и длиной 7,9 м. имеет дальность пуска до 170 км и потолок – 24 км. Поражение цели обеспечивается осколочной БЧ массой 115 кг. Скорость полёта ракеты – 1200 м/с. Запуск ракет осуществляется подпалубной ПУ вертикального старта. В отличие от противосамолётных ЗУР семейства SM-2 ракета RIM-161 Standard Missile 3 (SM-3) изначально создавалась для борьбы с баллистическими ракетами. Противоракета SM-3 оснащена кинетической боевой частью с собственным двигателем и матричной охлаждаемой ИК ГСН (инфракрасной головкой самонаведения). В начале 2000-х данные ракеты проходили испытания на Противоракетном полигоне имени Рональда Рейгана в районе атолла Кваджалейн. В ходе испытательных пусков, проходивших в 2001–2008 годах, противоракетами, запущенными с боевых кораблей, оборудованных БИУС «Иджис», удалось поразить прямым попаданием несколько имитаторов МБР на высотах 130–240 км. Начало испытаний совпало с выходом США из договора по ПРО. Противоракеты SM-3 размещаются на крейсерах типа «Тикондерога» и эсминцах «Арли Бёрк» (японских серии «Атаго» и «Конго»), оснащённых системой AEGIS в стандартной универсальной пусковой ячейке Mk-41.
Нам понятно, что сухопутные аналоги системы ПРО «Иджис» – это на 100 % оружие агрессии и средство маскировки для наземных позиций ракет «Томагавк». Против первого, упреждающего удара, как система «обороны» эти комплексы очень уязвимы: одной ракетой можно уничтожить весь комплекс. А подлётное время для удара по этой системе от границ её противников достаточно мало, – оно от границ меньше, чем подлётное время ракет этой системы, которые от границ ещё должны долететь до целей на значительное расстояние. Поэтому такая система – это оружие «первого удара».
Запуск противоракеты THAAD
Испытания в США лазерной системы ПРО, размещённой на борту Boeing-747, начались в марте 2007 года, первоначально отрабатывались системы обнаружения и сопровождения целей. 3 февраля 2010 года состоялась первая успешная стрельба по реальной цели, тогда была уничтожена мишень, имитировавшая баллистическую твердотопливную ракету. В феврале прошли стрельбы по твердотопливным и жидкостным ракетам на активном участке траектории. Испытания показали, что самолёт YAL-1A с лазерной пушкой на борту можно также использовать для уничтожения авиации противника. Однако это было возможно только на большой высоте, где концентрация пыли и водяных паров в атмосфере минимальна. В 2010 году на программу лазерного перехватчика было израсходовано более 3 млрд. долларов, а полная стоимость развёртывания системы оценивалась в 13 млрд долларов. В связи с чрезмерной стоимостью и ограниченной эффективностью применения было решено отказаться от продолжения работ и программу окончательно закрыли в 2011 году.
В США в начале 90-х, ещё до выхода США из договора по ПРО, на полигоне Уайт-Сендз в штате Нью-Мексико начались лётные испытания опытных образцов противоракет нового мобильного противоракетного комплекса театра боевых действий, получившего обозначение THAAD (англ. Terminal High Altitude Area Defense – «Противоракетный подвижный комплекс наземного базирования для высотного заатмосферного перехвата ракет средней дальности»). Перед разработчиками комплекса стояла задача создать ракету-перехватчик, которая могла бы эффективно поражать баллистические цели с дальностью полета до 3500 км. При этом зона поражения THAAD должна была составить до 200 км и на высотах от 40 до 150 км. Противоракета комплекса THAAD оснащена неохлаждаемой инфракрасной головкой самонаведения (ИК ГСН) и инерционно-радиокомандной системой управления. Так же, как и для ERINT, принята концепция уничтожения цели прямым кинетическим ударом. Противоракета THAAD при длине 6,17 м – весит 900 кг. Одноступенчатый двигатель разгоняет противоракету до скорости 2,8 км/с. Запуск осуществляется отделяемым стартовым ускорителем.
