– Зачем? – спросил Коновалов.
Мешалкин объяснил свою теорию изгнания бесов. Абатуров согласился. Коновалов тоже не возражал.
– Поркой человека не убьешь, – сказал Абатуров, – а уму-разуму научишь. Так и деды наши поступали.
Они сняли с Хомякова штаны и выпороли его коноваловским солдатским ремнем.
Порол Мешалкин. После третьего удара Игорь Степанович пришел в себя и дико заорал от боли.
– Терпи, мил человек, – посоветовал ему дед Семен. – Это для твоей же пользы.
Хомяков вывернул голову и увидел, кто его лупит. Ему стало вдвойне нехорошо от такого унижения. По его щекам потекли слезы.
Глава двадцатая «СКОРАЯ ПОМОЩЬ»
Доктор едет, едет сквозь снежную равнину…
Федор Чистяков
1
Машина ехала в полном тумане. Вдруг Леня заметил впереди какие-то вспыхивающие огни. Он прищурился.
– Похоже на мигалку, – сказал он.
Полушкина нагнулась вперед.
– Леня! Это же «Скорая помощь»!
Теперь и Скрепкин разглядел на обочине дороги белый фургон с красной полосой. Он обрадовался, потому что очень хотел помочь сбитой. Он остановил машину, выскочил на дорогу, подбежал к «Скорой помощи» и рванул ручку дверцы на себя.
За рулем сидел доктор с внимательными глазами. Скрепкин отметил, что он очень похож на доктора Айболита, каким его изображали в кино. На докторе была белая шапочка с красным крестом и круглым зеркалом, из кармана халата торчала устаревшая слуховая трубка, на коленях лежал кожаный саквояж с красным крестом, доктор барабанил по нему белыми пальчиками с аккуратно подстриженными ногтями. Леня немного удивился его архаичному виду, но, может быть, в провинции до сих пор так ходят? Финансирования-то никакого нет!.. Неважно! Главное, вот доктор!
– Доктор! У меня в машине раненая.
– Слушаю-с! – голос был чисто айболитский.
– Пойдемте, доктор, я вам по дороге расскажу!
– Ну что-с, не будем терять время! – доктор спрыгнул на землю и засеменил к иномарке.
Полушкина стояла рядом с машиной. Увидев доктора, она открыла рот, и лицо у нее вытянулось.
– Вы больной? – доктор показал на Полушкину белым пальцем.
– Н-нет… Вот больной… Она больной…
– Так-так, – доктор нагнулся к машине, вытащил из кармана слуховую трубку и послушал Ирину. – Так-так… Будем госпитализировать…
Доктор вернулся к «Скорой помощи» и постучал кулачком по кузову.
Дверца кузова открылась, оттуда появились двое безмолвных санитаров с носилками. Они вытащили Ирину из машины, уложили на носилки и исчезли в тумане.
– Так-так, – доктор снял пенсне и протер стеклышко.
– Я могу помочь средствами для лечения, – сказал Леня и полез в карман за бумажником.
– Нет-нет, – остановил его доктор. – В этом пока нет необходимости… Я запомнил ваш номер, и если что-то будет нужно, мы с вами свяжемся… А вот с кровью, которая, по всей вероятности, понадобится для пострадавшей, определенные проблемы есть. У нас очень тяжело в районе с кровью. У вас какая группа?
– Вторая, резус отрицательный.
– Не годится. У потерпевшей положительный. Вот у вас, дамочка, мне кажется, кровь подходящая.
– Откуда вы знаете? – Полушкина испугалась.
– Опыт-с… Так я не ошибся?
– Нет…
– Тогда пройдемте в машину, возьмем у вас немного донорской крови…
– Нет, я не пойду, – Вероника перепугалась.
– Иди-иди, – подтолкнул ее Леня. – Это не больно. Человека спасать надо… Сегодня ты его, а завтра он тебя…
Подушкина посмотрела на Леню умоляющими глазами.
– Давай-давай, а я покурю пока.
Вероника, оглядываясь назад, пошла за доктором. Леня улыбнулся и помахал ей ладошкой.
Оставшись один, он вытащил из пачки сигарету, закурил и посмотрел в темное тамбовское небо.
