Читаем без скачивания Записки практикующего адвоката - Luide

Мне стоило больших усилий успокоить клиентку, которая едва не устроила истерику при виде своего бывшего любовника. Спрашивается, какой смысл теперь плакать? Ладно, беременным женщинам свойственны некоторые перепады настроения, так что ей простительно. Так или иначе, но никакие моральные и нравственные аспекты не помешали ответчику заявить, что исковые требования он не признает. Моя же клиентка, вполне естественно, исковые требования поддержала.

Подробно допрашивать стороны в предварительном заседании судья не стала. Она лишь поинтересовалась, признает ли иск ответчик и не желают ли стороны уладить спор мировым соглашением. В принципе, закон не требует, чтобы допрос сторон был проведен именно в первом судебном заседании. По-моему, судья питала искреннюю надежду, что стороны помирятся, и спор отпадет сам по себе.

Хотя лично я сильно сомневалась в вероятности этого — уж очень жестко и безразлично вел себя господин Зураг Муддсон. Он явно намеревался изо всех сил открещиваться от своего отцовства и от проблемной любовницы. Ответчик определенно понимал всю шаткость нашей позиции, и потому собирался отбиваться до последнего.

С доказательствами у нас и правда было туговато. Ладно, сам факт беременности на момент увольнения легко подтверждался медицинской справкой. Но этого было явно недостаточно. Полагаю, мы сможем добиться восстановления Зухры на работе, однако с возмещением вреда, причиненного незаконным увольнением, будет сложнее. Следовало каким-то образом подтвердить, что Зухра поставила в известность начальника о своей беременности. К сожалению, большинство женщин как-то не имеют привычки уведомлять любовников о будущем отцовстве письменно, а уж тем более под роспись. Говорю как юрист — весьма досадная оплошность. Насколько было бы проще, если бы подобное извещение было вручено заказным письмом с уведомлением! Однако это совсем уж фантастика, к сожалению.

Вообще, основная проблема по трудовым спорам — это именно сложности со сбором доказательств, подтверждающих позицию работника. Большинство письменных документов находится у работодателя, и при большом желании он может эти документы переписать, задним числом, конечно. К тому же свидетели по делу в большинстве своем прямо зависимы от работодателя — им ведь хочется и дальше продолжать работать на данном предприятии. В связи с этим обеспечить доказательства по трудовому спору очень нелегко.

Пока из свидетелей у нас была лишь институтская подружка Зухры, которой обстоятельства дела были известны исключительно со слов самой орчанки. Но это лучше, чем ничего.

Представитель ответчика был достаточно опытным юристом, чтобы не спорить по поводу допроса свидетеля. Он прекрасно понимал, что судья удовлетворит мою просьбу о вызове свидетеля, и потому не было резона возражать.

Так что первое заседание мы закончили достаточно быстро. Я попрощалась с клиенткой и вышла на улицу. Несколько минут я просто стояла на улице, глубоко вдыхая чистый морозный воздух. Боги, как же выматывают меня такие заседания! Мало того, что судья озабочена исключительно пинанием моей беспомощной особы и желанием побыстрее закончить дело, так еще и с заплаканные глаза клиентки не давали мне покоя.

Я шла домой, размышляя о любви и мужчинах, и выводы получались неутешительные. Как гласит старая поговорка, "Любовь зла — полюбишь и козла". И, к сожалению, козлы почему-то встречаются в жизни намного чаще нормальных мужчин. Ну вот, казалось бы, чего стоило этому самому гному материально обеспечить свою любовницу и ребенка? Он отнюдь не беден, не разорился бы. Но нет, он предпочел просто вышвырнуть девушку. Конечно, орчанка тоже в чем-то виновата — в конце концов, она намеревалась таким образом женить гнома на себе. Однако, пообщавшись с Зухрой, я не сомневалась, что она искренне влюблена в своего бывшего начальника, и никаких хищнических планов не имела. Девушка просто хотела семьи с любимым, дома да детишек. Неужели это так много? По всей видимости, слишком много.

Мне повезло — я самостоятельная женщина и твердо стою на ногах. В случае необходимости, я смогу вырастить ребенка и одна. Однако далеко не все женщины на это способны, и это вполне понятно. Они ищут опору и кормильца, а оказываются перед необходимостью доказывать отцовство и взыскивать алименты в судебном порядке. К сожалению, тут уж ничего не попишешь. Уж очень сложно узнать человека и понять, не бросит ли он в беде. Для влюбленной женщины это и вовсе представляется невозможным.

Впрочем, это все досужие размышления. Влюбленные дурочки есть всегда, и мужчины охотно этим пользуются.

После этого заседания у меня образовалось долгое затишье. Судьи не страдали желанием сразу после каникул приступать к работе. К тому же до середины января в суде составляются годовые отчеты, так что судьям просто не до рассмотрения дел.

Таким образом, у меня было сразу пять выходных. Жаль только, что Шемитт в эти дни был занят. Но я и без дракона прекрасно провела время. Вместе с Инной я еще раз наведалась в "Волчью песню" — уж очень мне понравились песни оборотня, моего недавнего клиента. В этот раз я тоже не осталась разочарованной и очень мило провела время. Кстати сказать, Шемитт после моего предыдущего посещения этого клуба не стал устраивать мне глупую сцену ревности. Дракон умен и прекрасно понимал, что я отвечу на подобные претензии. В разговоре я вскользь упомянула о визите на концерт оборотня и по реакции Шемитта поняла, что это не стало для него новостью. Так или иначе, но дракон промолчал, и это было просто замечательно. Так что мои отношения с Шемиттом были почти идеальными. Он более не заговаривал о необходимости для меня бросить работу, а я старалась не слишком демонстрировать свою независимость… В общем, притирка характеров проходила вполне успешно. Я вполне осознавала, что влюбилась, как девчонка, чего со мной уже давно не бывало. Но Шемитт — незаурядная личность, от такого немудрено потерять голову. Оставалось лишь наслаждаться своим счастьем, что я и делала. Жаль лишь, что встретиться нам удавалось нечасто.

Двенадцатого, в четверг, Шемитт мне позвонил и обрадовал новостью, что он вернулся в Мидгард, и что в эти выходные он совершенно свободен. Дракон предложил мне встретиться тринадцатого вечером. Однако я с сожалением вынуждена была отказаться, поскольку в эту пятницу день рождения Олега Медведева, давнего друга моих родителей, и я давно приглашена на торжество. По-моему, Шемитт обиделся, хотя ничего не сказал.

Второе заседание по делу Зухры было назначено на тринадцатое января, то есть ровно через десять дней после предыдущего. Накануне клиентка меня обрадовала, что у нее появился новый свидетель. Оказывается, одна девушка из ее отдела как раз уволилась, и с этого времени больше не зависела от господина ответчика. Не знаю уж, как Зухра уговорила ее дать показания (судебное рассмотрение всегда дело малоприятное, и мало кто добровольно согласится в нем поучаствовать), но главное, что ей это удалось. Так что я подготовила заявление о вызове свидетеля и направилась в суд в приподнятом настроении.