что самое главное – выровняла шапочку. Она вечно у меня сползает с башки. Любой, вполне адекватный человек, даже за такой мелочный жест, как минимум бы дал похвалы. Даже самая скупая улыбка, уже бы с лихвой покрыла все затраты, но нет. Он этого не оценил. Нога поддерживала противный скрип. На каждую мою попытку сказать, движения становились ещё сильнее. Голос предательски продрог. Губы онемели. Не поднимая головы, первыми послышались его слова:
– (Угрюмо) Привет… – качнул ногой. – Нормально дошла?
Голос прозвучал явно подавленно. В такие моменты жалость усиливалась троекратно. Я крайне боялась за раз всё простить.
– (Неловко) …Гиль, ты это… Прости. Я не хотела заставлять тебя так долго ждать. Я слишком поздно вышла, а в такое время знаешь, транспорт очень плохо ходит… Вот и опоздала… Слегка… Можешь… не скрипеть пожалуйста?
– (Удручённо) Не важно, – остановил качели. – Ты не виновата… Мне не стоило тебя беспокоить. Извини… В следующий раз обещаю, место будет гораздо лучше… Какой-нибудь там… ресторан к примеру, или…
– Нет-нет, всё нормально, просто…
– Забудь. Я не сержусь на тебя. Я тут не так уж и долго стою… Было, знаешь… о чём подумать… Вспомнить кое-какие… вещи…
Гиль всё ещё стоял на своём месте. Голова всё ниже тяготела к земле. Ноги в свою очередь скользили под наклоном. Ствол дерева не давал нормально упасть. Он постепенно скатывался вниз. Действия неуклюже намекали, кто именно во всём виноват.
– (Неловко) Слушай… (Настойчиво) О чём ты хотел поговорить?
Как только слова хоть на немного, но стали жёстче – тут же преобразился. Распрямился внезапно. Лихо подобрел. Не стал больше никаких интриг таить и просто… обнял меня. Подошёл и обнял. Вот так просто. Обычно, это я за ним как прислуга вечно гоняюсь, а тут ему захотелось самому сделать шаг. Такая мелочь, но… дико приятно. Это не абы какой дружеский захват, а полноценные, любящие объятия. Внутри аж прямо всё… горит. Приятная дрожь пробегает по телу. Тепло и мурашки. Ощущение такое, будто снова повеяло любовью. Как в самый первый раз. Скомкано, неловко. Местами неуклюже, но за то так знакомо. Именно в такие моменты искренности готова… за раз всё простить… Последняя щепотка любви. Всё должно закончиться на этом месте…
– (Нежно) Знаешь… – ещё сильнее прижалась к груди, – ты совершенно по-другому ведёшь себя, когда мы одни… Поэтому ты мне нравишься. Поэтому я… люблю тебя, – прошептала мягким голосом в конце.
Вполне очевидный поцелуй ровно попал в губы, хотя ей пришлось самую малость привстать на носочки. Данный эффект никакой эмоции не выдал. Лицо парня каменным взглядом продолжало смотреть в тишину.
– Тебе не понравилось? – смущённо спросила счастливая.
– Нет, – поднял наконец глаза. – (Ухмыляясь) Ты как всегда была на высоте.
– (Возмущённо) Здесь нет ничего смешного. Я крайне не люблю, когда ты подшучиваешь надо мной… Тебе давно пора меняться… Задолбало… Ну правда…
Очередные морали мелкой рябью пробежали по мышцам лица. Ладони едва ли сдерживали себя лишь бы не подавать намёка. Самое обычное поглаживание постепенно перерастало в маниакальное стачивание мяса и костей. Становилось не сколько жарко, а скорее больно. Боль, нарастающая в плоскостях. От ключиц и лопаток, до рёбер и поясницы. Всё это он хотел разорвать. Потом сжечь. Столь опрометчивые мысли ограждало лишь юное тельце, дрожащее в руках. Всё могло сорваться. Искренняя улыбка за миг убедила, что это был своего рода массаж.
– (Неловко) Гиль, я.. всё понимаю, но это же на самом деле не так сложно. Ну что ты теряешь от этого? Что? Я всего-то прошу бросить эти дурацкие забавы. Ну хоть немного. Ну на капельку повзрослеть. Мне… – подняла голову, – правда, тяжело понять, почему ты стал агрессивнее, но прошу, – дотронулась пальчиками до щеки, – ради меня, изменись хотя бы чуточку. Я не прошу резких изменений, просто… просто стань более… человечным… И всё. Не нужно больше прибегать к насилию, правда. Я хочу обратно увидеть тебя прежним, – аккуратно поправила его волосы, – добрым мальчиком, которого я полюбила… (Улыбчиво) Мне бы ещё хотелось слегка подкорректировать твой стиль… хотя знаешь, это не важно. Тебе всё идёт. Лишь бы самому нравилось носить… Ну так что… Договорились?
– (Медленно) Ну-у-у-у… – неохотно помотал головой, – если ты так… настаиваешь, я могу измениться. Прямо сейчас… Нет смысла больше откладывать. Перед тобой, – вздохнул, – новый я…
– (Радостно) Так, о чём мы хотели поговорить, м-м? Я вся во внимании.
– (Устало) Как ни странно о нас… Об отношениях… Знаешь… – повертел головой, – а мы уже довольно долго встречаемся. Года так… три уже, наверное, прошло… И действительно, наша любовь вышла на новый уровень. Я правда хочу разделить этот праздник с тобой…
Если радость после услышанного переполняла её сердце, то у него внутри будто всё сдохло. Куча мыслей роилась в голове. Одна хуже предыдущей. Увы, но момент настал. Определяющее мысль слово. Кто-то собирается взлететь. Кто-то готовиться кануть вниз. Приятное томление в ожидании чуда, подстёгивает воображение и интерес. Считанные секунды прежде чем всё сотряхнётся.
– (Шёпотом) Я хочу, – наклонился ближе к уху, – чтобы мы трахнулись, прямо здесь, – поцеловал в мочку уха, – и сейчас.
Реакция не заставила себя долго ждать. Ошарашенная фигура отшатнулась чуточку в сторону. Удивительно, что вообще выпустил из рук. Человек буквально застыл в ступоре. Это совершенно не то, что хотелось услышать. По большей части понадобилось около 10 секунд, чтобы немного прийти в себя.
– (Растеряно) Гиль, я… я… Я конечно, всё понимаю, но я, ты… мы-мы-мы… Мы ещё не готовы к такому шагу. Это как-то… неправильно…
