, да не укусишь. Я зажмурилась, вызывая в памяти строчки необходимого ритуала. Тщетно. Важность момента выветрила все из лабиринтов мозга, на ум шла всякая ерунда типа приворотов и отбеливания веснушек, как будто три трупа без веснушек будут выглядеть гораздо привлекательнее.
– Ну? И что стоим? Кого ждем? – проскрипел череп.
– Череп! – возопила я. – Какое счастье! Ты ритуал хорошо помнишь?
– Спрашиваешь!
– Будешь суфлером! – возликовала я.
– Уговорила. Перво-наперво ты должна узнать, к какой стихии они принадлежат.
– ?!
– Ой! Ну это просто. Они же маги. Значит, стихию свою хорошо знают.
Они-то, может, и знают, а я? Пришлось теребить всех подряд. Ноль эмоций. Только эльф простонал нечто невразумительное. Я приуныла.
– Ладно. Раз ничего из этого не выходит, тормоши эльфа. Он из них самый крепкий.
– То есть, если у него стихия, например огонь, она подойдет всем троим?
– Нет, – мерзко хихикнул ехидный череп. Придушила бы, если бы у него только шея имелась. – Но тогда мы спасем хотя бы одного.
Хм. В этом что-то есть.
– Эй, любезный! – Я ощутимо тряхнула длинноухого. – Кончай дрыхнуть, гад! А ну выкладывай, какая у тебя стихия!
Эльф приоткрыл мутные глаза и честно попытался сфокусироваться на моем лице. Не удалось. Он мотнул головой и приоткрыл рот, но наружу хлынула черная пена.
– Да-а-а! Дело труба, – констатировала я.
– Тогда начинай с земли. Пусть она всю гадость из них выведет.
Я кивнула. Вариантов других не было. Я опустилась на колени. Язык заклятий был очень древним, и я вовсе не была уверена в успехе, когда легла на холодную, мертвую землю Адовой Глыщобы и начала свой призыв. Земля, обычно бурлящая жизнью, здесь напоминала труп не первой свежести. Я просила, умоляла, стараясь влить в нее собственные силы для спасения умирающих. И она откликнулась. Где-то в глубине послышался глухой толчок, словно сердце умирающего замерло на мгновенье в нерешительности и решило продолжить работу. Сила – теплая и прекрасная, как цветущий летний луг – хлынула наружу, наполняя все вокруг жизнью. Я конвульсивно вздрогнула, стараясь не отдавать земле больше, чем могла, но меня словно затягивало в воронку. Я вскрикнула и дернулась, резко прерывая контакт. Ну вот и все. Никому помочь не удалось, и я чувствую себя, как досуха выжатый лимон.
«Что я в тебе ценю, так это самокритичность, – хмыкнул Ахурамариэль. – Теперь кончай приступ самобичевания и проверь результаты. Магия древняя, неужели ничего не произошло?»
Я всхлипнула. Было безумно жаль себя, любимую, такую уставшую и несчастную, выжатую до капли. А теперь еще и вставать надо. Нет. Нет в жизни справедливости. А раз наш мир так несовершенен, пришлось открывать глаза и вставать. С первым я справилась легко. Со вторым пришлось гораздо сложнее. Жутко мутило, как после пьянки и некачественной закуски, ручки тряслись, ножки подкашивались. Подняться удалось только на четвереньки, и то с грандиозным трудом. Что я так жила… Доползла до ближайшей коряги и разожгла огонь. Тело сковало холодом, словно я съела пять кило мороженого разом. Уже протягивая зябкие ладони к огню, я заметила некоторую странность…
Трава. На поляне зеленела трава! И готовились распуститься цветы.
– Обалдеть! – прошептала я.
– Согласен, – проскрипел череп. – А тебя не смущают те холмики?
«Какие холмики?» – чуть было не спросила я, но тут мой взгляд уперся в три поросших травой холма, подозрительно смахивающих на могильные. Невзирая на протесты уставшего и измученного организма, я подползла поближе и с удивлением обнаружила, что из холмов наружу торчат только головы. Земля поглотила их. Иначе не выразишься. Я потыкала пальцем в холм. Земля как земля, с травой, словно ребята лежат тут не менее месяца. Выражения лиц тоже не внушали опасений. Создавалось впечатление, словно они спят, да и дыхание стало ровнее и заметнее. Я вернулась к огню, распотрошила сумку и съела целую пачку сосисок, не утруждаясь их разогревом, после чего завернулась в одеяло и отрубилась.
Утро встретило нерадостно.
– Вставай, соня! Вставай! – противно скрипел череп. – Вставай!
Я поискала подушку, чтобы запустить в надоеду, но подушки не было, а было только одеяло, спеленавшее меня по ногам и рукам. Ужас. Я спала на земле! И куда только Васька смотрит?!
Васька никуда не смотрел, он спокойно готовил завтрак, помешивая что-то в кастрюльке, поджаривая омлет на сковородке.
– Откуда ты тут взялся? – удивилась я.
Круг должен был не впускать никого внутрь.
– Вошел.
– Каким образом? Я ведь позаботилась о том, чтобы никто не смог помешать ритуалу.
– Я твой фамилиар, – фыркнул кот. – Не мог же я позволить умереть с голоду собственной ведьме? Начинать день без завтрака – тут и до язвы желудка недалеко. Вот позавтракаешь, тогда проводи свои ритуалы сколько угодно.
Вот уж не думала, что кот станет меня отчитывать. Ну как, скажите на милость, можно обижаться на такого милашку? На еду накинулась с волчьим аппетитом. Чай, правда, выпила медленно, смакуя каждый глоток горячего напитка с травами. Хотелось сыто мурлыкать, плюнуть на все разом и завалиться спать как минимум на неделю. И чтоб никто не трогал, не звонил и не вспоминал даже.
