не вспомнил, что прибор не отражает местоположение Джастина. Мигающий треугольник Рэйна сначала двигался, потом замер, время от времени смещаясь немного в сторону.
Натянутые, как струны, нервы едва не сыграли с Роаном злую шутку. Он так пристально вглядывался в слабо светящийся экран, что не сразу отметил изменившуюся диспозицию. Когда дверца со стороны водителя внезапно открылась, Салливан дернулся, готовый завопить, но широкая, пахнущая хвоей ладонь быстро закрыла ему рот.
— Тихо, не шевелись.
Голос Джастина был спокоен, как водная гладь. Другой рукой он мягко прикрыл крышку прибора слежения, чтобы не было видно свечения экрана, и присел рядом с машиной на корточки. Когда мимо них проехал лимузин Беллоны, Салливан замер в испуге и только потом сообразил, что их надежно скрывают придорожные кусты. Место для засады было выбрано безупречно.
Едва задние огни лимузина исчезли за поворотом, Джастин и Рэйн убрали оружие обратно под сиденья и заняли свои места.
— Ну вот, друг Роан, теперь можно возвращаться домой.
Глава 12
В первый день осени путешественники покинули гостеприимный отель "Барроу", потому что теперь их жизнь резко отличалась от той, что ведут честные обыватели. Роан снял небольшой дом в не самом престижном, но относительно спокойном районе Фарго и трижды похвалил себя за предусмотрительность, когда увидел, ЧТО его подопечные принесли туда однажды ночью. Одних только видов холодного оружия у них насчитывалось больше, чем у ниндзя. Салливан впервые в жизни смог подержать в руках настоящий арбалет и зловещего вида метательный нож. Видя, как легко и ловко тренированные руки его друзей обращаются с опасными предметами, он чувствовал себя на их фоне неуклюжим манекеном.
В придачу к антиквариату у них еще обнаружилась целая сумка современного оружия. На дилетантский взгляд Роана модели пистолетов и автоматов заметно устарели, но это никак не обесценивало их боевых качеств. Бывший режиссер с оружием обращаться не умел, зато ему не было равных по части электроники. Он успешно продал второй набор камней, и превратил просторный подвал арендованного дома в настоящую штаб-квартиру. У них также появился неприметный вместительный фургон, оснащенный спутниковой антенной и приборами слежения.
Сезон в театре закончился совсем недавно, а Салливану уже казалось, что вся эта театральная суета была в бесконечно далеком прошлом. Теперь его дни были заполнены делами под завязку, а порой дня не хватало, и он всю ночь проводил за компьютером в компании с кофемашиной. Его новые друзья отказывались пить этот напиток, потому что им не нравились вкус и запах кофейных зерен. Они предпочитали чай, дорогую минеральную воду, а иногда заваривали в термокружке какой-то травяной сбор, от одного запаха которого у Роана начинала обильно выделяться слюна.
Кэйд теперь все чаще возвращался домой под утро, а иногда мисс Сворд задерживала его у себя почти до полудня. По лицу эльфа ничего нельзя было прочитать, но Джастин знал, что его друг подолгу стоит в душе под мощной струей воды, пытаясь смыть со своего тела прикосновения и запах этой женщины. К счастью, капитан не догадывался, как именно Кэйду удается поддерживать необходимый накал страстей в постели с Беллоной. Ночь за ночью кианнасаху являлся воображаемый образ Моны Корвел, которым он подменял реальную Беллону. Кэйд отдавал любимой женщине жар и боль, страсть и нежность, служил своим телом только ей одной, но с восходом солнца он каждый раз чувствовал себя настоящим извращенцем.
Слава Богам, старания Кэйда не пропали даром. Чем дольше продолжались их отношения с мисс Сворд, тем глубже он внедрялся в клику заговорщиков, готовящих очередное покушение на канцлера. Наемники Беллоны уже не раз устраивали любовнику мадам внезапные показательные проверки, но застать врасплох так ни разу и не смогли. Поскольку хладнокровие эльфа граничило с жестокостью, а бесстрастность с абсолютным бесчувствием, его стали заметно побаиваться. Ради спасения Светлой госпожи он, не задумываясь, шел на любое преступление, а по ночам позволял жадной мисс Сворд пользоваться своим телом. Единственное, чего он по-прежнему не выносил, это запах ее мерзких духов.
Постоянное внутреннее беспокойство незаметно подтачивало спокойную решимость Джастина, и он начал всерьез опасаться, что назвал Светлой жрице неверный срок. В тот момент ему казалось, что год — это уйма времени, но дни постепенно складывались в месяцы, а они по-прежнему были далеки от цели. Чтобы немного ослабить напряжение и убедиться, что с Моной все в порядке, Джастин в первую же свободную от дежурства ночь попытался выйти с ней на связь.
Пробиваясь сквозь неподатливую, жесткую субстанцию, он старался не обращать внимания на обжигающую боль. Казалось, будто сильные, безжалостные руки медленно сдирают с него кожу, но для капитана это было не впервые, поэтому он, стиснув зубы, лишь удваивал усилия. Оставляя в цепких пальцах незнакомой силы куски собственной плоти, Джастин рвался туда, где в темноте ночи теплился нежный пурпурный огонек — сердце его любимой.
Неожиданно всякое сопротивление исчезло, и Джастин перестал чувствовать боль. На радостях он устремился к своей цели и летел в абсолютной пустоте, пока не услышал испуганный крик Моны, многократно повторенный эхом.
— Нет!!! Уходи немедленно, это опасно!!
Джастин ощутил сильный толчок в грудь, и его на полном ходу развернуло в обратную сторону. Беспорядочно кувыркаясь в переплетении светящихся линий, Джастин подспудно ожидал удара о препятствие или чего-то в этом роде, но пространство вокруг него каждый раз странно искривлялось, выворачиваясь наизнанку, и бесконечный полет продолжался уже в другом направлении.
Джастин потерял ориентиры, потерял счет времени, его сознание уже не успевало фиксировать изменяющуюся реальность, и он почему-то не мог закрыть глаза. Дышать становилось все труднее, а потом он вдруг оказался в пространстве, где воздуха не было совсем…
— Джас!! Боги, что ты натворил?! Дыши, дыши!..
— Проклятье, Рэйн, ты сломаешь ему ребра!..
— Принеси лучше одеяла и что-нибудь горячее, он просто ледяной…
— Давай я попробую, он по-прежнему не дышит!..
