Читаем без скачивания Убитый манекен : сборник - Станислас-Андре Стееман

— Деревня опустела, — хмуро заметил Анон. — Никто больше не осмеливается высунуть нос наружу. Не осталось газеты, которая бы нас не обвиняла…

Усталым жестом он показал на груду газет, высившуюся на столе бургомистра.

— Да, — поддержал его Эрали, — ситуация серьезная. Четыре убийства за четыре ночи, по одному за ночь… А мы совершенно бессильны!

— Если мы не остановим убийцу, — снова с горечью заговорил заместитель королевского проктора, — наша карьера кончена…

— А у меня, — вставил бургомистр, — обязательства перед моими согражданами. Лучшие друзья высказали мне злые упреки.

Чего вы ждете? — сказали они. — Что мы все отправимся на тот свет? — Бургомистр воздел руки к потолку — Ну что я им могу ответить?

У Себа Сорожа вертелось грубое слово на языке, но он сдержался.

— А Лабар, — жаловался Эрали, — что мы с ним будем делать? Отпустим? Сначала он отрицает, что убил Виру и Гитера, вы помните, затем, под давлением вопросов, припертый к стене, он признает себя виновным в первом убийстве, а потом и во втором. В это время совершается третье, и Лабар опять все отрицает…

Себ Сорож с наслаждением выпустил из трубки кольцо дыма.

— Новый Лелутр, — проворчал он. — Благодаря ему скромную деревеньку Сент-Круа сравнят с Туке… Уникальная возможность…

Эрали злобно взглянул на него:

— Господин Сорож, — произнес он весьма натянутым тоном, — мне очень жаль, что в подобных обстоятельствах вы проявляете столько легкомыслия. Вместо этого…

— Я бы должен биться головой о стены, не так ли? Что это даст, скажите на милость? Лишнюю жертву?

— Сорож… — начал заместитель королевского прокурора.

Его голос задрожал:

— Сорож, нужно что-то предпринять! Надо…

— Кардо и Анри следят за угрожаемым домом, — ответил инспектор, — я лично рекомендовал госпоже Прего, двум ее дочерям и племяннику не выходить ни под каким предлогом; наконец, дюжина полицейских всю ночь дежурит на улицах деревни…

— Замечательно! — откликнулся Эрали. — И завтра утром мы, как и сегодня, как и каждое утро, узнаем, что совершено новое преступление!

Четверо мужчин — заместитель королевского прокурора, судебный следователь, бургомистр и инспектор, — собрались в кабинете Бине, на втором этаже деревенской управы. Почти совсем стемнело, но ни один из них не подумал зажечь свет.

В шесть часов вечера им нанес визит Юбер Пеллериан.

— Я только что, — заявил он, — обнаружил красный кружок — один из пресловутых красных кружков! — на дверях дома моей тети. На нее ли покушаются, на одну ли из дочерей или на меня, я не знаю. Что делать?

— Оставаться дома, — ответил Себ. — Не выходить ни под каким предлогом. Через час-два инспекторы займут свои места на подходе к дому вашей тети, деревенские улицы будут под наблюдением наших агентов.

— В конце-то концов, — воскликнул Эрали и ударил кулаком по столу, — этот убийца не нечистый дух! Есть же люди, которые должны были видеть, как он крадется по улицам, их свидетельство для нас было бы драгоценно…

— Эти люди, — объяснил Сорож, — не видели убийцу. Они просто заметили одного из соседей, не сопоставляя его с убийцей.

Спросите любого, и вы поймете, насколько бесполезны подобные свидетельства…

— А в фургоне, естественно, никаких улик?

— Нет, ничего. Но я могу объяснить вам, что делал на столе столь вас заинтриговавший труп кота. Гвидо перед смертью предавался какому-то вполне невинному колдовству. Он вызывал Нечистого, для чего обезглавил животное, произнося волшебное заклинание: «Элоим, Эссаим, фругативи эт аппеллари!..» Я вычитал эти сведения из старой книги по колдовству в зеленом переплете, она еще была раскрыта на странице, с которой цыган сверялся незадолго перед смертью…

— И на этот раз у жертвы ничего не украдено? — вставил вопрос бургомистр.

— Я расспрашивал жену Гвидо, — ответил Себ. — Ей кажется, из фургона ничего не пропало. В любом случае, Гвидо, как и Виере, не имел при себе денег в момент смерти.

— Но, в конце концов, инспектор, — вскричал Бине, — вы видите какую-нибудь причину всех этих убийств? Коммивояжер, цыган, два почтенных торговца… Почему, черт возьми, могли убить этих людей?..

Себ пристально посмотрел на бургомистра.

— Вы помянули черта, — сказал он. — Вы знаете, что некто в этой деревне продался ему душой и телом? Вы знаете, что кто-то жжет ему свечи?

И он посвятил слушателей в открытие, сделанное кюре Рокюсом на хорах церкви.

