темноте всё всегда кажется другим, более насыщенным и вязким. Свет есть свет, и только он несёт в себе облегчение. С ним неизведанное сразу перестаёт быть враждебным, становится если и не особо понятным, то хотя бы не беспокоящим. Хорошо, что я не стала вчера разводить напраслину», – первое, что пришло женщине на ум.
* * *
Полторы сотни мальчиков из селения Далайи, почти все ровесники Зубара и Кудаса – сыновей сотника Дага, желая хоть одним глазком увидеть настоящее сражение, больше не подчиняясь требованиям старых воинов-наставников, поздним вечером, накануне битвы, вооружённые акинаками и лёгкими тренировочными луками, на быстрых конях пустились вскачь в степные просторы, направляясь в сторону лагеря объединённых сакских племён.
Десятник массагетов, старший внешнего тылового охранения главного лагеря, находясь в дозоре со стороны своих земель, где были расположены летняя ставка Турпана и селение Далайи, около полуночи вдруг услышал отдалённый топот приближающихся всадников. Устремившись с отрядом навстречу, он вскоре преградил им путь. В темноте, всматриваясь в них, он всё не мог понять, откуда здесь появился такой отряд.
Дозорные не на шутку были удивлены, увидев, что все конники – дети.
– Что вы здесь делаете? Кто старший? – взревел десятник, кружась на скакуне.
Ответа не последовало.
– Немедля убирайтесь отсюда. Бур, уведи их обратно, да накажи как следует, – выкрикнув распоряжение, десятник развернулся и умчался с остальными воинами к лагерю.
– Делать мне больше нечего, как возиться с сосунками, – бурчал себе под нос недовольный сак. – Тут скоро битва, а я останусь в стороне, пока буду болтаться туда и обратно.
Но так или иначе, а исполнять приказ следовало незамедлительно.
– А ну-ка, за мной, нечестивцы. Я вам покажу, как своевольничать. Запомните меня на всю жизнь, – зло повелел он.
Все, покорно разворачиваясь, двинулись за ним.
Когда прошли половину пути, один из тех, кто был чуточку старше остальных, пятнадцати лет от роду, имевший имя Саваш, поравнявшись с удручённым воином, обратился к нему:
– Послушай Бур, мы виноваты перед тобой, ведь ты должен быть там, со всеми.
– Вот именно. Отстань от меня. Чего привязался, – тот отмахнулся от него.
– Здесь уже рядом. Ты возвращайся, а мы доберёмся сами. Я правду говорю. Обещаю тебе.
Воин повернул голову в его сторону, пытаясь в темноте рассмотреть лицо говорившего.
– Хоть я не очень и верю твоим словам, но ты должен понимать, что сейчас не время для шуток. Враг стоит перед нами. Смотри у меня, не обмани, – пригнувшись к нему, очень серьёзно произнёс Бур, развернул коня, пустил его с места вскачь и быстро исчез в темноте.
Всё детское воинство остановилось, прислушиваясь к удаляющемуся и уже приглушённому стуку копыт.
Зарождался рассвет.
– Эй, вы, все, слушайте меня! Подождём немного и двинемся назад, – надрывным юношеским голосом прокричал обманщик.
* * *
Шестеро вождей во главе с Сантаем, чьи тысячи были объединены в передовой половине сакской армии, где вместе с ними находился и Руса, возглавивший шесть сотен от селения Далайи, напряжённо вглядывались в утреннюю дымку на другом берегу реки, куда ушли на разведку две сотни воинов.
Вскоре там, на той стороне, разорвав стелющийся над потоком туман, появилось несколько всадников. Один из них, спустившись верхом на коне к самой реке, стоя по пояс в пару, клубившемся над ней, указывал рукой в сторону земель Хорезма, утвердительно кивая головой.
Всё становилось понятным.
По сигналу Сантая войска стали переправляться через реку. Выбравшись первым из воды, он выслушал прибывшего сотника.
Правитель Ардава в сопровождении личной гвардии продвигался в их сторону.
* * *
Мальчики уже были готовы снова двинуться в обратный путь следом за обманутым ими воином по имени Бур, как вдруг справа от себя все они услышали множество странных звуков. В них было перемешано всё: и топот копыт, и ржание лошадей, и лязг оружия, и многоголосый людской говор. В этой стороне не могло быть ни селений, ни войск, ни табунов, и именно поэтому удивление детей было по-настоящему велико.
Вновь тот, кто сказал Буру неправду и заверил его в обратном, юноша по имени Саваш, первым почувствовав что-то неладное, выкрикнул:
– Я узнаю, кто там. Все оставайтесь здесь. Смотрите у меня! – погрозив плёткой, передразнивая ушедшего воина, он направил коня на юг.
Проскакав довольно большое расстояние, взлетев на высокий холм, он увидел огромную конную армию, продвигающуюся в густом тумане прямо в его сторону.
Развернув коня, юноша погнал его во всю мощь обратно к своим.
– Слушайте меня, – еле отдышавшись, вновь кричал он. – Младшие, все, сейчас же спешите в главный лагерь. Скажите там о приближении отсюда большого войска. Я не знаю, кто они, но их очень много. Скорее же, летите!
Он закашлялся.
Двадцать самых младших мальчиков, кто достиг своего восьмого и девятого лета, тут же помчались в сторону царского походного лагеря.
Проводив их тревожными взглядами, все обратили взоры на Саваша, плотным кольцом окружив его, пытаясь поближе протиснуться к нему.
Он молчал, оглядывая их, утирая рукой обильный пот на лице.
– Они идут, даже не выслав вперёд дозоры. Значит, уверены в том, что здесь их никто не ожидает и не обнаружит, – продолжил он, кружась на своём скакуне. – Нас больше сотни, мы умеем метко стрелять, метать копья и сражаться на мечах. Сколько ещё мы будем иметь в соперниках-то друг друга попусту? – он вновь закашлялся от постоянного крика.
Все смотрели на него встревоженными глазами, не смея нарушить тишину.
Откашлявшись, он завершил:
– Сегодня нам выпала честь помочь старшим братьям. Кто не может идти со мной, возвращайтесь в селение. Я ведь обещал Буру.
Никто не покинул своего вожака.
Выстроившись, как упорно учили их наставники, ровными десятками в тринадцать рядов, сакские дети двинулись навстречу врагу.
– Стрелять только по моей команде. Стрелы беречь. К чужакам не приближаться. Выпустили по стреле и рассыпались. Понятно? Не шумите. Они не должны понять, что мы дети. Пока не так светло да ещё туман, нам легче скрываться и нападать, – наставлял Саваш.
Все тут же приготовили луки, поправляя колчаны.
* * *
– Ты что, Бур, не довёл их, что ли? – вновь увидев детей, стал злиться десятник.
Тот не успел ответить.
Мальчики, посланные своим вожаком, попрыгав с лошадей, облепили десятника, наперебой пытаясь передать порученное.
– А ну тихо! – ничего не понимая, отстраняясь от них, заорал он. – Вот ты, подойди ко мне.
Он ткнул плёткой в сторону ближнего из них:
– Рассказывай, что там стряслось у вас. Да покороче.
Все замолчали.
– Туда, – мальчик, переводя дыхание, показал рукой в сторону, где остались все старшие дети, – оттуда, – он
