— Думаю, мы можем разместиться на этой кровати втроем.
До Анджелины еще не дошел смысл его слов, а Клэр уже вскочила на ноги, ластясь к нему, как кошка, и вдруг в припадке восторга прыгнула на него, ее руки обхватили его шею, ее ноги обвили бедра атамана, острыми длинными ногтями она, как безумная, вцепилась в него с нешуточной силой.
— Нож, нож, — задыхаясь повторяла она и, открыв рот, вцепилась зубами в шею испанца.
Времени на размышления не оставалось, надо было действовать. Анджелина ухватилась за рукоять кинжала и стремительно выхватила его из ножен, висевших на поясе Дон Педро. Но тут ее отбросило в сторону резким движением, которым испанец отшвыривал от себя обвившую его своим телом Клэр. Анджелина отлетела к висевшей колыбели, ударившись об нее спиной, она увидела, как кузина, упавшая на пол, подбирает под себя ноги и склоняется, закрывая свою наготу потоком огненных волос и утирая окровавленный рот. Клэр взглянула ненавидящим взором изумрудных глаз на человека, стоящего перед ней и схватившегося за рану на шее, затем она перевела взгляд на Анджелину.
— Почему ты не убила его?!
— Потому что… — начала она, но испанец резко оборвал ее.
— Потому что она, в отличие от такой твари, как ты, которая думает не головой, а местом, расположенным между ногами, знает: это бесполезно, — и он направился к Анджелине, приближаясь медленным шагом, вытянув вперед руку открытой ладонью вверх, — отдай мне кинжал. Верни мне снова мой клинок, и ты станешь только моей женщиной. Смотри, если ты заставишь меня забрать его силой, ты узнаешь каждого парня, присутствующего здесь, еще до того, как кончится эта ночь. Ты станешь такой же, как Элис, видишь, она сидит в углу, вещь женского пола, которой пользуются здесь все подряд. Обещаю тебе это.
— О, Анджелина! — прошептала Клэр в отчаянии, обведя взглядом комнату и мужчин, уже приподнимающихся со своих мест. Ей казалось очевидным, что именно было разумным в данной ситуации, как именно следовало поступить Анджелине, чтобы с ней случилось меньшее зло. Неужели сама она этого не видит? Но Анджелина, наблюдая мрачное приближение к ней шаг за шагом атамана и держа в руке увесистый кинжал за рукоять, украшенную золотом и серебром, просто не могла заставить себя быть разумной, и не желала расставаться с оружием. Чем ближе подходил к ней испанец, тем крепче сжимала она кинжал в руке. Она чувствовала растущую в душе ожесточенность, и решимость идти до конца охватила ее, прибавляя сил. Анджелина глубоко вздохнула, взгляд ее стал твердым и суровым.
Что же касается атамана, он был в высшей степени самоуверен, чему не стоило удивляться. Она уже однажды добровольно отказалась от преимущества, почему бы ей не отказаться еще раз? Он подходил все ближе, не встречая с ее стороны никаких протестов, в его глазах на изможденном хищном лице уже загорался огонек триумфа.
И тут Анджелина полоснула его клинком, держа кинжал так, как держал его Рольф в схватке с Мак-Каллафом всего несколько часов назад, и делая выпад вперед всем своим телом, целясь в незащищенные места — в живот испанца.
Он моментально среагировал, и удар пришелся ему в руку повыше локтя. Он отбил кисть Анджелины вверх, но кинжал уже разорвал его мышцы, добравшись до кости и грозя перерезать вену. На его тощем лице отразилась бешеная ярость, и замахнувшись он ударил девушку по лицу с такой силой, что сбил ее с ног. Она ударилась о стену, нож отлетел в другую сторону. Испанец, нагнувшись, подобрал свой кинжал, из его левой руки текла алая кровь. Он надвигался на Анджелину, оскалив желтые сжатые зубы и устремив на нее прищуренный безжалостный взгляд — взгляд убийцы. Собравшись с силами, Анджелина нырнула под колыбель и швырнула ее в сторону испанца; бешено раскачиваясь, деревянная зыбка разделила их. Дон Педро поймал ее за край, останавливая, а потом рванул легкую детскую кроватку с веревок и бросил на пол, обходя ее стороной. Женщина по имени Элис заплакала, застонала и неуклюже слезла с постели. Став на колени, она неловко подползла к колыбели и стала осматривать ее, ощупывая мягкое голубое одеяльце, лежащее внутри.
Анджелина отпрянула. Один из разбойников, расположившихся у очага, вытянул руку, чтобы схватить ее, но тут же отдернул свою лапу, когда испанец прокричал на всю хижину:
— Прекрати, идиот! Она — моя, и я сам буду мстить ей, наслаждаясь своей местью!
Однако эти слова не помешали разбойникам загородить дверь на улицу, к которой отступала Анджелина. Ее оттеснили к кровати, на которой недавно лежала Элис.
На хрупком столике из вишневого дерева рядом с кроватью стоял небольшой чайник и множество чашек. Анджелина схватила фарфоровую посуду и начала швырять по одной чашке в испанца, стараясь бросить их посильнее. Одна чашка задела его скулу, оставив синяк — впрочем он вряд ли в пылу борьбы заметил это. От остальных чашек испанец с легкостью увильнул. Но Анджелина слишком замешкалась на одном месте. Легким скользящим шагом испанец отрезал ей путь к отступлению, зажав ее в угол. В поисках выхода из тупика, она поставила ногу на край кровати и, внезапно споткнувшись, упала на продавленный неровный матрас. Когда Дон Педро, не раздумывая, бросился на нее, ему в лицо полетела подушка, посланная рукой Анджелины, а затем в спешке скомканные покрывала. Он отбросил подушку, от которой в разные стороны полетели пух и перья, закружившиеся в воздухе, но тут атаман на мгновение запутался в душных складках покрывала. Этого мгновения Анджелине хватило, чтобы в отчаянном прыжке оказаться на другом конце кровати, чуть не запутавшись в своих собственных юбках. В следующее мгновение, она уже приземлилась на грубый деревянный пол, всадив в ладони занозы при падении. Вскочив на ноги, Анджелина метнулась в угол между двумя кроватями.
— Анджелина… Анджелина… Анджелина… — задыхаясь, шептала Клэр, раскачиваясь из стороны в сторону с широко открытыми и потемневшими от ужаса глазами.
Голос Клэр, рыдания Элис, проклятья и возбужденные крики разбойников, — все сливалось в один общий нестройный хор.
Анджелина по стеночке начала пробираться осторожным шагом к своей кузине, тщательно избегая даже краем глаза глядеть на дверь черного хода. Но все равно Дон Педро сразу же разгадал ее намерения и бросился наперерез, заблокировав дверь прежде, чем она успела достичь ее, обогнув место, где сидела Клэр. Остановившись, она резко изменила направление движения, но в этот момент Клэр, собравшись с силами, поднялась на ноги, и обе девушки столкнулись. Прежде чем Анджелина поняла, что происходит, она почувствовала цепкие сильные пальцы, ухватившиеся за ее волосы, рванувшие ее так, что в мгновение ока она оказалась в объятиях человека, одна рука которого сильно кровоточила.
