Читаем без скачивания Монтер путей господних - Ирина Сыромятникова

«Малолетний дебил! Господи, зачем ты делаешь этих юнцов такими идиотами?»

Всевышний, поминаемый Искусниками к месту и не к месту, тактично промолчал.

«Главное — говорить с ним. Только так он сможет восстановить контроль».

— Ты хочешь вырасти таким, как папа?

Юноша собрал на лбу маленькую складку.

— Я не знаю. Он хороший. Почему все так?

— Без понятия, — признался Бер. — А тебе не кажется, что пугать людей волшебством нехорошо?

Но маг не пожелал поддерживать изменившуюся тему. Взгляд Леона снова уплывал — белый Источник, замутненный эмоциями, проецировал вокруг себя хаотичные искажения, и первой их мишенью становилось тело хозяина. Еще немного, и оно превратится всего лишь в придаток, фитиль для ослепительной вспышки света.

«Смертное проклятие посреди города… Не этого ли уничтожителя ты мне пророчила, Алонза?»

— А хочешь — врежь мне по морде! — в отчаянии предложил Паровоз. — Ты же обижаешься на нас из-за отца, а я — начальник редстонского надзора. Правда-правда! Так месть будет адресной и посторонние не пострадают!

Столь необычное предложение пробудило гаснущую мысль. Маг с сомнением покосился на капитана, и Бер в кои-то веки пожалел о своих габаритах — бить такого трудно чисто психологически.

«Значит, все дело в возможности получить сдачи?»

Студент осторожно потыкал капитана пальцем и тяжело вздохнул — драться у него не получалось. Паровоз выудил из кармана флакон с блокиратором и протянул буйному волшебнику, тот без возражений выпил. Зачарованные нашивки мундира на глазах приобретали вид обычной меди — магия рассеивалась.

Взгляд у юноши стал более осмысленным и унылым. Паровоз, наконец, сделал то, что не давало ему покоя с самого начала: проверил у пострадавших пульс. По крайней мере, сейчас они были живы, а оценить масштаб повреждений без помощи целителя капитан не мог. Несостоявшийся злодей сдержанно всхлипнул — у него начиналась истерика. Бер представил, как потащит парня в управление, в камеру, набитую вполне реальными сектантами…

— Шел бы ты домой, а когда потребуется, я тебя вызову.

Волшебник обреченно кивнул.

— Давай я тебя провожу! — вынырнула из-за спины капитана Кевинахари. — Блокиратор может дать побочные эффекты.

«Ах ты…»

Паровоз попытался испепелить эмпатку взглядом. Подумать только, он тут из кожи лез, работал не по профилю, а она подслушивала за углом!

Кевинахари возмущение коллеги начисто проигнорировала. Вот и работай с такими.

На выходе из забегаловки уже клубился затянутый в мундиры народ. К Беру пристал молоденький оперативник, едва не подпрыгивающий от переполнявшего его служебного рвения.

— Сэр, как будем оформлять задержание — терроризм или покушение на убийство?

Паровоз смерил умника хмурым взглядом, прикидывая, как бы половчее сорвать на нем злость.

— Вы видели того, кто совершал нелицензированную ворожбу?

— Нет, но отпечаток ауры…

— Вы его уже сняли?

— Нет, сэр, — стушевался оперативник, почувствовав, наконец, глубину начальственного раздражения.

— Ну, так займитесь своим делом! А я займусь своим.

«В чем бы оно ни заключалось».

Подумав, Паровоз решил, что сегодня долг велит ему отправиться домой, к жене, наконец-то бросившей работу в бухгалтерии. Милое воркование миссис Бер позволит ему забыть о неприятностях, а не вываливать на головы подчиненным безадресную злость. Для дела очень полезно!

Весь следующий день Паровоз принимал поздравления коллег с удачно проведенной операцией, а к вечеру позвонил Ларкес, велевший подчиненному сидеть в управлении и не пытаться изображать из себя пособие для некромантов. Едва обретенная свобода сделала ручкой.

И вновь — комната для допросов, которую Бер успел изучить лучше, чем свой кабинет. Состояние — смертная скука. Спрашивать о чем-то Антуана Ризольти было заведомо бесполезно — один из руководителей редстонского отделения секты твердо стоял за своих, а выдумывать тему для бессмысленной нейтральной беседы капитан считал ниже своего достоинства. Задержанный, очевидно, воспринимал причину молчания как-то по-своему, потому что поерзал немного и заговорил первым:

— Я слышал, что вчера у Леона были проблемы с надзором.

«Он слышал! Интересно откуда? Придется менять охрану в подвале: наверняка эмпаты из заключенных кого-то разговорили».

— Нелицензированное волшебство, повлекшее за собой причинение вреда здоровью и порчу имущества, — любезно пояснил Паровоз.

«Хотя насчет порчи можно поспорить — в то кафе теперь хорошо народ за деньги пускать. Тарелки, говорят, так до сих пор и летают. Уникальный артефакт!»

— И что вы намерены делать?

— При чем тут я? — удивился капитан. — Пострадавшие заявления не пишут, хозяин забегаловки готов отступиться, если ему оплатят ремонт. — По правде сказать, благородство виновников конфликта Бера приятно удивило. — Ваша семья весьма состоятельна, так что до суда дело скорее всего не дойдет. Но пожизненный надзор ваш сын себе обеспечил.

— Это затруднит мальчику карьеру…

— Этот мальчик чуть полквартала не вынес! Черным за такое полагаются Оковы Избавления или армейский контракт. Бессрочный, между прочим! А вы тут про карьеру… гм… разговариваете.

Ризольти помолчал.

— Это из-за меня, — выдавил он наконец.

— Да! Но не в том смысле, который вы держите в уме. Ваш пример внушил Леону мысль, что абсолютных запретов не существует. С этим искушением он будет бороться всю оставшуюся жизнь, поэтому надзор — самое малое зло, которое его ожидает. Надеюсь, наше вмешательство не запоздало.

Встретив суровую отповедь, Ризольти заткнулся, и Паровоз об этом ничуть не жалел. Почему некоторые воспринимают его слова как откровения говорящей собаки? И это белые, которые, по идее, за самой гориллообразной внешностью должны уметь видеть суть.

До конца положенного на допрос часа оставалось еще двадцать минут.

— Что вы хотели бы знать? — тихо поинтересовался Ризольти.

Бер не испытывал иллюзий: вряд ли прожженный сектант расчувствовался настолько, чтобы сдать сообщников. Поэтому Паровоз спросил о том, что его давно интересовало:

— Зачем вы это делаете? Всегда хотел об этом спросить.

Ризольти криво улыбнулся:

— Вам этого не понять.

— А вы меня испытайте!

— Представьте себе мир, в котором Потустороннее не отравляет людям жизнь. Мир пускай без магии, но зато простой и понятный, такой, в котором можно безбоязненно гулять при луне и входить в темные комнаты, спать, не будучи окруженным защитным периметром…