Испытания нового стационарного противоракетного комплекса GBMD начались в июле 1997 года на атолле Кваджалейн. Известно, что первые варианты противоракет GBI (англ. Ground-Based Interceptor) – разрабатывались на базе второй и третьей ступеней, снятых с вооружения МБР «Минитмэн-2». Прототип представлял собой трехступенчатую ракету-перехватчик длиной 16,8 м, диаметром 1,27 м и стартовой массой 13 т. Максимальная дальность стрельбы 5000 км. Согласно данным, опубликованным в американских СМИ, на втором этапе испытаний работы велись уже со специально созданной противоракетой GBI-EKV. По разным данным, её стартовая масса составляет 12–15 тонн. Противоракета GBI выводит в космос перехватчик EKV (англ. Exoatmospheric Kill Vehicle – «Внеатмосферная машина-убийца») со скоростью 8,3 км в секунду. Кинетический космический перехватчик EKV весит около 70 кг, он оснащен инфракрасной системой наведения, собственным двигателем и рассчитан на прямое попадание в боеголовку. При столкновении боеголовки МБР и перехватчика EKV их суммарная скорость составляет около 15 км/сек. Известно о разработке ещё более совершенной модели космического перехватчика MKV (англ. Miniature Kill Vehicle – «Миниатюрная машина-убийца») массой всего 5 кг. Предполагается, что противоракета GBI будет нести более десятка перехватчиков, что должно резко повысить возможности противоракетной системы. В настоящий момент ведётся доводка противоракет GBI. Только за последние несколько лет агентство ПРО потратило более $2 млрд на устранение проблем в системе управления космическим перехватчиком. В конце января 2016 года состоялось успешное испытание модернизированной противоракеты. Противоракета GBI, стартовавшая из ШПУ на базе «Ванденберг», успешно поразила условную цель, запущенную из района Гавайских островов. Как сообщается, баллистическая ракета, выступавшая в качестве условной цели, помимо инертной боеголовки была снаряжена ложными целями и средствами для создания помех. (Подробнее см. https://topwar.ru/93296-sistema-pro-ssha-chast-3-ya.html)
Старт ранней противоракеты GBI
Шахтные пусковые установки противоракет GBI в форт Грили, Аляска
В настоящее время одной из «линий развития ПРО», видимо, будет развитие противоспутниковых систем ввиду того, что искусственные спутники сейчас являются основой многих систем разведки, оповещения о нападении, связи, навигации. Отдельные современные противоракеты позволяют сбить спутник на низкой орбите. Но спутники на высоких орбитах могут быть сбиты только ракетами с очень большой энергетикой, – на уровне энергетики МБР со стартовой массой в десятки-сотни тонн. Конечно, ИСЗ и на высоких орбитах могут быть сбиты специальными «малыми» управляемыми спутниками с очень точной системой наведения или самонаведения. Мощные ракеты могут выводить на высокие орбиты сразу несколько «спутников-убийц». Поэтому противоспутниковое оружие в той или иной мере будет постепенно развиваться в сильно «скрытом» порядке, как одна из ветвей развития ПРО.
К 2020 г. ударные силы системы ПРО США будут включать (см. с.184 – ([84]):
• 50 шахтных ПУ ракет GBI в 2-х позиционных районах, где будет размещено до 40 ракет GBI;
• 44 корабля и 2 наземные базы, оснащённые БИУС «Иджис ПРО»;
• не менее 9 батарей с 27 ПУ THAAD;
• 15 батарей с 60 ПУ ПЭТРИОТ.
Для перехвата ракет на среднем участке траектории может применяться не менее 474 противоракет: до 40 GBI, 27 SM-3 1A, 373 SM-3 1B, 25 SM-3 2A, 25SM-3 2B. На конечном участке может быть задействовано не менее 503 ракет THAAD, 1770 ракет SM-2 BLOK IV, 1198 PAC-3.
Ракета дальнего перехвата GBI – трёхступенчатая, с массой 19,5 т и длиной 16,6 (выполнена на основе коммерческой
