— Сдерживайте их как можно дольше. Затем отступаем. Последний эвакуационный флот готовится к отбытию из системы. Пока они в безопасности. «Оплот» удерживает позиции. Здесь больше не за что сражаться. Убейте как можно больше тварей, а затем мы оставим этот мир наедине с его судьбой. Это — последние дни Эктора.
— Здесь есть настоящие храбрецы, господин.
— И мы почтим их память, когда вернемся на корабли. Их семьи, во всяком случае, получили свой шанс в лотерее. Их смерти послужат Императору здесь, но не твоя. Ты стоишь десяти тысяч обычных людей. Не жертвуй собой. Мы потеряли слишком много братьев. Ты понимаешь меня?
— Да, господин, — произнес Йот.
Горт отключился.
Последние из карнифексов умирали. Пара тварей рухнули на землю, и бой был окончен. Эльдары остановились. Из глубины улья доносился звон оружия. В воздухе слышались отголоски криков пришельцев, а затем воцарилась тишина. Тишина в Луггенгарде выглядела нездоровой, неестественной. Словно сама Смерть пришла в город, Йот ощущал ее дыхание.
Воины в блестящих доспехах встали кольцом вокруг своего лидера. Рука был выше их, с широкими плечами, на голове красовался красный шлем с белой боевой маской, на груди виднелся черно-белый крест.
— Искусный ход, — про себя произнес Йот.
Он посмотрел на людей вокруг себя, их лица выражали интерес к вновь прибывшим. Он задумался, что эти люди сделают, если он убьет Руку. Повернут ли они против него свое оружие?
Возможно, они будут правы, подумал он. Это будет бесчестным поступком, чтобы там не говорил Горт.
Приблизительно сорок пришельцев зашагали по ступеням наверх. Они перемещались не так, как обычные люди, но словно фантомы, однако их оружие выглядело вполне реальным.
— Будьте начеку, — произнес Йот. — Возможно, это ловушка.
Его люди переглянулись, словно очнувшись от эйфории. Те, кто мог ясно рассуждать в любой ситуации, направили оружие на своих спасителей.
Палец Йота на спусковом крючке напрягся. Но он не стал давать команду открыть огонь.
Воины эльдар также стояли молча. Они смотрели на людей сквозь лицевые пластины шлемов. Несмотря на помощь и красоту пришельцев, люди чувствовали себя неловко. В воздухе повисло недоверие.
— Это так сыны Терры приветствуют своих спасителей, мечом и пулями? Стыдитесь. Опустите свое оружие!
Йот по голосу понял, что говорит вожак, Исарион, тот с кем он встречался в подулье. Призрачная фигура вышла из-за спин своих товарищей. Несмотря на свой статус, фигура была обернута в простой серый плащ, напоминавший тень.
В рядах защитников стали перешептываться. Бойцы расслабились, направив дула стволов в разные стороны.
— Не расслабляться! — рявкнул Йот, резкость его голоса заставила людей вновь направить оружие на пришельцев.
— Мы хотели бы поговорить с вашим лидером, модифицированным мон-кей по имени Йот. Мы пришли с мирными намерениями. Давайте все обсудим в мирной обстановке, в противном случае вам не избежать последствий.
— Ты видишь меня, — произнес Йот. — Почему не обращаешься на прямую?
— Я не хотел никого оскорбить, в отличие от тебя. Я не буду обращаться к тебе без твоего разрешения, прошу не считать мое обращение знаком пренебрежения.
Исарион указал рукой на своих спутников.
— Здесь собрались герои эльдар. Это великая честь для тебя, что они сражаются здесь за ваши идеалы, а ты хочешь убить их? Неужели человечество так низко пало?
Йот посмотрел Руке в глаза. Эльдар не отвел взгляд в сторону. Воля Йота была защищена катехизмами от чужого влияния, и все же он почувствовал холодное касание взгляда магистра эльдар.
— Рука желает, чтоб ты знал, что твой конец близок. Скоро Эктор падет. Огромное множество кораблей разорвет этот мир на части. Эти монстры, которых мы убили, всего лишь авангард. Если ты хочешь, чтобы выжившие покинули эту планету, то должен объединиться с нами. Давай объединим усилия. У нас есть общая цель.
— Возможно сегодня, да, — произнес Йот. — Но, часто слова эльдар оказываются пустыми обещаниями.
— Это потому, что вы не хотите слушать, и считаете, что все, с кем вы говорите, одинаковы. Неужели ты такой же? Твое слово также ничего не значит? Ты держишь свое слово, не так ли?
Йот взглянул на уставших людей позади него.
