Читаем без скачивания Монтер путей господних - Ирина Сыромятникова

— Мастер Тангор? Вы же вроде умерли!

Не объявить ли мне себя личем? Тут-то они все на меня и бросятся.

— Нет, я просто очень сильно болел, а теперь выздоровел.

Взамен погибшего Хока в Круг протырился Чарак.

— Если ты будешь настаивать, я, конечно, уйду, — с фальшивым сочувствием вздыхал старый колдун.

Угу, и мне еще месяца два придется дрессировать кого-то на замену.

— Нет уж, учитель, пришли, так работайте!

Главное, чтобы он не окочурился во время ворожбы. Любопытство любопытством, а меня он в некроманты записал, ссылаясь на свое слабое здоровье. Врал небось тунеядец.

Затягивать с ворожбой не стали. Один из сложнейших некромантических ритуалов прошел буднично и без эксцессов. То ли личность у контролера была не особо упрямая, то ли расположение звезд удачным, но к новой жизни покойный пробудился охотно и расстался с ней без возражений, а уходя, одарил некромантов двенадцатью своими слабыми подобиями.

Тут-то я и рухнул. Трижды оплеванные полоумные сектанты оказались правы практически во всем!

Конечно, наши вселенные не были сферами на пружинках, это был ложный образ, искусно внедренный в массы обман. Геометрическую форму вселенных вообще невозможно описать, они существовали где-то и как-то, временами проявляясь в одной и той же точке пространства одновременно. Волны хаоса путешествовали сквозь нашу реальность, иногда нежитей становилось больше, иногда они исчезали совсем, этот процесс происходил столько, сколько люди себя помнили (те, другие люди). Со странными пришельцами безжалостно боролись, но время от времени (и не так уж редко) волны встречались, происходила интерференция, и в мир выплескивалось такое количество потусторонней жути, что остановить ее оказывалось невозможно, в живых не оставалось даже червей. Людям приходилось бежать панически, обреченно, бросая друзей и семьи, в надежде найти пристанище, не тронутое нежитями либо уже успевшее оправиться от их визита. Изменить сложившийся порядок вещей никто не мог, как не могут мальки управлять приливом и отливом.

А потом пришел ОН, гений такого ума и злобности, что все наши потрошители тихо плачут в сторонке.

Всегда было известно о существовании индивидов, испытывающих к потустороннему необъяснимое сродство. От таких всегда старались избавиться (отродья врага и все такое), не вникая в частности, тем более что милыми и безобидными эти люди не были. Так же было известно, что на попавших в потустороннюю волну мирах умирают не сразу и не все. ЕМУ пришло в голову сопоставить два множества. Надо ли говорить, что они полностью совпали? ЕГО сподвижники собрали повсюду людей, чьи предки успешно пережили атаку хаоса, высадили их здесь, на этой земле, сразу после очередного Апокалипсиса, а потом соединили реальности, связали вселенные в точке, не позволяя им больше разойтись. Сделали мир, в котором потусторонние феномены присутствовали постоянно, где ОН надеялся сотворить цивилизацию, которой не придется гибнуть под ударами стихии (мнения подопытных на эту тему почему-то никто не спросил).

ОН сделал так, что черные маги стали нужны людям постоянно.

Кроме того, каждый человек с черным Источником был еще одной нитью, сшивающей ткань вселенных, не позволяющей им разойтись, но при том и гасящей волны хаоса. Теперь потусторонние существа присутствовали здесь всегда, но экстремумы их численности были сильно срезаны. То есть за избавление от глобальных катастроф человечество платило постоянной головной болью. Ну, разве это не чудо, наша магия?

Ах, какую бурю обсуждения вызвали такие новости! Сразу стало понятно, почему белых не принято посвящать в нюансы происхождения потусторонних сил — они такую постановку вопроса не способны принять в принципе. Надзирающий за ритуалом чиновник рванул в контору составлять подписки о неразглашении. Молодые некроманты, впервые испытавшие воздействие правильного Круга, гомонили, обмениваясь впечатлениями. Наверное, недовольным остался только я: возвращения-то «ангелов» этот мертвец не помнил и объяснений о возможном воздействии Литургии Света на «ла-ла-ла» дать не мог. Что можно требовать от сторожа? Следовательно, действия Искусников по-прежнему нуждались в толковании.

Допустим, «ла-ла-ла» пытались выключить (и уже не в первый раз), но то ли описание артефакта было не полно, то ли создатели сами до конца не понимали свойства своего творения, получить удавалось только еще одну волну хаоса. Если, конечно, то, что делают сектанты, попытка отключения, потому что мои мозги отказывались понимать, как, перекрыв кран, можно наполнить кипятком три ведра и кружку.

Я попытался заразить своими сомнениями окружающих, но безуспешно.

— Эта их Литургия Света — типичный ритуал прерывания, — авторитетно заявлял Чарак. — Как Оковы, только больше.

Угу. Вот скажите, сколько раз нужно повернуть рубильник, чтобы лампочка погасла? Черный Источник своенравен, но даже на живом человеке Оковы Избавления достаточно подтвердить трижды, и он не вернется, а Искусники со своей Литургией на рекорд пошли.

— И как это объясняет, почему потом нежитей становится больше?

— Это уже частности, — отмахнулся старик.

Я был с ним категорически не согласен. По моему опыту, многие люди предпочитают судить о реальности со слов других людей, вместо того чтобы напрягать извилины и сопоставлять факты. Вот и сейчас, получив объяснение, черные им полностью удовлетворились, им было плевать, что катастрофы, произошедшие уже после запуска «ла-ла-ла» в предложенную концепцию не вписываются. Меня же гнала вперед привычка к алхимической строгости. В моем деле можно остаться без глаз, просто перепутав порядок добавления в пробирку жидкостей или сложив реагенты слишком большой кучкой, а тут — смертное колдовство на девять жертв. Что именно совершает с древним артефактом Литургия Света, оставалось для меня загадкой, чтобы разгадать ее, нужно было посмотреть на Мировую Ось глазами, а значит — еще раз спуститься вниз. Мимо постов НЗАМИПС и понатыканных вокруг охранных амулетов. Они даже помойку ими снабдить не поленились — согласно официальной версии, Искусники планировали подорвать Замок Короля через расположенные под ним катакомбы.

Ну, и как я это сделаю? Глупый вопрос! У меня же есть Ларкес.

ГЛАВА 7

«Я чувствую себя инквизитором».

Эта мысль появилась внезапно, да так и осталась вертеться в уме. Или следовало думать: «Я знаю, что чувствует инквизитор»? Впервые за четверть века службы Конрад Бер не был уверен, что годится для своей должности.