В другом варианте этого примечания подробнее говорится об измельчании полуросликов и нуменорцев:
Измельчание дунедайн не было естественной тенденцией, свойственной и тем народам, чьим домом было Средиземье; оно связано с тем, что они утратили свою древнюю родину на Западе, из всех смертных земель ближайшую к Бессмертному королевству. Измельчание хоббитов произошло гораздо позднее и, скорее всего, было связано с изменением их образа жизни: они сделались пугливым и скрытным народцем, вынужденным укрываться в глуши лесов от людей, Громадин, которых становилось все больше, и которые захватили все самые лучшие и плодородные земли. Теперь это племя нищих скитальцев, постепенно забывающее все свои искусства и ремесла, ведущее жизнь, полную опасностей и заботящееся только о пропитании и о том, чтобы его не заметили.
Кирион и Эорл
Северяне и кибитники
«Хроника Кириона и Эорла»[176] начинается только с первой встречи Кириона, наместника Гондора, и Эорла, вождя народа эотеод, произошедшей после того, как закончилась битва на Поле Келебранта и враги Гондора были разгромлены. Но и в Гондоре, и в Рохане существовали песни и легенды о великом походе рохиррим с Севера. Именно из них взяты повествования об этом народе, содержащиеся в позднейших хрониках[177], а также многие иные сведения, касающиеся народа эотеод. Здесь они кратко изложены в форме хроники.
Эотеод впервые стали известны под этим именем во дни гондорского короля Калимехтара (скончавшегося в 1936 году Третьей эпохи). В то время этот небольшой народ жил в Долинах Андуина между Карроком и Ирисной низиной, в основном на западном берегу реки. То были остатки северян, некогда могущественного союза многочисленных народов, живших на обширных равнинах между Лихолесьем и рекой Бегущей, знаменитых коневодов и всадников, славившихся своей ловкостью и выносливостью. Их постоянные поселения находились на опушках Леса, особенно в Восточной Луке, которая и возникла в основном из–за их порубок[178].
Эти северяне были потомками того же народа, что и люди, которые в Первую эпоху пришли на запад Средиземья и стали союзниками эльдар в их войнах с Морготом[179]. Таким образом, они приходились отдаленной родней дунедайн или нуменорцам, и крепкая дружба связывала их с народом Гондора. Северяне служили Гондору надежной защитой, охраняя от вторжений его северные и восточные границы. Короли Гондора не сознавали всего значения этой защиты до тех пор, пока она не ослабла и не была в конце концов разрушена. Закат северян Рованиона начался с Великого мора, который вспыхнул в их землях зимой 1635 года, а вскоре перекинулся и в Гондор. В Гондоре смертность была велика, особенно среди жителей городов. Но в Рованионе она была еще больше, ибо, хотя северяне жили в основном на открытых пространствах и не строили крупных городов, мор начался зимой, в холода, когда и люди, и лошади забились под крышу, и их невысокие деревянные дома и конюшни оказались переполнены. Кроме того, северяне были мало сведущи в искусствах целения и врачевания, о которых в Гондоре было известно немало, ибо там все еще хранились крупицы познаний Нуменора. Говорят, что к тому времени, как мор миновал, вымерло более половины народа Рованиона, и они лишились половины своих табунов.
Силы их восстанавливались медленно, но в течение длительного времени их слабость не подвергалась испытаниям. Несомненно, народы, обитавшие на востоке, тоже пострадали от мора, так что враги тревожили Гондор главным образом с юга и с моря. Но когда начались вторжения кибитников и Гондор оказался втянут в ряд войн, продолжавшихся без малого сто лет, северяне приняли на себя первые удары. Король Нармакиль II повел большую армию на север, на равнины к югу от Лихолесья, и собрал все рассеянные остатки северян, какие сумел, но был побежден, и сам пал в бою. Остатки его армии отступили через Дагорлад в Итилиэн. Гондор потерял все земли к востоку от Андуина, кроме Итилиэна[180]. Что же касается северян, то, как рассказывают, часть из них переправилась через Кельдуин (реку Бегущую) и смешалась с жителями Дэйла у подножия Эребора (с которыми они были в родстве); часть укрылась в Гондоре, а остальных собрал Мархвини, сын Мархари, погибшего, прикрывая отступление армии после битвы на Равнинах[181]. Они отправились на север, пройдя между Лихолесьем и Андуином, и поселились в Долинах Андуина, где к ним присоединились многие беглецы, которые пришли через Лес. Так возник народ эотеод[182], хотя в Гондоре о них в течение многих лет ничего не знали. Большинство северян были обращены в рабство, и все их прежние земли захватили кибитники[183].
Но со временем король Калимехтар, сын Нармакиля II, справившись со всеми прочими врагами[184], решил отплатить за поражение в битве на Равнинах. К нему явились вестники от Мархвини с предупреждением о том, что кибитники собираются вторгнуться в Каленардон через Отмели[185]; но они сообщили также, что готовится восстание порабощенных северян, которое начнется, если кибитники ввяжутся в войну. А потому Калимехтар при первой же возможности вывел войско из Итилиэна, позаботившись, чтобы врагам стало известно о его приближении. Кибитники пришли со всеми силами, какие у них были; и Калимехтар отступил перед ними, уводя кибитников от их поселений. В конце концов на Дагорладе разразилась битва, и долгое время исход ее был неясен. Но в разгар битвы всадники, посланные Калимехтаром через Отмели (которые враги оставили без охраны), вместе с большим эоредом[186], ведомым Мархвини, нанесли кибитникам удар с фланга и с тыла. Гондор одержал победу, полную — но не решающую. Когда враги были разбиты и в беспорядке бежали к себе на север, Калимехтар не стал их преследовать, проявив этим большое благоразумие. Почти треть войска кибитников осталась гнить на Дагорладе, среди праха других, более благородных сражений прошлого. Но всадники Мархвини настигли беглецов и перебили изрядное их количество, пока те спасались бегством через равнины. Только когда вдали показалось Лихолесье, всадники оставили беглецов, насмешливо крича: «Не спешите на север, Сауроново племя! Бегите лучше на восток! Смотрите, дома, что вы украли, в огне!» Ибо в небо поднимались огромные клубы дыма.
Восстание, которое задумал и поддержал Мархвини, в самом деле вспыхнуло. Отчаянные изгои вышли из Леса, подняли рабов, и общими усилиями им удалось поджечь множество жилищ кибитников, их амбары и укрепленные лагеря, составленные из повозок. Но большинство их при этом погибло, потому что они были плохо вооружены, а враги не оставили свои дома без охраны: к подросткам и старикам присоединились женщины помоложе, ибо женщин этого народа тоже обучали владеть оружием, и они яростно сражались, защищая свои дома и детей. И потому в конце концов Мархвини пришлось отступить в свои земли на Андуине, и северяне, его соплеменники, так и не возвратились в свои прежние дома. Калимехтар же вернулся в Гондор, и его страна на некоторое время (с 1899 по 1944 год) получила передышку перед большой войной, в которой едва не пришел конец роду гондорских королей.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
