class="empty-line"/>
«Секретариат ЛГК ВКП (б)
От кандидата ВКП (б) Шадриной А.П. г. Чкалов.
Заявление[80]
Резкий недостаток с продуктами в Ленинграде, видимо, вызывает необходимость изыскания этих продуктов. Считаю, что чрезвычайное положение разрешает Ленгорисполкому реквизировать запасы у эвакуированных из Ленинграда жителей.
Завод № 174 им. Ворошилова получил несколько эшелонов оборудования, но вместе с оборудованием погружено и личное имущество работников, и среди этих вещей запасы продуктов.
Например, мой брат, инженер этого завода, имел в вещах 10 кг сахара, 5 кг крупы, 7 кг муки, чай. Макароны 6 кг, мыло и т. д. Видимо, такие, а может, и большие запасы лежат у каждого.
Считаю, что эти продукты, которые, видимо, есть не у одного и не в одном эшелоне, можно изъять и передать для правильного их использования, т. к. здесь рабочие имеют хлеба 900 г, масло, сахар и т. д. по карточкам и плюс к этому здесь имеется рынок, где есть все продукты питания в свободной продаже.
5/ III-42».
7 марта 1942 года
Проверял домохозяйство № 19. Налажен кипятильник. Отогрет водопровод, и пущена вода в одну из квартир. Энергично работают председатель санитарно-бытовой комиссии тов. Г-ая – домохозяйка, управхоз тов. Н-ва и ее муж инженер Н-в. Политорганизатор тов. С-ва бездействует и хныкает.
Шефом от РК прикреплен завод Электроподъемник. <…>
К домохозяйству № 21 прикреплен Союзрыбснабсбыт. <…>
Вечером дал задание директорам и секретарям предприятий по спецзаданию [А. Б-в].
Международный женский день в Ленинграде
«Вчера в Кировском районе на торжественном заседании, посвященном XXXII Международному женскому дню, с докладом «Великая Отечественная война и Международный женский коммунистический день» выступил секретарь райкома ВКП (б) тов. Ефремов. Горячими аплодисментами было встречено предложение послать приветствие Верховному Главнокомандующему вооруженными силами Советской страны товарищу Сталину. На заседании было оглашено решение исполкома райсовета о премировании 30 наиболее отличившихся женщин района.
* * *
Торжественно и празднично прошло вчера в Октябрьском районе собрание, посвященное Международному коммунистическому женскому дню. Партийный, советский и хозяйственный актив района внимательно выслушал доклад о задачах женщины в Великой Отечественной войне.
На собрании выступили: одна из лучших производственниц швейной фабрики имени Володарского тов. Щербакова, доброволец Красной армии, участница боев на подступах к Ленинграду т. Ермолаева, сандружинница т. Малофеева и стахановка Н-ского завода, награжденная медалью «За трудовое отличие», тов. Розанова.
В заключение состоялся большой концерт.
«Ленинградская правда». 8 марта 1942 года».
«8 марта 1942 года
Уважаемый т. Андреенко!
Почему у Ваших работников торговой сети рожи красные и сытые, как клеймо Каина. И справки не надо, без нее видно, где служат, – либо в столовой, либо в булочной, либо в магазине или очаге!
Почему мне нет такого спасения! Эти бабы-воровки без стыда и чести спасутся, а мы, интеллигентки-ученые, погибнем.
А ведь мы-то честные. Вот хоть бы я. Крошки не украду.
Устройте меня на хлебозавод на Лиговке или в булочную на Загородном. Я – актриса, меня с восторгом слушали и любили. <…> Мне хлопали в Кронштадте, а теперь я гибну на разборке дома. Где мне с моими силами и навыками. Дайте мне возможность поправиться. Покушать хлебца!
Меня Ваши торговки всю обворовали за кило хлеба и бидон супа. Смотрите, как они бросают хлеб на весы. Лошади легче шагают. Издайте закон и повесьте в булочной, чтобы хлеб на весы не кидали, а клали тихо, – иначе тюрьма.
Вешайте, бейте этих воровок. Они уже озолотели.
Пришлите ко мне человека с направлением на работу.
Дорогой товарищ! Чем же я виновата, что потеряла вид, а голос звучит, как никогда. Муж мой в армии.
Помогите мне! Помогите и мне жить. Ведь у меня еще много знаний, которые пригодятся после войны. А ваши продавцы могут только мыть полы. Дайте же спастись мне во имя будущего. Я языками владею.
Артистка эстрады Е.А. Чаусская».
«Т. Андреенко!
История осудит и опозорит Вас за то, что Вы живете и работаете нынешним днем! Посмотрите, что Вы сделали с городом. Вы разделили его на две части: снабженцы-нарпитовцы – жирные, красные, наглые, бесстыдные и мы – голодные, умершие и умирающие.
Не думайте, что писатели через два-три года пощадят Вас. Это сейчас молчат. Гоните, гоните в шею Вашу разжиревшую касту и дайте эту работу нам, голодным. Мы справимся лучше! Хитрость небольшая! А жирных пошлите-ка воевать или погибать на иждивенческих, как мы, пайках.
Я, человек с талантом, знанием языков, вою от голода. А рядом бабы. Им только мыть полы, работают в яслях, молоком захлебываются!
Эх Вы! Откройте глаза. Ведь у Ваших снабженцев-нарпитовцев целая система грабежа!
Гоните их всех. Отцарствовали, будет! Время наше, голодные должны встать у власти. Позовите меня, и я покажу Вам десятки этих пособников Гитлера.
Почаще встречайтесь со страшными худыми. А то на обед и то жирные жены снабженцев к Вам попали, как у нас со двора активистка, муж – снабженец, дочь – в столовой, а ей от Вас благодарность. Подумайте: нечасто Вам правду говорят. А мне все равно смерть от голода! Я не боюсь правды.
[На обороте листа надпись]. Разберитесь с выездом на место [подпись]. Андреенко».
9 марта 1942 года
С тех пор как жизнь моя улучшилась, реже стало меня тянуть к дневнику. Неизменному другу моих мрачных дней я начал изменять. Это признак примечательный. Все чаще с Таней мы стали собираться дома. Питание хорошее, близкое к мирному времени, а иногда даже лучше. Это сильно восстанавливает силы. Таня замечательно поправилась, а я просто ожил: не чувствую усталости в ногах, стал очень поворотливым и неузнаваемо энергичным – это результат моей благодарности Тане за ее заботу обо мне. <…>
У нас с продуктами нежирно и опять же перспектив не видно, и ведь март месяц подходит к перевалу. Неужели в марте не снимут блокаду Ленинграда? Сводки Информбюро так скудны и неясны, что судить о положении на фронтах нам, смертным, очень трудно, судить о предстоящих нам новых испытаниях. У меня только одно желание: чтобы Таня работала на старом месте, и тогда никакие блокады нам будут не страшны.
7 марта впервые за всю зиму над Ленинградом появились фашистские самолеты, и, несмотря на усиленную стрельбу зениток, воздушная тревога не объявлена. Правда, она сейчас ни к чему. За эту зиму погибли в сотни раз больше народу от голода и истощения, чем за всю осеннюю пору усиленных бомбардировок. Сейчас опять надо ожидать гостей, неприятных и безжалостных, варваров 20 века, возомнивших себя властелинами мира. Нет, мечтам фюрера не суждено сбыться.