Наверное, я на правильном пути… Раньше неудачи преследовали меня… Теперь же, когда меня наставили на Путь, мне везет… Как только нам понадобилась медицинская помощь, мы сразу ее получили самым чудесным образом… Разве не чудо, встретить среди ночи рядом с какой-то деревней нормальную «Скорую помощь» с квалифицированным врачом и санитарами… Все верно, я помог человеку, и Господь пришел мне на помощь… Человеколюбие множится…
– Закурить не найдется?
Леня вздрогнул.
Сзади стоял какой-то солдат в плащ-палатке. Леня не слышал, как он подошел. Хотя дорога была грунтовая, и под ногами у солдата должны были хрустеть камешки.
– Закурить не найдется? – повторил солдат.
– Найдется, – Леня вытащил пачку и протянул.
Солдат шагнул к Скрепкину, взял «Мальборо» и посмотрел внимательно на пачку.
– Трофейные?
Леня хмыкнул.
– Типа того… – Теперь Леня разглядел солдата получше и немного удивился. Форма на нем была какая-то устаревшая. Но спрашивать, почему солдат так одет, не стал. Во-первых, в тюрьме он научился не задавать лишних вопросов, а во-вторых, он же, как Чубайс, разбирался в экономической ситуации и понимал, что теперь такое время, когда бюджетным отраслям, типа медицины, армии и образования – не до жиру. Чего нашли, то и носим. Ему на мгновение стало обидно за державу.
Солдат вытащил из кармана зажигалку-гильзу, прикурил.
– Ух ты! Какие душистые!.. Как будто бабой пахнет…
Леня кивнул и улыбнулся. Ему нравились простые русские люди.
– Сверхсрочник, что ли? – спросил он.
– Можно и так сказать, – солдат как-то странно на него посмотрел.
– Или контрактник?..
– Вроде и того… И сверхсрочник, и контрактник…
– Ну и как служится? Тяжело, небось?
– Теперь всем тяжело…
– Ага… – Леня кивнул. – Обидно… Страна у нас такая… хорошая и богатая… Потенциал… Люди исключительные… Я так думаю, что мы скоро все трудности переживем, и тогда нам все в мире позавидуют еще сто раз! Захотят к нам жить, а мы не всех будем пускать, чтобы генофонд нам не разжижали!..
– Это что такое генофонд?..
– Это… – Скрепкин задумался. Он это понятие знал в общих чертах. – Знаешь, брат, есть хромосомы…
– А это еще что?..
– Ну… Такие… как бы… типа, короче, сперматозоидов… Которые там за что-то такое отвечают у людей… типа шифр…
Услышав слово шифр, солдат как-то напрягся и посмотрел на Скрепкина внимательнее.
– Это как у шпионов? – спросил он.
– Какие шпионы?
– Ясно, какие. Иностранные шпионы. Узнают про наши заводы и шифром сообщают за границу.
– Да какие на хер заводы?! Нет никаких больше заводов! Кому мы нужны! – Его немного раздосадовало, что солдат не понимает, о чем базар. И вообще разговор начал раздражать. – Привыкли к словам, которые ничего не означают, и как попугаи повторяем – шпионы-заводы!
– Это кто попугай?! – спросил солдат сердито. – По-твоему, солдат Красной Армии – попугай?! Ты сказал, что солдаты Красной Армии повторяют слова, как попугаи?! Солдаты Красной Армии повторяют слова товарища Сталина! Но не как попугаи, а сердцем и печенкой! – Он вытащил из-под плащ-палатки автомат с круглым магазином, какие Скрепкин видел только в кино и в музее. – Руки вверх!
И тут Скрепкин понял! Перед ним стоял сумасшедший! Сбежавший из психбольницы сумасшедший, который, наверное, ограбил по пути краеведческий музей. И, скорее всего, его автомат не стреляет! Но… кто его знает?! Обидно было бы убедиться в обратном.
Скрепкин решил подыграть сумасшедшему, чтобы тот успокоился.
– Да что ты, брат! Ты неправильно понял мои слова…
– Руки!
– Всё-всё, – Скрепкин медленно поднял руки. – Я хотел сказать, что я за товарища Сталина кому хочешь голову оторву…
– Товарищу Сталину, – перебил сумасшедший, – на таких, как ты, насрать! Он сам кому хочешь голову оторвет! Документы показывай!
– Чем же я их достану, друг? – Леня пошевелил пальцами.
– Медленно опускаешь одну руку и достаешь документы. И не вздумай со мной шутить! – Сумасшедший приставил дуло автомата к Лениному животу.
