– Куда это тебе выезжать то? – удивился Нехромой.
– Так я ж тебе говорил, – брата с племяшом встретить надо. Забыл что ли?
– Не погоди, про никакого такого брата ты не говорил, я может и выпимши, но память не потерял.
– Разве не говорил? – уже удивился я.
– Не говорил.
– Я ж говорил, что мне жилье и харчей на троих надо. Говорил?
– Говорил, – признал Нехромой после некоторого раздумья.
– Или ты думал, что я в три горла жрать собрался и на трех лежанках одновременно дрыхнуть?
– Ну я не знаю, – думал, – может бабу заведешь….
– А может и заведу…. Но это то уже другой разговор. Да только брат у меня с племяшом. Мы вместе ехали, да в дороге растерялись. Вот как найду, так и….
– И долго ты их искать будешь?
– Ну…., может неделю.
– А кашеварить-то кто эту неделю будет?
– А что я могу поделать? Это ведь брат!
– Ну и Злыдень с тобой жабий сын, – ищи своего брата. Но только чтобы через неделю тута был. А то ведь я долго ждать то не буду, найду кого ни то…..
ВОЖДЬ
Прошла неделя, затем вторая.
Кажется, это действительно была вторая неделя.
Но это неважно. Неважно, потому что в данном случае неделя, это не календарный отрезок времени, а некая эпоха моей жизни…..
….Черствая краюха хлеба в кармане старых штанов Кудрявого….?
…. Кажется ТОГДА, – (Боги, как же это было давно), – я решил что ни за что не стану ее есть?
…. Я слопал ее спустя два дня!!!! И пусть меня поцелует Злыднева Теща, если это не был самый вкусный кусок хлеба, который я когда-либо сумел разгрызть!!!
… Говорите ОХОТА?!?!
В конце первой недели я «охотился» на червей, жуков и лягушек, и жрал их с таким наслаждением, с каким не «вкушал» перепелов и прочие изысканные блюда, в самые успешные годы моей жизни.
…Что еще входило в мой рацион?
…ВСЕ. Все, что не смогло преодолеть мое чувство брезгливости, («чувство брезгливости», – а что это?), или было слишком крепким, чтобы его разжевать, или слишком большим, что бы проглотить не жуя.
ОХОТА говорите????? – оказалось что звери слишком умные, что бы подпустить меня на дистанция удара копья. И оказывается, – я совершенно не умею бросать копье, и совершенно не умею делать луки и, (что оказывается гораздо сложнее), – стрелы к ним!
ВТОРАЯ неделя, была самая тяжелая.
Вторая неделя началась после того, как я чем-то отравился. Возможно, это был один из грибов, который я нашел? или те странные ягоды? А может необычного цвета лягушка? Или….
Но какая разница ЧЕМ я отравился. Важно, что к голоду и холоду, прибавились жуткие рези в животе, слабость и галлюцинации.
… Зато ТОГДА я был не один. Вместе со мной по лесу брели призраки. Призраки всех кого я потерял, кого убил…, предал, кого….
…Большая Шишка…. Он вообще не отходил от меня…. Он все время был рядом…. Во весь свой огромный рост…. В иссеченных доспехах…. С расколотым щитом и зазубренным мечом….С глазами…., такими пустыми и мертвыми, но смотрящими на меня с таким укором и презрением….
…. Старик. Его глаза. Полные жалости и сочувствия. Жалости и сочувствия, что ранят сильнее, чем ненависть и презрение.
… Полтинник? Полтинник…. Полтинник с глазами Одноухого в последней стадии бешенства! Глазами, перед которыми даже Злыдень не устоит и затрясется от страха…..
Полтинник, на которого я не смел поднять взгляда.
Не смел поднять взгляда не из-за страха, перед этими бешенными глазами, а от стыда.
….ОНА. Я не видел ее. НИ РАЗУ.
Я не видел ЕЕ. Но я чувствовал ЕЕ взгляд.
Тот самый взгляд, что преследовал меня на улицах МОЕГО города. Даже тогда, когда я еще не знал ЕЕ……
…………………Вторая неделя прошла, когда я научился добывать огонь…………………
Забавно, но научил меня этому Одноухий. Я вдруг вспомнил, как он однажды разжег костер, ударяя камнем по обуху топора. А ведь собственно говоря, что такое огниво? То же железо, о которое бьют камнем…, кажется он называется кремень. Как он выглядит? – это неважно. Я буду бить всеми камнями, которые встречу на своем пути, об обломок ножа.
Удача повернулась ко мне лицом уже на второй попытке. Из-под удара вылетела яркая искра.
Дальше я уже знал. Сухой мох, мелкие сухие веточки, веточки потолще, толстые ветки, положенное поперек костра бревно, которое будет гореть всю ночь, согревая меня своим теплом.
