Далее, было установлено, что далеко не вся советская боевая техника была уничтожена на границе. Огромное число нашей техники было уничтожено и взято немцами в качестве трофеев далеко от границы: под Минском, Смоленском, Уманью, Киевом, Брянском, Вязьмой и других так называемых «котлах», и не только в роковом 1941, но и в 1942 году.
Только с 1943 г. «фирменные» домашние заготовки немецких генералов перестали действовать; военное счастье стало отворачиваться от Гитлера. Маршалы и генералы Красной Армии – не все, конечно же, – в кровопролитных боях, наконец, извлекли должные уроки из тяжелых поражений, постигая военное искусство, и постепенно в боевом мастерстве перестали уступать своим учителям, немцам. Кроме того, Красная Армия все в больших количествах стала получать самую современную боевую технику, не уступающую по качеству немецкой.
Огромные размеры нашей страны, численность населения и, самое главное, заблаговременно созданный за Уралом И. В. Сталиным военно – промышленный комплекс позволили это сделать. Взамен боевой техники, бездарно утраченной нашими маршалами и генералами на начальном этапе войны, поступала во все больших количествах новая техника.
Для Красной Армии к концу 1942 г. начали выпускать военную продукцию более 1900 заводов, перебазированных в восточные районы страны. Всего в этих районах было введено в строй 3500 крупных промышленных предприятий, в том числе металлургический завод «Амурсталь», Челябинский трубопрокатный завод, Норильский горно – металлургический комбинат и многие другие.
В металлургии, энергетике, машиностроении и большинстве других отраслей промышленности Советский Союз в годы войны в 2,5–4 раза отставал от Германии (вместе с оккупированными странами), однако уже с конца 1942 г. наша страна превосходила своих противников в области производства оружия и боевой техники!!!
В течение 1942 г. в СССР было выпущено свыше 4 млн винтовок и карабинов – в 2,5 раз больше, чем производилось на заводах Германии. Быстро устранялось отставание Красной Армии в оснащении ее личного состава автоматическим оружием. Ежегодный выпуск пистолетов – пулеметов в нашей стране в 1943–1944 гг. в 9 раз превысил выпуск аналогичного оружия в странах блока агрессоров.
Уже в 1942–1943 гг. было выпущено артиллерийских систем всех видов и калибров почти на 150 тыс. единиц больше, чем в Германии и других странах Европы, захваченных Гитлером. Особенно быстро рос выпуск противотанковых пушек и зенитных систем. В связи с тем, что уже в первые месяцы войны высокую эффективность в бою показала советская реактивная артиллерия, выпуску этого нового оружия уделялось особое внимание. Если в 1941 г. в войска поступило только 900 пусковых реактивных установок, то уже в 1942 г. их было выпущено уже около 3,3 тыс., а в целом за войну – более 11 тыс.
На Востоке, в районах неуязвимых для вражеской авиации, быстро создавались танкостроительные центры. К таким центрам следует отнести в первую очередь Челябинск, где было образовано крупнейшее в мире многопрофильное танковое производственное объединение, получившее затем название – «Танкоград». На Уралмашзаводе и предприятиях Свердловска наладили производство дизелей и танковых корпусов, а затем – и сборку средних танков. Всего к концу 1942 г. в нашей стране действовало около 20 бронекорпусных, танкосборочных и дизельных заводов. Несмотря на потерю крупнейшего предприятия по выпуску танков Т-34 Сталинградского тракторного завода, уже в 1943 г. Советский Союз достиг решающего превосходства над Германией в бронетанковой технике. С этого же года бронетанковый парк Красной Армии стал пополняться самоходно – артиллерийскими установками (САУ), которые были незаменимы для непосредственного сопровождения пехоты на поле боя, а также для усиления противотанковой обороны.
Основные заводы по производству боевых самолетов были размещены в Омске, Новосибирске, Комсомольске – на – Амуре, Ташкенте и других городах. Только в Куйбышеве было пять авиационных предприятий. Уже в 1942–1943 гг. в нашей стране ежегодно выпускалось на 10 тыс. боевых самолетов больше, чем в Германии. В 1942–1944 гг. отечественные заводы выпустили более 43 тыс. новых типов истребителей (Ла-5, Ла-7, Як-9, Як-7), а среднемесячное производство штурмовиков Ил-2 по сравнению с предвоенным полугодием 1941 г. возросло в 25 раз!
Таким образом, советская экономика к концу 1942 г. позволяла не только восполнять потери боевой техники и вооружения на фронте, но и непрерывно наращивать боевую мощь Красной Армии.
