— Хорошо, я отвезу тебя, — с трудом проговорил Билл.
Может быть, он убедит ее переменить свое намерение по пути.
24
Кэрол стояла с Биллом у восточного терминала аэропорта.
— Пора идти, — сказала она.
Ей было страшно и одиноко. Иона собирался ее сопровождать, но это все равно что оставаться одной. Тем не менее другого пути она не видела. Поехать на юг, где все не так заорганизованно, затеряться где-нибудь в маленьких городках — таков был ее план.
— Правильно ли ты поступаешь? — спросил Билл, глядя ей в лицо.
Она скрывала от него, что чувствовала в действительности. Он пытался отговорить ее от этого плана с той минуты, как они покинули Монро. Но у нее не было выбора. Она должна уехать.
— Думаю, что да. По прибытии в Атланту мы купим машину и уедем оттуда. Боюсь, нас будет легко выследить вплоть до Атланты. После этого, Иона обещает, нас вряд ли удастся найти.
Скрыться ото всех — именно этого она хотела сейчас. Она родит своего ребенка и вырастит его в мире и покое. И никто не сумеет помешать ей.
Она проследила за взглядом Билла, смотревшего туда, где у трапа стоял Иона, чтобы вместе с ней сесть в самолет. Когда Билл снова посмотрел на нее, выражение его лица было озабоченным, глаза полны тревоги.
— Я не доверяю ему, Кэрол, — сказал он тихо. — Он что-то скрывает. Не надо ехать с ним.
— Я вынуждена, Билл. — Она сама не очень-то доверяла Ионе, но была уверена, что он защитит ее и ребенка.
— А знает ли он, что делает?
— Думаю, что да. Надеюсь, что знает.
С досадой сжав кулаки, Билл воскликнул:
— Боже, как бы мне хотелось чем-то помочь тебе!
Они помолчали, а потом он спросил совсем тихо, с трудом подыскивая слова:
— Кэрол… что произошло в доме Хэнли?
Она старалась не подавать вида, что помнит об ужасах прошедшего дня. Она разберется с этим позднее.
— Ты знаешь, — сказала она. — Ты был там.
— Эмма была мертва, Кэрол, совершенно мертва. Я же сидел рядом и видел, что у нее остекленели глаза и остановилось дыхание до того, как ее укрыли шторой. И тем не менее она поднялась и убила двух человек.
— Значит, она не была мертва!
Она понимала, как бесстрастно прозвучали ее слова, но ответить иначе не могла. Только так она могла пережить все то, что произошло и что еще может произойти.
— Она была мертва, Кэрол. Но она встала, спасла тебя и твоего ребенка от твоей тетки. В теле Эммы была не Эмма. Там был кто-то еще — что-то еще. Так что же все это значит?
«Нечто хочет убить мое дитя, и нечто другое пытается защитить его».
Впервые она разрешила себе облечь эту мысль в слова, и безжалостная истина ужаснула ее. Но от этой истины ей никуда не деться, она вынуждена признать ее.
И выбрать, на чью сторону ей встать.
Идет чудовищная борьба, и она, очевидно, находится в ее эпицентре. Кэрол боялась думать о том, какая из сторон, участвующих в борьбе, скорее всего, является защитницей ее ребенка. Но какова бы ни была сущность ее союзника, Кэрол твердо знала, на чью сторону она встанет.
Она выбирает своего ребенка, раз и навсегда.
— Я не знаю, что все это значит, Билл, — сказал она. — Единственное, что мне известно, — мой ребенок был в опасности, а сейчас он спасен. Это все, что интересует меня.
— И меня тоже, — подхватил Билл. — Но я должен знать больше. — Он снова оглянулся на Иону. — Держу пари, что он знает больше, чем говорит.
— Может быть, и так. Может быть, он мне все расскажет. — Хотя она на была уверена, что хочет знать больше.
— Нас используют, — внезапно произнес Билл.
Кэрол притворилась, будто не знает, о чем он говорит.
— Я не понимаю, — сказала она.
— Джима, тебя, меня, Грейс, Эмму, этого монаха и даже Иону… Я не могу объяснить, но я чувствую: нас всех используют как пешек в какой-то игре. И игра эта еще не закончилась.
— Нет, — сказала она убежденно, — не закончилась.
Внезапно ее охватил один из необъяснимых приступов ненависти к Биллу. «Что, истощил запас своих убогих, рационалистических объяснений, ты, самонадеянный осел?» Она чуть не произнесла эти слова вслух.
В громкоговорителе в последний раз объявили, что пассажиров, летящих в Атланту, просят пройти на посадку.
— Я должна идти, — быстро произнесла Кэрол, заставляя пробудиться свои добрые чувства к Биллу. — Расскажи полиции все, что ты знаешь, или столько, сколько решишься рассказать.
— Значит, это прощание, — сказал Билл. — Сообщай о себе время от времени, чтобы я знал, что ты цела.
Он хотел коснуться ее руки, но она обняла его и поцеловала в щеку.
— Я буду поддерживать с тобой связь.
Непременно. Она твердо намеревалась время от времени ненадолго наезжать в Нью-Йорк, чтобы ответить на вопросы полиции о трех трупах в особняке и решить проблемы, касающиеся ее имущества. Когда ребенок родится, она собиралась использовать унаследованное Джимом богатство, чтобы оградить свое дитя от всякой внешней опасности. Она пустит эти деньги в рост, и придет время, когда они все перейдут к нему.
Кэрол повернулась и поспешила туда, где у трапа ее ждал Иона.
Глава 24
1
Садившееся солнце, видно, взяло взаймы немного времени, и здесь, высоко в небе, еще светило. Пурпурные лучи его падали через овальный иллюминатор на ее плечо. Сидящий слева Иона откинул голову назад и закрыл глаза, сложив руки на животе. То ли дремал, то ли молился. Впрочем, и то, и другое было сомнительно.
Кэрол позволила себе немного расслабиться. Опустила плечи, чтобы снять напряжение, но руки ее по-прежнему были сжаты в кулаки. Избранные остались где-то под ней и позади нее. Она и ребенок были здесь, наверху, вне пределов их досягаемости. Какое-то время она могла быть спокойна.
И вдруг она почувствовала озноб. Глубоко внутри ее разрастался ледяной кристалл, поглощавший тепло из тканей ее тела. Он рос быстро, завладевая ею, излучая леденящее сияние. Оно бежало по ее конечностям, извергая вниз абсолютное зло, которое заливало лежащую под ней Землю.
2
Под ней, где-то на юге, в Мемфисе, дородный белый мужчина смотрит по телевизору выступление Мартина Лютера Кинга в новостях. Он не слушает его слов. Ему это не нужно. Проклятье! Всегда одно и то же. Он ненавидит этих самонадеянных негров, устраивающих повсюду беспорядки, особенно на Юге, ненавидит всех их, но больше всех он ненавидит этого лауреата Нобелевской премии, имеющего возможность, когда бы он ни захотел, появляться на экране телевизора в любом доме.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