Это был костер. Это было чудо. Это была жизнь.
Впервые за долгое время, я смог просушить свою одежду и впервые не дрожал всю ночь от холода и страха.
Вместе с огнем пришла и удача. Буквально на следующее утро, я совершенно случайно разглядел в кустах силуэт небольшого оленя. Даже не думая, я бросил свое копье и попал. Попал, кажется куда-то в заднюю ногу. Еще почти полдня я тащился по его кровавому следу, пока не догнал и не добил.
А потом был пир!!!
А еще через два дня я наткнулся на труп. Старый, почти полностью истлевший.
… Кем был этот парень, и что он делал в этой глуши? Дезертир, или разбойник? Или жертва разбойников? Просто заблудившийся ветеран, решивший срезать путь через лес и нашедший здесь свою смерть? Или может…..
…А впрочем, – неважно. Важно, что он был одет в стальной доспех, имел при себе меч, щит, «тот» кинжал, и пару метательных ножей, а рядом с ним лежал заплечный мешок с настоящими драгоценностями, – котелком, огнивом, топором, и закаменевшей солью.
Там еще была разная другая мелочевка, типа пары рубашек, туго набитого кошелька с деньгами, и другой дребедени, которую обычно таскают с собой подобные типы. Но сейчас для меня главным был котелок.
Что может быть вкуснее и замечательней чем кипяченая вода? – Только вода прокипяченная с мясом!!! С мясом и солью!!! С мясом, солью и…..
Вода была, котелок был, соль тоже имелась, – мяса не было….
Третья неделя началась тогда, когда я научился охотиться. Выслеживать зверя по следам, подкрадываться к нему и убивать точным броском копья.
Третья неделя началась, когда я забыл про постоянное чувство голода. Когда кровь и плоть убитых мною оленей, косуль и молодых кабанчиков влилась в меня новыми силами и переродила меня.
Я больше не был тем жалким и слабым существом, что вползо в этот лес, жалобно скуля о своем одиночестве и шарахаясь от каждого куста. Я стал сильным. Я стал подобен зверю, что не ждет помощи ни от кого и встречает смерть с достоинством философа-стоика. Я это знаю, я это видел, потому что для них я и был смертью.
…Третья неделя кончилась, когда кончился лес.
Сначала лес начали пересекать тропки натоптанные явно не животными. Потом тропки переросли в дорогу со следами тележных колес, и дорога эта вывела меня из леса. К небольшой деревушке, к людям.
Нельзя сказать, что эти люди слишком обрадовались увидев меня. И не будь я вооружен, может быть в эту деревню вообще не пустили. Но мой меч, убедил их в том, что со мной стоит считаться. Так что эту ночь я спал под крышей, в теплой, мягкой постели. Ну разве это не чудо?!?!
Еще большим чудом показалось мне то, что я вышел именно туда куда и хотел, – на окраины владений Красного Короля.
А самое странное, что с момента моего поражения, и до сегодняшнего дня, прошло не больше трех месяцев.
Все эти долгие мучительные дни в клетке. Бегство вместе с Полтинником, и бегство от Полтинника, долгое путешествие через лес.
За это время я прожил множество жизней. Я успел несколько раз сбросить и отрастить новую шкуру. Я падал в бездны отчаяния, и поднимался до вершин самодовольства. Я пару-тройку раз успел переменить свои убеждения. И все это за три месяца!!!!
А что же произошло за эти три месяца в остальном мире?
Узнать это оказалось куда сложнее, чем я думал. Местный староста, в чьем доме я соизволил остановиться, почти ничего не знал о жизни в большом мире. Он слышал, что где-то там идет война. Но его куда больше волновало, что через пару недель должен был приехать сборщик налогов, а у него…….
В общем, я закупил в его деревеньке припасов, разузнал дорогу до ближайшего города и отбыл. Хотел купить лошадь, но мне не продали. Даже тот убогий одр, на котором тут пахали, казался этим забитым крестьянам такой немыслимой роскошью, что расстаться с ним они не захотели не за какие деньги.
К городку под названием Пепелище, я подошел когда стражники уже начали закрывать ворота.
Позвенев монетами в кошельке, мне удалось убедить их не торопиться с этим делом. Но вот убедить их пропустить меня в такое позднее время, оказалось куда сложнее. Обычным сбором дело не обошлось. С меня сразу потребовали подробный отчет о том кто я такой и что тут делаю. Хорошо что еще на дороге, я вспомнил рассказ Седого о том, как он выдумывал для себя легенду, и заранее подготовился.
– Я солдат. Что по мне и так видно. Раньше служил в Армии, десятником. А когда нам надрали задницу, рванул куда глаза глядят.
