– Тогда удачи, – виновато развел руками де Вилье. – Только не рассредотачивайтесь. Их там еще тысячи две. Не съедят, так затопчут.
– Не затопчут. Держи мост. – Линда махнула рукой своему взводу, застегнула маску спецкостюма и размашистой походкой направилась в сторону длинных строений с прохудившимися крышами, где сейчас готовились к прорыву остатки мутантов. Еще час назад они держали в кольце весь город, а теперь сами угодили в мешок – разбитые, уничтоженные, но несломленные. Ведомые своим чудовищным богом, они готовы были умирать за веру.
– Ты проследи за этой бабой персонально, – сказал де Вилье проводнику. – Чтобы в пекло не лезла.
– Будь спок, – кивнул проводник. – А клевая баба. Я бы на такой женился, не раздумывая. Жалко вот, что нерусская. Хотя…
– Ты сначала английский выучи, – усмехнулся де Вилье.
– Я ей и на пальцах все, что надо, покажу, – заверил проводник. – Ну, бугор, если что… Короче, не поминай лихом.
– Беги, – сказал де Вилье и устало направился к заставе на мосту. Закопченные и ободранные егеря и ополченцы сушили портянки и смачно гоготали над какой–то немудреной шуткой. Де Вилье окинул их взглядом и с тоской подумал, что еще три часа назад их была почти тысяча. Час назад – двести. Теперь осталось двадцать шесть.
Линда выскочила в узкий проулок между дымящимися бревенчатыми хижинами и одним импульсом от живота скосила четверых. Кто–то справа прыгнул на нее с крыши, но Линда только шевельнула бронированным плечом, и нападающий с жутким воем покатился по земле. Набежавший сзади астронавт, экономя заряды, размозжил плешивую голову мутанта ударом башмака.
– Мерзость какая… – пробормотал он, разглядывая свою жертву.
Мутанты вблизи оказались совсем даже не уродами. Да, они были мелкие, плешивые, безносые, хилые, все в струпьях и грязи. Тем не менее у них имелась членораздельная речь, а залитые гноем узкие глазки излучали вполне человеческую ненависть. Что же касается шкур, служивших мутантам одеждой, а также копий и рогатин, которыми орда воинственно размахивала, то качеством изготовления все это почти не отличалось от того, что имели защитники Волочка. И, стреляя по мутантам, Линда никак не могла отделаться от мысли, что, если вонючего радиоактивного москвича как следует отмыть, а пропахшего навозом парижанина де Вилье, наоборот, окунуть в грязь, разница покажется не такой уж удручающей. Но москвичей здесь называли уродами вовсе не за генетические отклонения, и это Линда тоже поняла.
Одетый с ног до головы в толстую дубленую кожу проводник маячил впереди, указывая направление. Линду в ее спецкостюме уже несколько раз чувствительно ткнули копьем, один раз даже с ног сбили, а этот парнишка, казалось, и сквозь пулеметную очередь проскочил бы целый и невредимый.
– Выходим к большому зданию, – доложил по радио авангард. – Здесь тихо. Похоже, они засели внутри.
– Посмотри, где там опоры, и подрежь их, – распорядилась Линда. – Если мощности хватит, постарайся завалить стены. Внутрь лезть ни к чему.
– Сделаем, капитан.
Справа обрушилась крыша горящей хижины, и из окон градом посыпались скрюченные фигуры в тряпье. Оказавшись прямо между двух групп астронавтов, мутанты, визжа и плюясь, начали бессмысленно метаться из стороны в сторону, не понимая, что противник сейчас не может стрелять, опасаясь задеть своих. Бестолковых уродцев быстро забили прикладами и ногами. Проводник восхищенно показал Линде большой палец.
– Второе отделение, быстро прочесать все эти хибары! – приказала Линда. – Если что, жгите их к такой–то матери, они все равно едва стоят.
Впереди с глухим уханьем завалилась стена. Отряд Линды выбрался из развалин предместья и оказался на обширном пустыре. Дальний его край заволокла стена песка – там, подрезанное лазером, падало ржавое железо. Здоровенный не то ангар, не то цех тяжело осел наземь и рассыпался в пыль. Из коричневой тучи донесся яростный вопль в тысячу глоток.
– Ложись! – крикнула Линда, упала на землю и несколько раз, не целясь, выстрелила в тучу. Ответом ей был еще более дикий крик.
Из тучи лавиной хлынули мутанты. На залегших астронавтов посыпались дротики. Линду сильно ударило по шлему, но спецкостюм выдержал.
Проводник, уворачиваясь от попаданий, катался по земле, успевая одиночными выстрелами сшибать приближающиеся фигуры.
– Ближе! – крикнула Линда. – Подпустить ближе! Так… О–гонь!!!
Мутанты бежали стеной, и, словно по команде, стена эта опрокинулась, разрезанная вдоль. Оранжевые молнии впились в завалы живой плоти, и через несколько секунд атака захлебнулась. Уцелевшие мутанты бросились наутек, но астронавты уже встали во весь рост, и до спасительного овражка за цехом не добежал никто.
Проводник зажимал нос. Линда представила, каково ему бегать в толстенной шкуре без кондиционера по тридцатиградусной жаре, дурея от запаха жареной человечины, и невольно сморщилась.
– Проверка аккумуляторов, – приказала она. – Доложить потери.
– В первом все. Во втором все. В третьем все.
– Отлично. Пошли на добивание. Дистанция пять метров. Цепью – вперед. Заряды не тратить. Проводника ко мне.
Проводник сунул Линде под нос примитивную рисованную карту местности и отчеркнул заскорузлым пальцем следующий объект.
– Экий ты грязнуля, – сказала ему Линда. – А ведь тебя если отмыть–почистить…
Под ногами наступающей цепи с хрустом трескались черепа раненых мутантов.
* * *
Уже смеркалось, когда отряд Линды перевалил через высокую бетонную дамбу, и взорам астронавтов открылась неправдоподобно красивая зеркальная гладь водохранилища.
– Все, – сказала Линда. – Вот и последние. Завершающий аккорд.
У края дамбы, по уши в воде, понуро стояли четверо мутантов. В зубах они держали ножи, а руками осторожно гребли перед собой, чтобы ветром не относило на глубину.
Проводник неспешно присел на корточки и вгляделся в торчащие над поверхностью облезлые головы. Ближайшая оказалась украшена татуировкой в форме православного креста.
– Вася! – сказал проводник чуть ли не радостно. – Выплюнь ножик, Вася! Ты меня узнаешь?
Татуированный взял нож в руку и оскалил подпиленные в форме треугольников зубы.
– Только демоны спасли вас! – прохрипел он. – Но за это они возьмут ваши души! А с нами бог!
– С нами бог! – нестройно поддакнули сквозь зубы остальные три головы.
– Нет у вас никакого бога, – сказал проводник. – Какой же это, извини–подвинься, бог, если он своих убивать запрещает, а чужих – пожалуйста?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