— Заметьте, — продолжал Себ, — эта сцена повторялась с тех пор дважды. Кюре в ужасе. И, несмотря на строгое наблюдение со стороны священника, не замечено никаких подозрительных хождений. Так что я почти с полной уверенностью могу заявить, что сей поклонник Сатаны смешался с толпой верующих, как убийца смешался с толпой честных граждан. И, нет сомнения, тот и другой — одна и та же личность…

— Хо! Хо! — натужно пошутил Эрали, — вы, похоже, очень многое знаете об убийце, Сорож!

Одновременно Анон задал вопрос:

— Откровенно, Себ, у вас нет ни малейшей идеи относительно его личности?

Себ пожал плечами и вынул из кармана какую-то бумагу.

— Вот список, о котором я вам вчера говорил. В нем с десяток имен. Первый в нем — господин Бине…

— Я? — воскликнул бургомистр, подскочив в кресле.

— Ну да! А почему бы не вы, господин бургомистр? Вы можете с таким же успехом быть убийцей, как и любой другой…

— Но…

— С таким же успехом, как Юбер Пеллериан, просивший помощи против убийцы, как ваш секретарь Дермюль, как ветеринар Верспрее, короче, с тем же успехом, что и любой другой житель деревни… И вы хотите, чтобы я ткнул пальцем в одного из них и объявил: «Это он!»

— Никто вам не говорил… — начал Анон.

— Вы сами в это верите? — взорвался Себ. — А это что?

Он извлек из кармана пачку телеграмм:

— Поздравления?.. Нагоняй!.. Вот что мне шлют эти господа! Эх! Хотел бы я их здесь видеть!..

Себ вскочил и заходил по комнате.

— Смешные люди!.. Черт возьми, что бы они сделали на моем месте?.. Потребовать от каждого жителя деревни отчета о том, чем он занимался в прошедшие ночи, и тщательно, минута за минутой, проверить каждое алиби?.. Или, может быть, летать на самолете над деревней, начиная с ужина, и посылать осветительные ракеты? Это было бы гениально!.. Как бы мне хотелось посмотреть, что они стали бы делать со своими чудненькими теориями!..

Он встал перед бургомистром:

— Не хотите ли рассказать мне, Бине, чем вы занимались этой ночью?.. Нет?.. Вы считаете это оскорблением?

— Шуткой, — ответил бургомистр.

— Ладно, — проворчал Себ. — По крайней мере, вы производите впечатление здравомыслящего человека.

— В самом деле?

— Не обращайте внимания. Рассуждаю сам с собой.

Себ вздохнул и сел:

— Что можно предпринять в деревне на осадном положении, вроде этой? Все запираются на двойной оборот ключа, на каждом окне — ставни. Убийца может пускаться во все тяжкие в полной безопасности, никто его не увидит…

Себ скорчил гримасу:

— В этой новой Ковентри для него самую большую сложность должен составлять поиск жертвы…

Инспектор рассмеялся:

— Впрочем, этот мужик не испытывает недостатка воображения, если конечно считать, что убийца мужчина… Я…

— Что? — воскликнул Эрали. — Вы допускаете, что мы имеем дело с женщиной?

— Право слово, — ответил Себ, — я допускаю многое… Но, должен вам сказать, что, когда первый приступ отчаяния у госпожи Виере прошел, она мне сообщила любопытную вещь…

— Да? — подал голос Анон с внезапной надеждой, что наконец-то лучик света прольется во мраке. — Что она вам рассказала?

— Она мне объяснила, почему, несмотря на ее увещания, муж вышел-таки наружу тем вечером. Он услышал жалобы и крики, словно убийца, наскучив ждать Виерса, пытался задушить перед его домом кого-то другого… Веря в свою геркулесову силу, храбрый мясник вооружился внушительным секачом, открыл дверь лавки и пошел на помощь подвергшейся нападению особе…

— Извините! — вмешался Эрали. — Я не понимаю, Сорож, как это вы не попытались разыскать эту особу. Той ночью был убит только мясник. Значит, ей удалось вырваться и, может быть, она узнала… Почему она сама не объявилась? Неужели из страха перед преследованиями убийцы?..

— Нет, — улыбаясь, заметил Себ, — из более глубоких соображений… Потому что ее не существует! Предпоследней ночью дьявол Сент-Круа, как его называют в газетах, играл одновременно роль убийцы и жертвы… В том смысле, что это он звал на помощь, чтобы выманить Жюля Виерса из дома… Хитрость, увенчавшаяся полным успехом, как вы знаете…

— А что заставляет вас думать?.. — начал Эрали.

— Вы сами все объяснили, господин следователь: почему жертва нападения, ставшая начальной причиной гибели Жюля Виерса, не объявилась?.. Жена мясника, бросившаяся следом за мужем, видела, что лежал лишь один человек… Если убийца сначала напал на кого-то другого, тот явно не мог бы скрыться столь поспешно… Да и зачем? Кроме того, наш убийца убивает лишь один раз за ночь, и всегда именно того, кого решил, приговорил, нарисовав красный знак на двери дома…