— Это касается и нас. Мы — лучшие представители своего народа. Мы даем тебе слова, что не хотим извлечь какую-либо выгоду из этой ситуации, — произнес Исарион. — Наши пути сходятся здесь, не отрицай этого.
Издалека раздался рев, затем еще и еще. Исарион кинул взгляд во мрак позади своих воинов.
— Решай скорее, сержант Йот. Мы мало что извлечем из этих дебатов. Если ты против, скажи нам, и мы уйдем.
Йот вспомнил слова Горта.
— Пустите их, — крикнул Йот, подняв руку. — Пока мы будем сражаться как союзники.
— Здесь мы будем держать оборону, — произнес Исарион.
Перед ним была карта Луггенгарда с детальными очертаниями улиц и переулков улья.
— Это достаточно крупная посадочная площадка. Плюс к этому она расположена выше двенадцатого уровня. Убери своих людей с промежуточных станций. Объединив усилия, мы сможем противостоять воздушному противнику достаточно времени, пока последний транспорт не покинет планету.
Йот обдумал план эльдара. Он шел в разрез с его собственной стратегией, но отступать было уже некуда.
— Забери своих людей из галерей и залов вокруг Лестницы. — продолжал Исарион. — Именно эту биологическую массу тираниды хотят заполучить больше всего. Лучше всего сконцентрировать их в одном месте, все твари рванутся туда и будут давить самих себя. Им будет сложно сражаться в ограниченном пространстве. Наличие стены дает им лишь одно направление для атаки.
Йот кивнул.
— Хорошо. Чтобы мы не предлагали, есть лишь одна истина — конец близок.
— Это — самая длинная лестницы, — Исарион опустил изображение вниз, — внизу — стена, отделяющая богатых от бедных. Ее заминировали, ведь так?
— Это так, — признал Йот, хотя ему не понравилось, что пришелец знает слишком много.
— Если ситуация станет безнадежной, уходите отсюда, уничтожьте Лестницу и запечатайте стену.
— Мы воздерживались от принятия подобного решения, так как опасались, что это привлечет внимание пришельцев к верхнему шпилю.
— И это было правильное решение. Настало время ввести ваш план в действие. Это замедлит противника.
— Мы рассчитывали на это.
— Ну что ж, время пришло.
Йот отдал приказы. Двое из его братьев откликнулись. Бост и Мекленголм. Бост организовывал оборону на дальнем краю стены шпиля, разделяя верхние пределы города от нижних. Мекленголм командовал поисковыми и диверсионными операциями внутри улья. Они обсудили ситуация и пришли к соглашению. Мекленголм отступит к позиции Боста и будет ждать Йота.
— Что насчет Филодона и Оско? — спросил Мекленголм.
— Пусть остаются на шпиле космопорта, — ответил Йот. — Они нужны там. Летающие тираниды атакуют его. Я сообщу им об отступлении, когда буду в пути.
Он испытал облегчение от того, что его братья не изъявили желания присоединиться к нему на его позициях. Присутствие Руки и его последователей создаст слишком много трудностей.
— Я готов, — произнес он, обращаясь к эльдару, стараясь сохранять свой тон нейтральным.
— Тогда вперед, — отозвался Исарион.
— Нет, сначала ты и твои люди. Я воюю с тобой бок о бок, эльдар, но это не значит, что я доверяю тебе.
Глава 9
Битва у Входа в Рай
Они преодолели множество пролетов. Тьма сгущалась по мере их приближения к стене улья. Здесь, на Лестнице, располагались двойные ворота: причудливо украшенные, овальные отверстия в горизонтальной стене шпиля. Ворота могли быть закрыты, и тогда свежий воздух и вода перестали бы поступать в нижние слои улья. В случае мятежа эти ворота закрывали. Однако пока правил губернатор Гоэль, двери никогда не закрывали.
Через час Йот получил сообщение от Боста о том, что Мекленхолм прошел за стену. Проходя пролеты, Йот забирал с собой своих воинов. Вскоре целый поток людей направился к последнему пролету: Вход в Рай
Они достигли его к обеду.
Вход в Рай был самым большим пролетом во всем улье. И сейчас все пять гектаров земли были покинуты и безмолвствовали. Пропускные пункты и административные постройки были пусты, бумажки — раскиданы по всему полу. Ограждения для очередей, стоявшие в центре, были либо разрушены, либо погнуты. Теперь это величественное место больше походило на мавзолей.
Жители улья укрепили этот пролет настолько хорошо, насколько смогли. Но лестничный проход был слишком широк, триста метров в диаметре.
— Все плохо, да, господин? — произнес Кэл. — Я не считаю, что здесь будет безопасно.
