«В самом начале нам требовалось целых девять часов, чтобы сделать гримировку всего тела, — сообщает Паркер. — В дальнейшем нам удалось сократить это время до шести с половиной часов, что меня очень обрадовало. К тому моменту, как мы его доводили до «кондиции», все валились с ног от усталости, а ведь еще приходилось следить, чтобы он в течение двенадцати часов выглядел нормально… В начале фильма протезы покрывали все его тело. Это было очень тяжело, потому что эти чертовы протезы имели обыкновение разрываться пополам, если их натянуть, и все приходилось начинать сначала. До «Франкенштейна» я не знал бессонных ночей, но тут у меня их было множество, потому что этого требовала работа над фильмом. К счастью, протезы держались удивительно хорошо, не спадали даже тогда, когда в одной из сцен Виктор и Существо катаются по полу в лаборатории, сшибая на пол все, что там есть…»
Первое, что следовало сделать Паркеру, это снять тонкий пластиковый оттиск с головы Де Ниро, чтобы голову Существа можно было моделировать с этого образца.
«Когда все было сделано и мы посмотрели на результат, Роберт говорит: «Дэниэл, одна бровь у меня тут не в порядке». И он был прав. С бровью действительно было неладно…»
Паркер со своей командой проработали много часов, делая грим не только для Де Ниро, но и для его дублера. Но благодаря терпению всех, в том числе и самого Де Ниро, особых конфликтов и напряжений с группой гримеров не произошло. Де Ниро держался подчеркнуто дружелюбно во время их утомительных манипуляций. Он говорит, что коротал эти часы за просмотром Си-Эн-Эн и перелистыванием журналов. Его добродушие распространялось и на съемочную группу. После нескольких недель постоянного пребывания в полном гриме он вышел как-то раз со «своим лицом» — для съемки требовались только его загримированные руки. Увидев его в образе нормального человека, все, кто был на площадке, дружно закричали от ужаса… Де Ниро оценил шутку и смеялся вместе со всеми…
«Он был просто лапочкой, — вспоминал Брана. — Сперва он просмотрел мои работы, поспрашивал насчет меня и потом согласился сниматься, хотя ему и пришлось созревать для этого некоторое время. Месяцев десять мы встречались с ним раз в две-три недели по поводу костюмов и грима. В процессе этих встреч обнаружилось, что мы с ним оба имеем неплохое чувство юмора, и должен заметить, он большой шутник. Ему нравились во мне кельтские черточки, это импонировало его бурной итало-ирландской крови… Он был исключительно щедр как актер. Джон Клиз был на площадке с первого дня съемок Роберта. Признак великого актера — отдавать своему партнеру на съемке не меньше энергии, чем на камеру. И Роберт подыгрывал Джону даже больше, чем на камеру, хотя и перед камерой он был великолепен. Это явилось большой подмогой Джону, который сыграл великолепно, но все-таки был скован. Так же точно Роберт щедр в большой сцене с Ричардом Брайерсом, который играет слепого».
Другие актеры в главных ролях, например, Хелен Бонэм Картер, игравшая Элизабет Франкенштейн, тоже очень тепло отзываются о поведении Де Ниро на съемках. Она считает, что работать с ним было «увлекательно».
«Его интерпретация Существа радикальна и удивительна, — рассказывает она. — Мы никогда еще не видели такого портрета в кино! Он помогал мне во всех моих крупных планах, поддерживал, сам оставаясь в сторонке. Наши совместные сцены были ужасно изматывающими, но он ни разу не пожаловался и не выкинул тех штучек, которые позволяют себе иногда звезды. Приятно обнаружить, что звезда кино ведет себя так скромно…»
Однако Существо вовсе не так безобидно и скромно. В конце концов он ведь вырывает сердце у героини Хелен Картер… И хотя Брана искал актера, который мог бы передать нюансы душевных терзаний Существа, Де Ниро исполняет его совершенно цельно — и страшно.
«У него какой-то гигантский потенциал насилия, — с уважением говорит Брана. — Он один из самых пугающих людей, которых встречал в своей жизни, и мне не хотелось бы всерьез с ним повздорить, нет… Наверное, дело тут в ощущении властности и мощи, которое он привносит в свои картины. Это не столько физическая угроза, сколько именно его способность казаться абсолютно готовым на все, на любую агрессию! Вам не хочется иметь с ним дело. Я видел его в ситуациях, когда улыбка мгновенно спадает у него с лица, и вам становится очень не по себе и не хочется находиться рядом… Вы начинаете опасаться, что вас сейчас просто сотрут в порошок».
Без сомнения, то ощущение угрозы, которое, по словам Брана, исходит от Де Ниро, делает его непревзойденным чудищем Франкенштейна. Последний штрих — это его голос, мастерски переделанный на высокотехнологичной звуковой технике, которая делает его рыком нечеловеческого существа и напрочь убирает нью-йоркский акцент актера.
Однако в результате фильм не стал кассовым, как того ожидали. Он едва покрыл расходы на свое производство, собрав по всему миру около 100 миллионов долларов.
Тут было несколько причин. Главная, конечно, в том, что картина вышла практически одновременно с другим фильмом ужасов. И если учесть, что это было «Интервью с вампиром» — самый громкий фильм с Томом Крузом за многие годы, то становится ясно, что у «Франкенштейна» не было особых шансов. Кроме того, «Сони» приняла странное решение дать премьеру фильма в Америке и Великобритании в один и тот же день. А это значило, что исполнители главных ролей должны были разрываться между двумя странами, участвуя в рекламе фильма, так же как разрывался и Брана, давая по нескольку интервью еще до окончания монтажа. Со своей стороны Де Ниро заявил, что даст только одно интервью по телевидению в Великобритании, которое должен провести Брана, — прием, однажды успешно использованный Дэниэлом Дэем Льюисом, когда интервью у него брал Мартин Скорсезе для «раскручивания» фильма «Невинный возраст». Результаты, однако, оказались неоднозначными, поскольку у зрителей оставалось ощущение, будто звездам есть что скрывать. Наихудший эффект эти интервью произвели в Великобритании, где даже самый некассовый актер надеется стать популярным в своей стране, приобретя известность в Америке. А поскольку фильм стартовал одновременно в двух странах, то на это надежд не оставалось, и фильм был провален.
Особенно разочаровал американский прокат. Именно в Штатах сильнее всего была ощутима конкуренция с фильмом Тома Круза. Чтобы как-то компенсировать это, картине устроили буквально королевскую премьеру. Принц Уэльский, который как раз находился в поездке по Америке, согласился присутствовать на премьерном показе фильма в Лос-Анджелесе. А вот Де Ниро на премьеру не явился. Его невнимание к картине, отсутствие его интервью сразу же бросили тень на фильм. Кроме того, принцу Чарльзу, который был дружен с Кеннетом Брана, это показалось неуважением. Из офиса Де Ниро было заявлено, что никакого неуважения и в помине нет — просто актер занят ночными съемками в новой картине Скорсезе «Казино». Тем не менее ущерб был уже нанесен — во всяком случае, в глазах кинематографической общественности, — и надежды на широкую популярность рухнули.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
