Рейстлин с интересом ждал решения барона, и Лэнгтри, наконец, замер на середине спальни.
— Я принял решение, — тяжело произнёс он, — А теперь скажи мне правду. Сколько слуг в твоём доме?
— Двое, милорд, — виновато сказал мэр. — Супружеская пара. Они служат мне уже много лет. Не опасайтесь их, они безобидны, кроме того, спят так крепко, что их не разбудит даже грохот падающей стены.
— Будем надеяться, что до этого не дойдёт, — серьёзно сказал Лэнгтри. — Маг, навести их и позаботься, чтобы они спали и дальше.
— Да, барон, — кивнул Рейстлин, хотя ему очень не хотелось уходить.
— Потом иди к нашей страже, пусть будут готовы.
— Он не убьёт их? — спросил с тревогой мэр.
— Всё будет в порядке, — заверил барон. Мэр не очень поверил словам барона, но безропотно сообщил Рейстлину, где искать слуг. Маг задержался на пороге, надеясь, что барон хоть словом намекнёт план дальнейших действий, но Лэнгтри зло уставился на него, после чего юноша шмыгнул в коридор.
— Они, наверное, беспробудно спят, — раздражённо бормотал Рейстлин, поднимаясь по крутой лестнице на чердак дома, где были расположены комнаты прислуги. Сейчас он находился совсем недалеко от гнезда аиста. — Он наверняка не доверяет мне, вот и придумывает всякие дурацкие поручения. Хоркин точно бы остался…
Но барон оказался прав, видимо угадав или звериным чутьём ощутив опасность. Когда Рейстлин открыл дверь в спальню слуг, муж сидел в кровати и натягивал сапоги, а жена толкала его в спину и бубнила, что точно уверена: в доме кто-то есть.
Рейстлин метнул заклинание одновременно с тем, как лунный свет упал на него. Крик уснул вместе с упавшей на подушки женщиной, а муж уткнулся в сапоги и захрапел. Действие заклинания было рассчитано на длительное время, но на всякий случай Рейстлин запер дверь спальни снаружи, унеся ключ на кухню.
Войдя туда, несколько успокоенный фактом реальной опасности, маг увидел, что Карамон внимательно наблюдает за чем-то в окно.
— А где Крыса?
— Пошёл обойти дом, чтобы удостовериться, что никто не притаился вокруг.
— Давай поторопи его, барон велел быть готовыми уходить.
— Несомненно, Рейст, а что он решил делать? Мы будем нападать?
— Для тебя это так важно, брат мой? — безразличным тоном спросил Рейстлин. — Нам платят, чтобы мы выполняли приказы, а не расспрашивали о них.
— Ну, ты, конечно, прав… Но неужели тебе не интересно?
— Нисколько, — бросил Рейстлин и вышел, чтобы найти Крысу.
За время пути назад барон так и не дал никакого намёка. Улицы были пусты, но они не рисковали, тщательно вглядываясь в переулки, прежде чем пересечь их. Когда до склада оставался один перекрёсток, Карамон, шедший впереди, уголком глаза заметил странную вспышку и отпрянул назад, в тень заброшенного дома.
— Что это? — прошептал барон.
— Свет. В самом конце улицы, — ответил Карамон. — Когда мы шли сюда, его не было.
Осторожно двинувшись вперёд, чтобы остаться в тени, барон посмотрел в указанном Карамоном направлении.
— Святые благословения! — испуганно воскликнул он, — Вы должны все это увидеть!
Крыса и Рейстлин придвинулись ближе и замерли, поражённые. В дальнем конце улицы, под низкой каменной аркой, виднелось прекрасное здание. Остатки изящных колонн поддерживали крышу, стены украшали панно, теперь стёртые людьми или временем. Вокруг здания располагался внутренний двор, заброшенный и заросший сорняками. Карамон спокойно прошёл бы мимо, если бы не лунный свет. Как такое получилось — неизвестно, но в лучах Солинари здание мягко светилось серебром, как светятся в ночи светлячки на поляне.
— Никогда не видел ничего подобного, — благоговейно прошептал барон.
— Я тоже, — в тон ему ответил Крыса, — Когда я смотрю на такую красоту, мне становится больно вот здесь. — Он провёл рукой по груди.
— Это магия, Рейст? — спросил Карамон.
— Скорее наваждение… — Рейстлин ответил шёпотом, боясь, что звуки его голоса разрушат прекрасный мираж.
— А, что? — не понял Карамон. — Это другой вид магии?
— В старые годы Боги умели создавать подобное… — сказал Рейстлин.
— Точно! — воскликнул барон. — Это, должно быть, Храм Паладайна, я видел отметку на карте города. Их на Ансалоне почти и не осталось…
— Храм Паладайна… — задумчиво проговорил Рейстлин, посмотрев на серебристую луну. — Согласно легендам, Солинари — сын Паладайна. Да, это многое бы объяснило…
— Ладно, мне нужно ещё заплатить по счетам до нашего ухода, — заторопился барон, увлекая остальных за собой к складу.
Карамон и Крыса двигались рядом с ним, а Рейстлин тащился сзади, постоянно оглядываясь. Когда все вошли в двери, маг задержался и бросил последний взгляд на сияние Солинари. Бог серебристой луны являлся ему раньше. Все три Бога магии: Солинари, Лунитари и Нуитари — в своё время почтили юного мага своим присутствием. Он выбрал цвета Лунитари, но ведь маг, чтящий одного из членов семьи, в глубине души уважает и остальных. Рейстлин чтил сына Паладайна, хотя его мысли и идеи были далеки от белой магии.
Глядя сейчас на Храм, маг неожиданно почувствовал, что Солинари осветил его неспроста, он словно стремился привлечь его, Рейстлина, внимание, подобно тому, как в шторм на берегу зажигают маяк. «А если так, то, что означает этот свет? — размышлял он. — Предупреждение держаться подальше от опасного берега или путеводный огонь надежды?»
— Рейст? — Голос Карамона прервал его рассуждения. — Эй, парни, вы не видели моего брата? Он же шёл прямо за мной… А, вот ты где, а я уж начал волноваться… Что ты там делаешь? Все ещё смотришь на луну и Храм? Странное чувство у меня внутри, словно кто-то зовёт… Знаешь что, Рейст?! Мне хочется пойти внутрь или хотя бы побродить вокруг… Кажется, что в этом Храме меня ждут ответы на самые главные вопросы в жизни…
— Сомневаюсь, что Храм скажет, когда будет следующая кормёжка, — холодно произнёс Рейстлин. Он не знал почему, но всегда чувствовал глухую ярость, когда вдруг Карамон говорил вслух то, о чём он только думал.
Облако пробежало по луне, как будто чёрная ткань мазнула по магическому шару. Храм потух, растворившись во тьме ночи, и если он и знал древние тайны, то давно забыл их…
— Гхмх…— прокашлялся Карамон. — Тебе лучше зайти внутрь, Рейст. Стоя на улице, ты нарушаешь приказ.
— Спасибо, Карамон, что напомнил мне мои обязанности. — Рейстлин вошёл, оттолкнув близнеца в сторону.
— Не за что, Рейст, — бодро произнёс Карамон. — Всегда к твоим услугам.
В углу склада мастер Сенедж и сержант Немисс разговаривали с бароном. Они перешёптывались так, что никто не мог услышать их разговор, даже Крыса, которого отловили за бочкой и послали стоять в виде наказания бессменным часовым. Солдаты вглядывались в их лица, стараясь определить дальнейшие намерения барона.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
