воды и тогда тоненькие пальчики девушки от страха впивались в кожу кормиса, заставляя его сердце бешено колотиться.
Скорее, скорее спрятать хрупкую ношу от разгула стихии! О себе Мано не думал, после встречи с плейпи заботы о потерянном ноже вылетели вон из головы. Не было даже краешка времени, чтобы усилием потаенного разума послать весть собратьям в Кормаксилон.
Королева будет волноваться − это жаль, да и Наро расстроится, узнав о пропаже друга, но Мано непременно вернется домой, как только поможет одному из дивных обитателей леса.
Еще несколько тяжелых стволов преградили путь, и Мано велел девушке переместиться на его широкую спину, так им двоим будет удобнее перелезать через преграды. Неужели заветная пещера близка? Плейпи тянет за ухо и пытается перекричать шум дождя.
– Сюда-а… Вход спрятан за зелеными змейками, не бойся – они только кажутся живыми.
Плейпи хрипло рассмеялась, заметив как напряглись мускулы спасителя. Мано хорошо знал окрестности Кормаксилона, но никогда прежде не видел такую искусную маскировку растений.
– Мы называем их ариначи, − пояснила плейпи, − они хорошо прячут норы и гнезда, в которых селятся хлабры. Но здесь уже давно никто не живет, мы нашли только сухую скорлупу старых яиц.
Мано помог девушке взобраться по скользким камням на небольшой холм, заросший полосатыми лианами, свернувшимися в самые замысловатые узлы, наподобие змеиных клубков. Такая устрашающая картина могла бы отпугнуть любого свирепого хищника.
Кормис чувствовал себя слегка уязвленным, за всю свою долгую жизнь он никогда прежде не видел ни хлабров, ни их жилищ. Говорят, эти крупные звери жили вблизи воды, отлично плавали и ныряли, но не имели чешуи и плавников, их тело было покрыто короткой шерстью, а вместо зубастой морды находился приплюснутый птичий клюв.
Изображение столь удивительных и редких животных пытливый наставник Уно обнаружил в одной из книг Архива и потом весь вечер рассказывал о находке Совету. Уно всегда был любознателен и к тому же умеет говорить разумно и складно, наверно, за это его и полюбила Благословенная Магрит.
Вспомнив о своей королеве, главный строитель печально вздохнул, но тут же отвлекся на миловидное личико и пару голубых глаз, блеснувших в полумраке как драгоценные камешки.
– Ты вымок и устал. Лезь за мной, здесь хватит места для трех таких великанов.
Долго просить Мано не пришлось, куда лучше переждать бурю в норе неведомого зверя, чем подставлять спину дождю и ветру снаружи.
– Жаль, что так темно, − загрустила плейпи, − я даже не могу представить, насколько пострадало мое крыло.
– Огонь я могу разжечь, – глубокомысленно рассудил Мано, − но где взять подходящий хворост?
– Это не трудно – у дальней стены свалена целая куча сухих веток, прежний хозяин был запаслив и аккуратен, его гнездо сохранилось в целости.
Мано наощупь двинулся в сторону, и его большая ладонь скоро наткнулась на круглое девичье колено.
– Ой!
– Маленькая, прости, айрус я неуклюжий… сейчас отодвину в сторону лианы у входа, может, что-то смогу разглядеть.
Колокольчики смеха в ответ смутили кормиса еще больше. Что скрывать, Мано даже не хотел убирать руку от теплой ножки привлекательной девушки. Сами собой в голове пронеслись смутные образы – он ласкает красавицу-плейпи на белой пушистой шкуре луури… Фу-ух! Такому точно никогда не сбыться! Надо заняться огнем, работа всегда отвлекает от мыслей ниже ремня.
Главный строитель всегда носил при себе старенькое, проверенное огниво в непромокаемом мешочке из кожи сильдры. И в этот раз оно снова выручило кормиса, вызвал множество одобрительных возгласов со стороны нечаянной спутницы.
Когда в пещере затеплился огонек, можно было осмотреть раненое крыло и поговорить по душам.
– Как же получилось, что ты оказалась одна, настигнутая бурей? Где твои сестры? Вы всегда летаете вместе. Я видел вас прежде…
Мано хотел еще добавить, что он очень рад встрече, но решил, что девушка предпочла бы провести эту ночь в Плепиканте вместе с дружной семьей, а не в унылой заброшенной норе хлабра. Заметив его нерешительность, она ободряюще провела ручкой по суровому лицу кормиса.
– Эй, что ты стал грустный? Я тебе расскажу. Но сначала назови свое имя, воин.
Впервые в жизни Мано пожалел, что не носит этого славного звания. Всем женщинам во все времена нравились мужчины, озаренные славой героических предков, надежные защитники и следопыты. Мано был только лишь главный строитель − он, конечно, неплохо владел копьем и дубинкой, но короткий изогнутый меч служил ему чаще для обрубания веток или расправы над канатами лиан. Ни одного врага сразить своим оружием Мано не представилось случая.
Даже когда сердца кормисов пылали жаждой мести и десяток строителей, взяв в руки топоры, добровольно вступили в армию Кормаксилона, чтобы освободить из плена свою королеву, – Мано велели не покидать пределов Зеленой стены и следить за Домом.
А ведь он мог бы сражаться не хуже самого Кадо, пусть, не так ловко стричь головы черным уродам, но уж с десяток черепов точно сумел бы проломить огромным молотом в отместку за вероломство. За то, что в глубине джунглей ради забавы устроили смертельные поединки, стравливая между собой сородичей и добрых соседей, попавших в плен.
Кхар-гара-гах! Дармаллак должен быть разрушен.
Да… тревожное было время, столько сородичей полегло.
Бурный поток воспоминаний прервал серебристый голосок плейпи:
– Отчего ты сердишься? Или пока нес меня на руках забыл, как тебя зовут?
Она лукаво рассмеялась, показав белые зубки и мило наморщила нос. Строителю лучше не смотреть на нее, иначе захочется… захочется… Нет, об этом даже мечтать нельзя. Уж лучше продолжить беседу.
– Я – Мано, и я не воин. Я укрепляю старые стены и возвожу новые.
Чтобы еще более показать свое невысокое место в иерархии Кормаксилона, он не без ехидства добавил:
– А еще я вывожу мусор и проверяю, не забиты ли нечистотами нужники. Моя работа очень важна для семьи.
– Это верно, − неожиданно согласилась девушка. – Меня зовут Лини, и я плейпи, которой поручено убирать за малышами. А я сбежала на реку. Надоели какашки и детский писк.
Теперь пришла очередь Мано потрясти стены пещеры громовым хохотом. Тогда плейпи довольно ощутимо толкнула его в грудь крепко сжатым кулачком и отодвинулась за новой порцией сухих веток из разворошенного гнезда.
– И что тут смешного? Конечно, за малютками должен кто-то следить, но почему именно я? Думала, меня отыщут, вернут домой и снова разрешат растирать краску, но заблудилась, а потом поднялся ветер и этот грохот за спиной… Я всего лишь хотела передохнуть под высоким ятарисом, а он на меня упал. Какой невезучий день!
– А я потерял нож, − пожаловался Мано, изо всех сил пытаясь отвести глаза от круглой попки, обтянутой мокрой тканью штанишек, − зато нашел тебя. Не бывает все плохо без крошки хорошего.
Крылатая девушка вдруг порывисто обернулась, подползла к Мано совсем
