полностью занята высокими шкафами, в которых за стеклом выстроились корешок к корешку книги. Напротив — несколько рамок с фотографиями каких-то рукопожатий, флаг Кланов с золотыми кистями, парадный портрет Большого Волка и крупная инкрустированная каменьями цифра VI.
Летлима стояла у окна, какие-то люди собрались у длинного приставного стола, и все сверлили меня взгядами.
— Откуда вы знали, как это прекратить? — хмуро спросил артефактор в одеждах Службы. Он стоял рядом с выстеленным зелёным сукном столом, как солдатик.
— Я разорвала цикл, — сказала я, хотя это и так должно было быть понятно. — Это самый простой способ, расколоть камни труднее.
— Вы придумали это очень быстро, — со значением сказал один из людей за столом, мощный мужчина с квадратным подбородком.
— Этому учат артефакторов.
— Что вы закончили? — журчащим голосом уточнила высокая тонкая женщина с пепельными кудрями.
— Я учусь в вечерней школе при университете Амриса Нгье…
Потом они заговорили между собой, вовсе не обращая на меня внимания.
— Возможно, она ошиблась в формах?
— Я слушал, в глаголах всё было верно. Но, возможно, возникла ситуативная омофония…
— Какая омофония? Ты смеёшься?
— Теоретически, не доказано, что…
— Эта вещь опасна! Не понимаю, почему она до сих пор не изъята.
— Девушка отказывается…
— Да стоит ли спрашивать? Это запретная магия!
— Совершенно поразительно!..
— Возможно, идиосинкратический эффект или специфическая толерантность…
— Этим должны заниматься специалисты, в соответствующих условиях.
— Если бы Става погибла…
— Но она-то жива!
— Предлагаете дождаться, пока кто-нибудь умрёт?!
— Комиссия по запретной магии…
Свет огромной люстры бил в глаза. Я крутила в руках медный бублик потухшего артефакта, — с дырой вместо привычной капсулы ртути. Он казался почему-то лёгким-лёгким, словно сделанным из картона.
— Кесса, — это пепельная женщина подняла на меня нежный взгляд ореховых глаз, — где вы взяли этот предмет?
— Я его сделала, — устало повторила я. В ушах всё ещё звенел крик Ставы.
Квадратный мужчина тяжело свёл брови:
— Девочка, давай без этого вся…
— Давайте обойдёмся без хамства, — вдруг вставил Арден. — Эксперимент проводил мастер Ламба, он мог бы…
— Не лезь не в своё дело, щенок!
— Вы, боров, тоже воздержитесь.
На какой-то момент стало тихо-тихо, будто режиссёр объявил немую сцену, — только слышно было тиканье крупных настольных часов и то, как свирепо выдыхает квадратный. Он был, должно быть, кабаном, правда вряд ли холощёным; его лицо кинематографично наливалось кровью, кулаками он опёрся в столешницу и казалось, что сейчас он встанет и случится что-то очень плохое.
В наступившей неподвижной тишине мастер Дюме легко тронул за плечо Советницу:
— Лима.
Она закатила глаза, но всё-таки сказала:
— Сядьте, Брас.
Квадратный сдулся, будто натолкнувшись на невидимую преграду, и сел. Его усы топорщились, как приклеенные.
— Ламба, — властно продолжала Летлима, — рассказывайте.
— Во-первых, — тут же отозвался мастер, едва не подскочив на своём стуле, и зачирикал по-птичьи: — вы можете сами убедиться, что у нас всегда в полном порядке сопроводительные документы! Был проведён исчерпывающий инструктаж по технике безопасности, и служащая Става Аммарике подписала его с полным осознанием возможных по…
— Дальше.
— Во-вторых, — тоном ниже продолжил он, — как могут помнить собравшиеся, эксперты выражают глубокое сомнение в функциональности объекта. Разработка интереснейшая, но исключительно нерабочая! Мною лично были исследованы оба имеющихся образца, произведено несколько попыток активации, схема рассмотрена детально, артефакт осмотрен, и имеющиеся у нас данные однозначно указывают на полную безопасность изделия! Эта работа представляет впечатляющий интерес для артефакторного дела!
Летлима кивнула чему-то и повернулась в другую сторону:
— Что со Ставой?
— Состояние стабильное, — сухо сказала каменная Матильда.
Летлима снова кивнула, — как шарнирная болванка в руках неумелого кукловода.
Кабинет казался пластиковым, излишне ярким, абсурдистским; декорации — низкопробными; актёры — наскоро набросанными от руки. Я сама была такая же, невесомая и бумажно-белая из-за брака типографской печати.
— Ламба, я хочу знать больше, чем «всё это очень интересно», и в кратчайшие сроки. Брас, обеспечьте личный состав разумными указаниями по происшествию. Матильда, сообщите об изменениях по Ставе. Роксана! Что по Храму?
— Вас ожидают.
Она встала, и это был, похоже, сигнал: все зашуршали, заторопились, стремясь скрыться за кулисами. Только мастер Ламба, по-птичьи перемявшись с ноги на ногу, заговорил вкрадчиво:
— Очень бы помогло, если бы в Службу был безвозвратно передан…
Я вцепилась в бублик, как в спасательный круг:
— Нет.
Летлима переглянулась с мастером Дюме, пожала плечами и вышла.
lvii
— Я не понимаю, — жалобно сказала я.
Мы были в комнате Ардена. Я залезла с ногами в глубокое кресло, свернулась там и грызла ногти; Арден шагал по ковру туда-сюда, туда-сюда, туда-сюда.
Артефакт так и лежал у меня в руках, разбитый и потухший. Я сроднилась с ним
