И он уже не увидел, как одновременно с двух сторон к нему бросились Ловчий и... принц Ковин. И не увидел, как в этот же момент отворилась дверь и как, раскидав стражников, в зал вбежал Босоногий колдун в своем настоящем обличье.
- Прекратите поединок! - с порога закричал Аркадий Степанович, которого знали здесь как могучего мага и посла короля айров. - Ах, Боже мой... неужели я опоздал?
Он тоже кинулся к Овечкину и, только убедясь, что тот жив и находится вне опасности, соизволил наконец обратиться к правителю Дамора с приветствием и извинениями. Однако это произошло достаточно поздно, и в зал к тому времени уже набежало порядочное количество стражников, окруживших со всех сторон незваного посетителя, а заодно, по указанию короля Редрика, мигом заподозрившего неладное, и дворянина Мартуса, стоявшего на коленях над телом поверженного претендента.
- Да-да, - сухо сказал Редрик в ответ на извинения. - Однако хотелось бы знать, чем вызвано подобное бесцеремонное вторжение и какое отношение имеет посол айров к нашему самозванцу?
Стражники придвинулись ближе.
- Объясню, - ничуть не смутясь, ответствовал почтенный старец. - Я уполномочен вновь повторить предложение о расторжении брачного договора вашего наследника с принцессою айров. А этот бедняга, к которому не мешало бы, кстати, позвать врача, отношение к моему предложению имеет самое прямое. И если вы, ваше величество, наберетесь терпения выслушать...
- Наберется, - сказала, поднимаясь со своего места, королева. - Эй, кто-нибудь... врача!
Король Редрик открыл было рот, но, встретившись взглядом с королевой, закрыл его снова.
Врач появился через секунду, Овечкина перенесли в прилегающий кабинет, посторонние из зала по приказу королевы были отосланы, стража отправлена за дверь. Остались лишь члены королевской фамилии наедине с колдуном. И Аркадий Степанович повел свой рассказ, честно и правдиво, ничего не утаивая. Обращался он, в основном, к королеве, как к главной союзнице, и упирал на то, что король Айрелойна ничего не знал о заговоре, составленном верными друзьями принцессы Маэлиналь. Рассказал он и о чарах, довлевших над принцессой, и о Михаиле Анатольевиче Овечкине, жителе иного мира - Земли, не имевшем никакого отношения ни к айрам, ни к даморам, но дважды жертвовавшим собою ради спасения Маэлиналь. Рассказ получился длинным. Но даже недоверчивый Редрик слушал его с неослабевающим интересом.
Велся же этот рассказ ради одного-единственного слушателя. Ибо, как было известно Босоногому колдуну, принц Ковин не мог, конечно, в одну секунду превратиться из злодея в кроткого ангела, но именно сейчас он находился в подходящем состоянии духа, что было вызвано мистической подоплекой самопожертвования Овечкина и Баламута. Именно сейчас от его слова зависела дальнейшая судьба принцессы Май, и именно сейчас он мог и должен был произнести нужное слово. Завтра он мог и передумать...
И принц Ковин произнес это слово. Бледный, дрожащий, с таким видом, будто он сам не слишком хорошо понимает, что делает, он сказал, что, коли так, он согласен на расторжение договора и даже не требует отступного...
Отступного потребовал король, памятуя обо всех предыдущих обещаниях посла.
- Я очень рад, - сварливо сказал он, стараясь не глядеть на королеву, - что дело с самозванцем разъяснилось. И хотя он заслуживает самого сурового наказания, мы будем помнить о том, что суд чести все-таки состоялся. Пусть уходит с миром. Однако, помнится мне, речь шла о трех, не то четырех волшебных талисманах...
Аркадий Степанович согласно закивал.
- Я готов вручить их вашему величеству немедленно. Извольте только подписать акт о расторжении договора!
И он торжественно извлек из-за пазухи заранее заготовленный заветный свиток, несущий принцессе Маэлиналь избавление от гибельного для нее брака.
ГЛАВА 35
...Михаил Анатольевич проснулся оттого, что почувствовал на себе чей-то пристальный взгляд.
Он неохотно приоткрыл глаза и увидел чатури, сидящего на спинке кровати у него в ногах.
- Привет, ягненочек, - тут же затараторила вещая птица. - Извини, что потревожил твой сон. Но ты ведь и так дрыхнешь целыми днями! А после обеда прошло уже два часа!
- Привет, - со вздохом отозвался Овечкин. - Вообще-то, говорят, выздоравливающим спать полезно.
- Врач сказал, что завтра тебе уже можно будет встать, - авторитетно заявил чатури. - Так что ничего, перебьешься!
Овечкин вздохнул еще раз и сладко потянулся под одеялом. Спорить с этим настырным болтуном не имело смысла, хотя Михаил Анатольевич и поспал бы с удовольствием еще часика два.
Выздоравливать было приятно. Королева Дамора не изменила своего отношения к самозванному сыну, когда узнала причину и все подробности заговора. Она отвела покои на своей половине дворца и для Овечкина, и для Баламута, пригласив к ним лучших придворных врачей. Оба были окружены ее неусыпными заботами, имели прекрасный уход, а уж про роскошь обстановки и говорить было нечего. Под таким пуховым одеялом, под каким покоился нынче Овечкин, сон наплывал сам собою...
- Я пришел поведать тебе новости, - сказал чатури. - Что происходит в Данелойне, например...
Михаил Анатольевич отмахнулся.
- Я и так знаю, что происходит в Данелойне.
- Ну да, ну да, - язвительно заскрипел чатури. - Ты же теперь стал у нас таким умным! Даже как-то неловко называть тебя ягненочком...
Овечкин разулыбался.
- Есть у меня и другая фамилия, против моей куда как героическая! сказал он. - Впредь можешь звать меня Овцовым.
Чатури некоторое время молча таращил на него свои желтые круглые глаза, потом захихикал.
- Понял... Однако, должен сказать тебе, Овцов, что, как бы ты ни был умен, а кое о чем ты не ведаешь, и никогда тебе не догадаться!
- Может, мне лучше и не знать этого? - осторожно осведомился Овечкин, уже постигший некоторые тонкости в искусстве разговора с капризной птицей.
Чатури немедленно надулся.
- Может быть!.. Мне просто жаль девушку. Сама она тебе не скажет, а ты, тупица, так и не поймешь ничего, хоть сто лет проживи!
- О какой девушке речь?
- О такой, - ехидно ответил чатури. - Твой номер не прошел. Кстати сказать, сегодня утром к королю Фенвику приехал твой друг, Никса Маколей. Он получил родительское благословение, разумеется, преисполнен благодарности и ждет не дождется, когда вы с Баламутом вернетесь наконец в Айрелойн. Свадьбу решили отложить до вашего полного выздоровления.
- Я рад, - просто сказал Овечкин. - Как Доркин-то... что врачи говорят?
- Неплохо. Босоногий колдун сделал все, что мог, так что он ненамного отстает от тебя. Даже спит всего на час больше!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