Однако, действительно, в критическое время защиты Москвы, как было упомянуто выше, сам И. В. Сталин не мог выделить к этому времени командующему Западным фронтом генералу армии Жукову и 200 танков. Поскольку к концу 1941 г. нашими маршалами и генералами было потеряно около 20 тыс. танков, 17, 9 тыс. боевых самолетов, более 100 тыс. орудий и минометов, 5,5 млн винтовок и карабинов.
Конечно, наиболее осведомленным историкам, которым доверяла партия писать и переписывать историю Великой Отечественной войны, несмотря на секретность, примерные цифры потерь Красной Армии были все же известны. Поэтому просто писать о том, что И. В. Сталин не подготовил страну к войне с Гитлером, точнее с Западной Европой, было бы верхом необъективности и даже подлости. А кто ее тогда подготовил? Жуков с Хрущевым, что ли?
Тем не менее, раз были тяжелейшие поражения и отступления, вплоть до стен столицы нашей родины – Москвы, то, очевидно, были и непосредственные виновники, допустившие эти позорнейшие поражения, особенно с учетом изначального соотношения сил. При написании истории от раскрытия этого нелицеприятного вопроса, хотя бы в минимальном объеме, нам никак было не уйти.
Начиная с первых послевоенных лет такую задачу выполнить было практически невозможно: почти все маршалы и многие генералы, непосредственные «герои» тех поражений, были еще живы, а мертвых тоже особенно не упрекнешь: они сделали все, что могли.
Чтобы никого из известных полководцев не обидеть, тем более – обвинить в неумелом руководстве Красной Армией, лучшего «козла отпущения», чем И. В. Сталин (разумеется, только после его смерти), прошлым и современным фальсификаторам истории Великой Отечественной войны просто не найти. Желающих дернуть мертвого льва за хвост было всегда достаточно, тем более – за приличные деньги.
Уже в первые месяцы войны практически вся военная техника Красной Армии была угроблена нашими маршалами и генералами, под руководством тех же, Жукова и Тимошенко, которые из-за собственной общей и специальной безграмотности показали полное непонимание природы современной войны.
Одна только директива № 3, в которой Жуков требовал от подчиненных войск в первый же день войны перейти немедленно в контрнаступление, окружить и уничтожить Сувалкскую группировку немцев, а к исходу 24 июня 1941 г. овладеть районом Сувалки и городом Люблин в Польше, нанесла больше вреда, чем все гитлеровские генералы, вместе взятые. Кстати, приказ Жукова, овладеть городом Люблин советские войска выполнили, но… только почти через три года, 24 июля 1944 г. Причем выполнял этот приказ все тот же К. К. Рокоссовский, который к этому времени был уже не генерал – майором, не командиром механизированного корпуса, а Маршалом Советского Союза и командующим 1–м Белорусским фронтом.
Начиная с первых дней войны, как представитель Ставки Жуков, совместно с командованием Юго – Западного фронта, несет непосредственную ответственность за весьма неудачный контрудар и тяжелые потери нескольких советских механизированных корпусов в районе города Броды. Намерение Тимошенко и Жукова учинить на Юго – Западном фронте немедленный встречно – лобовой блицкриг с треском провалилось.
На Западном фронте дела шли еще хуже. Немцы на пятый день войны взяли Минск! Правительство СССР и Сталин узнали об этом не от Жукова или Тимошенко, а из сообщений европейских радиостанций!?
За первые шесть, с небольшим, месяцев войны количество попавших в плен, а также «пропавших без вести», составило, по новейшим данным, 2 335 тысяч человек, то есть фактически 80 % первоначальной численности собственно группировки РККА на Западе.
Как уже отмечалось выше, к 22 июня 1941 г. в западных приграничных округах насчитывалось 15 687 танков, однако к началу контрнаступления под Москвой у трех наших фронтов, что участвовали в нем, имелось всего 774 танка, то есть – в 20 раз меньше! Один только «вклад» Западного фронта в эту, немыслимо жуткую, катастрофическую убыль – 3332 танка, уничтоженных и захваченных немцами. Это значит, что данный фронт «обеспечил» 21,24 % всех потерь танков в начальный период войны.
По различным современным данным, уже к 10 июля РККА потеряла на Западном ТВД 11 783 танка, в среднем по 665 танков в день (это один, на 2/3 укомплектованный корпус, или три танковых дивизии в сутки!).
А в целом, от почти 4–кратного превосходства по танкам в нашу пользу накануне войны к началу битвы под Москвой ничего не осталось. Хуже того, к этому времени вермахт, имеющий на данном участке фронта 1170 танков, обладал полуторным превосходством по танкам над нашими войсками.
