все стороны. Человек упал на колени перед Богом.
-Ну вот, разве так не правильней?- заговорил Локи, преисполненный сознанием собственной значимости.- Разве это не естественно для вас? Это скрытая суть человечества. Вы жаждете рабства! Яркий блеск свободы в безумной борьбе за власть, за индивидуальность мешает вам наслаждаться жизнью. Вы были созданы, чтобы вами управляли. В итоге вы всегда будете теми, кто стоит на коленях!- провозгласил он и окинул всех непомерно презренным взглядом.
-Я бы с этим не согласился,- ответил я, приближаясь к Богу Обмана, минуя ледяные статуи солдат.- Не терплю стоять на коленях, ибо…
-Неразумный человек,- грубо прервал меня Локи.- Ты не понимаешь, что свобода воли —величайшая ложь в мире, которую необходимо…
-Избавить от твоего присутствия, Локи. Свобода воли присуща всему живому, и не тебе решать: нужна она им или нет,- сухо ответил я и стремительно побежал к Лафейсону.
Нужно было постараться увести его подальше от места с замороженными статуями, дабы ненароком не покалечить их во время боя.
Хорошо, что погода постепенно налаживалась. Хоть небо и продолжали закрывать тяжелые тучи, но дождь уже прекратился, что значительно упрощало спасение рядовых солдат от искусственного града.
Локи презрительно, совершенно не воспринимая меня всерьез, и всем своим видом показывая, что считает меня ничтожным, слабым человечком, наблюдал за тем, как я приближаюсь к нему. Он не спешил применять магию. Ждал, пока я подойду достаточно близко. Видимо, хотел продемонстрировать разницу между нами, используя лишь физическое превосходство.
Я мог бы посоревноваться с ним в чистой силе и вряд ли уступил бы ему в этом: все-таки основная мощь Бога Обмана крылась именно в магии, а не в мускулах. Однако на данный момент моей единственной целью было отбросить его как можно дальше от этого места.
Когда я почти добрался до мирно ожидающего меня у пролома Локи, иллюзионист резко исчез, затем так же резко появился посреди комнаты, где, дрожа от холода и безуспешно сопротивляясь пробирающей до костей магии льда, лежал его брат Тор.
Хоть Бога Грома и не заморозило ледяной волной, из-за того что он стоял ближе всех к Локи, он все же получил урон от остаточной энергии, коей хватило, чтобы свалить даже такого громилу, как Тор.
Когда между мной и усмехающимся Локи оставалось меньше метра, по моему телу крошечными муравьями стали расползаться наноботы, стремительно облачая меня в броню Интеллектуала.
И пока моя рука опускалась на грудь ледяного великана, костюм уже полностью активировался — я ударил нового царя Асгарда кинетическим зарядом. Такого подлого удара Лафейсон никак от жалкого мидгарца не ожидал и, пролетев мимо остолбеневшего не столько от холода, сколько от удивления брата, пробил хлипкую стену своим телом и, перелетев через тоннель, грохнулся к Мьёльниру, разнеся при этом ангар. Земля здесь все еще оставалась влажной от недавнего дождя — магия Локи сюда не дошла.
Кинетической энергии в костюме было немного, бой только начался, и существенных повреждений я получить еще не успел, а потому использовал то, что осталось в броне с прошлого раза, и его едва ли хватило, чтобы просто отбросить мага Асгарда.
Локи поднялся на ноги. Его тонкие губы недовольно скривились, а наморщенный лоб и недобрый прищур зеленых глаз говорил о том, что он сейчас очень зол. Настолько, что чуть ли пар не шел от кипевшей в нем ярости. То, что я унизил его, отправив в полет и вынудив поваляться в грязи, привело Бога Обмана в истинное негодование.
-Проклятый смертный!- вскричал северный олень.- Ты посмел поднять руку на Бога! Ты не останешься безнаказанным.
-А не надо было драку затевать. Видишь, к чему это привело? Сидел бы ты сейчас на своем троне, Асгардом правил. А так что? Упал, как бутерброд, маслом вниз.
Он, даже не взглянув на свою перепачканную грязью одежду, вмиг сменил ее волшебством на боевое одеяние Асгарда. В этом зеленом асгардском костюме и в классическом шлеме с двумя огромными изогнутыми рогами, он выглядел преувеличенно важно и спесиво до невозможности.
Локи расправил плечи и хотел было что-то сказать, но его прервала летящая в него стрела. Маг легко ее перехватил и презрительно усмехнулся, но улыбка тотчас исчезла — стрела взорвалась прямо возле лица Лафейсона.
Наташа Романофф вытащила два пистолета и, держа в каждой руке по одному, начала стремительно опустошать обойму, целясь в противника. Правда, для асгардцев такие повреждения были как слону дробинка, но они отвлекали его, позволяя атаковать остальным.
Стив Роджерс метнул в Бога Обмана свой фрисби.
Локи остановил щит телекинезом, заставив диск замереть в воздухе, затем раскрутил его как пилу и запустил обратно. Капитан едва сумел увернуться, щит едва не разрезал суперсолдата напополам.
Соколиный Глаз стрелял в чародея из лука, но все его стрелы проходили сквозь тело мага. Локи оставил иллюзию, а сам стал невидимым.
Но только не для меня. Благодаря интуиции, я точно знал, где он стоит. И даже, когда иллюзионист воспроизвел десятки своих проекций, пытаясь сбить нас с толку, я остался невозмутим.
Вытащив из Инвентаря лук и стрелы, я крикнул Клинту следить за мной и стрелять туда же, куда и я. Лучнику уровня Соколиного Глаза это не составило труда, и наконец его стрелы достигли цели.
Десятки фигур Локи разом исчезли. Остался только один. Несмотря на то что мы его уже успели изрядно потрепать, на нем практически не было царапин. Будучи ледяным великанов, его физическая стойкость превосходила человеческую многократно. А учитывая, что он еще и усиливал ее при помощи магии, становилось вовсе не до шуток.
Бог коварства смотрел на нас молча. Морщины недовольства на его лице разгладились, и кожа, становясь все темнее и холоднее, начала обретать все черты ледяных великанов. Его глаза источали спокойную ярость, которая была во много раз страшнее.
-Брат,- обратился к Локи Тор, который смог наконец прийти в себя и появился на месте битвы.- Остановись. Хватит! Ты не можешь так поступать…
-Оу, дорогой братец,- ответил Лафейсон, скривив губы и даже не оборачиваясь к Богу Грома.- Я еще только начал!
Руки чародея вновь засветились голубым, и знакомый холод вновь заставил сына Одина обнять себя за дрожащие плечи и отступить назад.
Герои и я были готовы встретить очередную холодную волну. И она последовала, но в этот раз двинулась не на нас, а на измокшую землю, превращая ее в сплошной сверкающий слой синего льда.
Даже земля, на котором покоился Мьёльнир промерзла, правда, самого молота это не коснулось.
Прежде чем мы
