кровь Аудроне.
Киаран сжал кулаки и сосредоточился. Орландо, Эйзор и Ал-Тэгу переглянулись.
* * *
Разрыв пространства. В пустоте сумеречной зоны быстро гас свет. Прямо напротив Киарана появился Ал-Тэгу с белыми светящимися глазами. Старый проныра достал из кармана папироску и прикурил от пальца.
— Хоть в такой момент мог бы не курить! — в укор заявил Орландо, появившийся следующим.
— Прости, Орландо, но я вынужден послать тебя по давно известному адресу, — ответил Ал-Тэгу.
Последним пришел шаен Эйзор. Его глаза светились медью, а в белках плескались зеленые всполохи.
— Один трансгрессир без проводника-модельера никогда не попадет в ту область сумеречной зоны, где можно переместиться и обмануть время собственной реальности, — Эйзор оценивающе смотрел в пустоту за спиной Киарана. — Точно так же, как ни один модельер без проводника-трансгрессира никогда не попадет в ту часть сумеречной зоны, где видны отражения параллельных реальностей.
Он взмахнул рукой, и мимо Киарана один за одним понеслись огромные «экраны». Словно голограммы, они показывали разные изображения. Киаран увидел множество версий себя самого в будущем. Вот он получает какую-то награду. Вот смеется, разговаривая с отцом. Вот кому-то машет и улыбается. А потом он увидел ее. Аудроне. «Я же говорила, что вкусно готовлю!» — она грозила ему деревянной лопаткой, держа в руках сковородку с пышными дженерийскими оладьями.
Изображение пронеслось мимо, и другие сменили его. Аудроне стоит на берегу Sahadelli — единственного океана на Дженерии, где вода не бирюзового, а сиреневого цвета. Ветер треплет ее волосы, и она оборачивается. У нее округлый живот, обтянутый хлопковым длинным зеленым платьем. Киаран появляется за ее спиной и обнимает. «Попалась!», — произносит смешливо.
«Изображения» проносились мимо Киарана, и он пытался разглядеть их все, но внимание всегда привлекало какое-нибудь одно.
— Но ведь это не я, и не моя Аудроне, — произнес Киаран и обернулся к Эйзору.
— Верно, — кивнул он. — Это ваши копии. Но интересно другое. Вероятность будущего, где вы с ней остаетесь вместе, начала прогрессивно расти. Я видел такие прогнозы и прежде, но тогда они мелькали крайне редко. А сейчас, — он снова взмахнул рукой, — и экраны стали «пролистываться» на огромной скорости, — прирост более шестидесяти процентов. Я не знаю, жива твоя Аудроне или нет, но ты же не успокоишься, пока это не проверишь.
Ал-Тэгу закашлялся и помахал перед лицом, разгоняя дым папироски.
— Киарану повезло, что ты настолько пытливый экспериментатор, — заметил он и переглянулся с Орландо.
Тот неодобрительно покачал головой.
— И как мне ее найти? — спросил Киаран, обращаясь к Эйзору.
— Так же, как тебя нашли мы, — он пожал плечами. — Через ментальный канал.
— Тогда я должен ее позвать, — подытожил Киаран.
— Шевелись, Киаран! — терял терпение Ал-Тэгу. — А не то я от старости умру раньше, чем ты попытаешься!
* * *
Неопределенное время. Сингулярность.
Вспышка.
Цветные блики перед глазами стали меркнуть, пока Аудроне не поняла, что попала в темноту. Ту самую, густую, вязкую, будто стелющуюся по коже и проникающую под нее. Светящееся тело постепенно наполнялось этой тьмой и медленно гасло.
Новая вспышка. Рядом с ней появилась еще одна Аудроне. На той был синий комбинезон. Выглядела она плохо из-за своей худобы. Вспышка. Еще одна Аудроне в комбинезоне. Вспышка. Третья копия в таком же наряде.
— Ох, дорогая, — одна из копий присела рядом с Аудроне номер шестнадцать и прижала ладонь к ране на ее животе.
— Ты меня видишь? — заглянула в лицо другая.
— Да, — оторопело отозвалась Аудроне.
— Ее рана затягивается, — первая убрала ладонь, через которую в живот Аудроне проникала тьма. — Это какое-то «вещество», — она попыталась разогнать небольшую воронку из темной субстанции, но у нее ничего не вышло, — и оно, похоже, достраивает твое поврежденное тело. Невообразимо! — хмыкнула копия и встала.
Аудроне приподняла голову и уставилась на свой живот. Действительно, ее рана затягивалась на глазах, в то время, как воронка из «вещества» становилась все тоньше и тоньше, пока и вовсе не исчезла.
— И почему я жива? — спросила саму себя Аудроне.
— Судьба такая, — пожала плечами одна из копий.
Остальные на нее косо посмотрели.
— Мы здесь, в сингулярности, — пояснила копия свою мысль. — Не знаю, как вы, а я в прошлый раз увидела, как она, — указала пальцем на шестнадцатую, — умирает на своей свадьбе.
— Я тоже это видела, — отозвалась другая.
— И я, — кивнула третья.
Аудроне села.
— Значит, мы все видели, как умираем в той реальности, — подытожила она.
— Не мы, а ты, — уточнила первая. — Я видела, как ты умираешь. Или настоящая Аудроне Мэль, — задумалась она. — Неважно. Жениха твоего только жалко. Мне кажется, он тебя искренне любил.
— Кажется? — не поняла ее Аудроне.
— Ну, со стороны, по крайней мере, так показалось.
— Со стороны? — Аудроне поморщилась. — Разве вы не пережили этот момент сами?
Копии переглянулись.
— Боже упаси такое на себе испытать! — подняла руки вторая копия. — Мне и наблюдения со стороны хватило.
— Мне тоже, — кивнула третья.
— И мне, — подтвердила первая.
— То есть только я видела все так, будто сама через это прохожу… — задумалась Аудроне. — А как вы поняли подсказку на счет Десницы? — спросила она. — И про искусственное расширение зон контрольных точек?
— Лично я поняла буквально, — первая копия сложила руки на груди. — Позволь напомнить, что в каком-то смысле наши мозги работают одинаково. Ты решила обвести этих уродов вокруг пальца. Остальные согласились тебе помочь. К сожалению, не все из нас дожили до того момента, как ты смогла это сделать.
Две другие копии синхронно вздохнули.
— А ведь мы молодцы, — задумчиво произнесла третья. — Лала Ли бы нами гордилась.
— Смелая ты, — обратилась к Аудроне вторая копия. — Пройти путь Аудроне Мэль из той реальности, зная, что умрешь, — она покачала головой. — Лично я тебе никогда не завидовала.
— А я завидовала, — призналась первая. — Она почти четыре года на свободе провела. А все мы — взаперти.
Аудроне виновато опустила глаза.
— Простите, что тогда вас подставила и вырвалась.
— Да никто из нас никогда свободным не был, — ответила третья. — Ни ты, ни мы. Остальное — тлен. Мы сами виноваты в том, что оказались в той реальности. Теория о Деснице — наших рук дело. Да, хотели мир спасти.
— Один мир мы спасли, — с горечью произнесла Аудроне.
— Один из сотен тысяч, — покачала головой вторая копия.
— И что дальше? — третья копия развела руками. — Мы все умрем в этом странном месте?
— Ну ты же хотела постичь сингулярность? — съязвила первая копия. — Вот она! Постигай!
Вторая копия показала ей нецензурный жест.
— Помолиться, что ли? — предложила третья копия. — Как думаете, Всевышний нам грехи отпустит?
— Ага, и обратный билет домой подарит! — рассмеялась
