шёл Солдеван, настоящий инквизитор, одно имя которого могло испугать простого человека. Ну а за ним двигался я, человек, которого считали посланником Бога-Императора и проводником Его воли. Было забавно, что именно на меня смотрели больше всех. Во многом это было связано с тем, что здесь были только Сёстры битвы и Храмовники, то есть личности известные своей непоколебимой верой. И я, пользуясь моментом, собирался лишь укреплять их отношение ко мне. Небольшое чудо сейчас нужно как никогда, ибо я чувствовал, что восстание мертвецов и гибель тысяч не могла не повлиять на боевой дух. Поэтому стоило нам выйти на поверхность, как меня окутал золотой свет, ставший расходиться в стороны. Солдеван уже привык к этому, но вот Маршал посмотрел с интересом. Сейчас мне нужно было защищать лишь небольшую кучку людей, поэтому у меня были способы провернуть и другие трюки.
Свет стал покрывать всё поле боя, окутывая и живых, и мёртвых. Сейчас я действовал точнее обычного, и вместо обычного спокойствия, я старался заглушить боль и придать ощущения бодрости. Излечить сотни Сорориток в такой ситуации у меня не получится, но благодаря моему трюку я хотя бы спасу побольше жизней, дав силы держаться до конца. И это отлично работало, так как судя по возросшейся активности, они не умрут, просто чтобы потом рассказать про это событие. Но это было не единственное проявление сил, я также проверял мёртвые тела и кости бывшего титана на наличие всяких подвохов. Но нет, ничего не было, дух пропал и даже ловушки отсутствовали. Убедившись в безопасности, я через минуту «отключил» свой свет и стал рассматривать странное место как в варпе, так и своими обычными глазами. Выдохнув, я старался не показать и толики того, насколько мне сейчас тяжело, отчего сразу же начинаю крутить головой, рассматривая странную планету ксеносов. Моя голова здесь начала сильно раскалываться, словно местное излучение пыталось расплавить мой разум. Не самые приятные ощущения, но продолжал держаться.
Поверхность Комуса была очень интересной и буквально каждый элемент привлекал моё внимание. Во-первых, конечно, смущали странные огромные ураганы вдалеке, которые были переполнены психической мощью. Но они не двигались в нашу сторону и, в теории, я был в состоянии их остановить, хотя это и потребовало бы огромных усилий с нашей стороны. Затем мне были любопытны странные строения, являвшиеся монументальными конструктами вроде пирамид и монолитов, каждый из которых высотой больше километра и шириной в несколько сотен метров. Они состояли из какой-то серой кости, буквально светившейся в варпе. Ну и к тому же каждый из них был украшен разноцветными кристаллами, похожие на те, что были у кораблей ксеносов. Опять же, переполненными психической энергией. И, наконец, вдалеке находился чёрный лабиринт из неизвестного мне материала и самое необычное в этом нём было то, что я не мог абсолютно никак его почувствовать. Вообще. В варпе это было самое обычное место, хотя, очевидно, странный лабиринт на проклятой планете ксеносов не мог быть обычным по определению. Особенно, если всё здесь прямо фонит психической энергией. Всё, кроме этого места. Это не было похоже на способности парии, нет, просто казалось, словно я смотрю в тёмный колодец, у которого нет дна. И было неизвестно, что или кто может ждать в этой тьме.
Хмм… это будет интересно. Отправляясь на Комус мы рассчитывали исследовать этот странный объект и, в лучшем случае, найти способ его отключить или, менее предпочтительно, уничтожить. Однако, если Ю’ват, построившие его, не были совсем дураками, они не стали бы оставлять ключ к управлению своим супер-оружием на поверхности, куда могли добраться враги. Командный мостик всегда располагали в самом защищённом месте на корабле, то есть в его центре. И получается, что у нас есть только три пути. Пытаться копать и пробиваться через мутные кристаллы, странную кость и, Императора его знает что ещё, находящиеся под нами, что, учитывая количество накопленной психической энергии, не приведёт ни к чему хорошему. Либо попытаться найти проход или какую-нибудь подсказку в странных пирамидах. Маловероятно, что это к чему-то приведёт, но всё равно, попробовать стоит. Ну, или, самое вероятное и неприятное, нам придётся спускаться через этот странный лабиринт. Правда даже идиот догадается, что с ним что-то очень и очень не так.
Повернувшись я переглянулся с Джаей, затем с Солдеваном. Они оба были сильно заинтересованы этим местом, хоть и по-разному. Моя наставница рассматривала Комус с любопытством первооткрывателя, приглядываясь к костяной поверхности и серым монументам. Инквизитор же был намного более впечатлённым. Он с восхищением переводил взгляд с одной вещи на другую, с урагана на лабиринт и дальше. Храмовники и Сестры Битвы выглядели намного серьёзнее. Явление божественного чуда вселило в них желание проявить себя лучшим образом, дав дополнительную мотивацию выложиться и не подвести святого. Что же, хотя бы это не было зря, ибо я видел, как небольшая армия Храмовников и Сорориток начала разделяться на группы, чтобы потом отправиться исследовать таинственные строения. Я бы пошёл вместе с ними, но у меня было чёткое ощущение, словно это ни к чему не приведёт. Вместо этого мою голову занимали мысли про этот странный лабиринт. Я продолжал попытки разобраться в нём, ибо было странное чувство, словно это место мне знакомо.
...
Радок медленно ступал по твёрдой поверхности странного мира ксеносов, при этом оценивая ситуацию. Он уже подготовил свой клинок и был готов использовать его в любую секунду. Вся земля места, куда они приземлились, была покрыта человеческой кровью, оторванными конечностями и мёртвыми телами, которые ещё недавно были достойными Сёстрами Битвы. Повернувшись к своим братьям, он бросил лишь одну фразу, чтобы поднять их боевой дух.
— Они погибли достойно, до последнего служа во имя Бога-Императора. Он защитит их души в другом мире. И мы не должны позволить их жертве пройти напрасно. Мы спустимся в ад, и уничтожим всех ксеносов до последнего.
Капеллан всегда должен знать, на каком уровне находится боевой дух его товарищей, а также то, насколько они готовы к бою. И не было ничего лучше веры, что могло потушить искры страха смерти и мук, которые всегда появляются после встречи нечеловеческих ужасов. Однако, это сейчас не было особенно нужно, ибо воины ордена были воодушевлены как никогда. Даже он сам до сих пор помнил золотой свет «живого святого», которым он окутал поле боя. Это было то божественное явление, которое каждый из сынов Дорна
