говорил то, что предназначалось, в частности, для американских СМИ.
«Вопрос. Каковы мотивы, которые подтолкнули саудовский народ совершить этот бескровный внутренний переворот в то время, как и королевская, и исполнительная власть уже была в ваших руках?
Ответ. Этот вопрос должен быть направлен народу и его представителям, так как именно они дают оценку обстоятельствам, мотивам, последствиям и событиям, о которых идет речь. Что касается меня лично, то я меньше кого-либо другого хотел бы занять трон или руководить правительством… Но у меня не было другого выбора, как подчиниться воле народа.
…Я надеюсь осуществить большую программу, которая будет служить королевству и моему народу. Я хотел бы сказать… что за последние два-три года мы осуществили многочисленные реформы в различных общественных, административных и других органах. Если что-то произойдет завтра, то это будет продолжением этих реформ.
Вопрос. Каковы взгляды Вашего Величества на эволюцию монархического режима?
Ответ. При оценке режима важно не то, как он называется, а как он действует. Существуют коррумпированные республиканские режимы и здоровые монархии. Единственно верный критерий оценки режима — будь то монархического или республиканского — это уровень взаимопонимания между правителем и управляемыми и то, в какой степени режим обеспечивает процветание, прогресс и здоровую инициативу. Любая форма правления… является нездоровой, если режим является ненадлежащим, и он вызовет ненависть и антипатию народа. Поэтому… о характере режима нужно судить по его делам, по честности его правителей, а не по названию. Все многочисленные определения, которые применялись к режиму в последнее время и теперь известны нам, были импортированы из-за границы; все эти современные наименования нельзя найти в арабской и исламской истории.
Вопрос. Что, по Вашему мнению, король или правитель должен совершить для того, чтобы завоевать почетное место в истории своего народа?
Ответ. По моему мнению, самое лучшее, что правитель может сделать, — это обеспечить лучшую жизнь своему народу и лучшее будущее для своей страны. Он должен быть полезным представителем человеческого рода, верным слугой своей нации и умным лидером в смутные времена»[195].
Каирская печать и радио в тот момент воздержались от кампании против Фейсала. Это показывало, что Насер хотел бы с ним договориться по йеменским делам.
В 1965 г. в сопровождении 130 членов своей семьи и приближенных король Сауд отправился в изгнание в Грецию. Некоторые из его 52 сыновей отправились вместе с ним за границу. Они были преданы отцу и понимали, что для них означала потеря им престола. Но некоторые из них все еще лелеяли надежду вернуться к власти любым способом.
Осенью 1966 г. низложенный монарх, проживавший в Афинах, договорился со своим бывшим врагом Гамалем Абдель Насером о совместной борьбе против Фейсала.
Насер понимал, насколько глубоко он увяз в Йемене. Почему бы не использовать бывшего короля в политической борьбе против его брата?
И вот в конце 1966 г. Сауд с чадами и домочадцами очутился в «социалистическом» республиканском Египте на 7, 8 и 9-м этажах нильского «Хилтона».
«Действительно ли вы надеетесь вернуть себе трон?» — спросил репортер «Нью-Йорк тайме» Сауда. «Это, — ответил бывший король, — не исключено, если того пожелает Аллах»[196].
В мае 1967 г. бывший король Сауд появился на базарной площади в йеменской столице Сане, куда Насер переправил его на самолете. Он приехал, чтобы «обнять своих братьев, йеменских республиканских лидеров», которых пять лет назад сам клеймил «предателями и пресмыкающимися». Едва передвигавшегося больного старика провели по улицам перед камерами телевидения. Пропагандистское шоу не удалось.
Говорит М. Х. Хейкаль: «Я был с королем Саудом тогда в Йемене. Картина была какой-то сюрреалистической»[197].
Вскоре разгром Египта в шестидневной войне с Израилем изменил весь расклад сил на Ближнем Востоке и привел к примирению Насера и Фейсала. Сауду уже не было места в Египте, и в конце 1967 г. он вернулся в Афины.
Сауд погружался во все большую депрессию, а его болезни громоздились одна на другую. Когда в феврале 1969 г. пришла смерть, она избавила его от страданий.
Фейсал, узнав о смерти брата, немедленно послал самолет, чтобы доставить его тело на родину. На лице короля была написана печаль, когда останки когда-то жизнерадостного, веселого второго правителя Саудовской Аравии опустили в землю рядом с могилой его отца на эр-риядском центральном кладбище Макбарат-аль-Уд, как того требовал обычай — без надписи на могиле и надгробия.
Отец — Абдель Азиз. Снимок сделан в то время, когда он был эмиром Неджда
Король Абдель Азиз с наследным принцем Саудом (справа) и эмиром Фейсалом
Подросток Фейсал направляется в Лондон через моря и океаны по поручению отца
Посещение колледжа Тринити в Истборне. Сразу за спиной Фейсала справа — подросток Ким Филби, будущий суперагент советской разведки
Юноша Фейсал в Хиджазе
Юноша Фейсал — вице-король Хиджаза
Вице-король и министр иностранных дел Хиджаза наносит первый в истории визит в СССР. Торжественная встреча с почетным караулом. Москва, 1932 г.
Эмир Фейсал с наркомом по военным и морским делам К. Е. Ворошиловым, заместителем наркома по иностранным делам Л. М. Караханом и дипагентом СССР в Хиджазе Н. Т. Тюрякуловым. Ленинград, 1932 г.
На приеме у Председателя Президиума ЦИК СССР М. И. Калинина. Москва, май 1932 г.
Эмир Фейсал с заместителем наркома по иностранным делам Н. Н. Крестинским и другими представителями НКИД СССР. Москва, Белорусский вокзал, 1932 г.
Саудовская делегация во время посещения США в 1943 г.
Эмир Фейсал подписывает Устав ООН. Сан-Франциско, июнь 1945 г.
Эмир Фейсал выступает в Сан-Франциско на заключительном заседании Конференции по созданию ООН. Июнь 1945 г.
Эмир Фейсал на одном из приемов
Делегация королевства в США
Визит в США. Все, казалось бы, идет на волне симпатии и доверия. Соприкосновение с «американской мечтой». Разочарование наступит скоро
Вездесущим радиожурналистам трудно отказать
