– Почему?
Отстраняюсь от нее, чтобы увидеть лицо. Но ее ладонь на своей щеке удерживаю, накрываю пальцами. Не хочу разрывать прикосновение.
– Просто… – запинается.
Ее глаза сверкают. Ресницы дрожат.
– Тая, – говорю.
– Нет, – зажмуривается, головой мотает. – Нет.
– Почему?
Пальцы ее чуть сильнее сжимаю. От этого моего жеста она лишь еще больше напрягается. Прямо подрагивает вся.
– Ну не могу я, – роняет глухо, зажмуривает глаза, будто пытается свои эмоции внутри удержать. – Просто не могу.
Руку из моих пальцев выдергивает.
Перехватываю тонкое запястье. Действую мягко. Вторую руку тоже захватываю. И даже похуй, что там чужое кольцо. Это, блять, ненадолго. Зажимаю хрупкие ладони. Крепко держу.
– Скажи, что не любишь меня, – чеканю.
Она молчит.
– Тая, – зову.
Отворачивается.
Накрываю ее затылок ладонью, разворачиваю к себе.
– Посмотри на меня. Открой глаза. Давай, говори. Скажи, что не нужен тебе. Пошли меня нахуй.
Смотрит. В упор. А потом губы ее вдруг дергаются. Нервно. Болезненно. Ресницы подрагивают. На щеки срываются прозрачные капли.
Блядь. Пиздец. Она плачет.
– Тая, – сам свой голос не узнаю. – Теперь все между нами иначе будет. Никакой боли. Нечего тебе бояться.
Подаюсь вперед и прижимаюсь губами к ее щеке. Слезы ртом собираю. Поцелуями снимаю соленые капли.
– Моя ты, моя, – припечатываю. – Не плачь.
И продолжаю ее зацеловывать. Осторожно. Нежно. Держу рефлексы под контролем. Не хочу спугнуть. Загоняю звериные порывы глубже. Окружаю ее только лаской.
Она напрягается под моим напором. Сперва. А потом подается. Слегка. Открывается навстречу. Не делает пока ни единого жеста, но я уже чувствую перемену. Различаю отклик. Слабый, едва заметный. Но меня и от этого коротит.
Пьянею. От ощущения ее кожи. От тепла ее тела. От легкой дрожи, которая по ней разливается от моих прикосновений. А ее аромат окончательно добивает.
Она расслабляется под моими руками. Отзывается на мой зов.
– Люблю тебя, – шепчу как безумный. – Люблю.
Для нее это хочется повторять. Раз за разом. Пусть она почувствует. Поверит. Поймет. Я свое слово держу.
– Руслан, – роняет тихо.
И накрывает мой затылок ладонями. Сама. Медленно пальцами ведет. Такое невинное движение. А меня пробирает. Пронимает так, что рык вырывается из горла.
Как же сильно я по ней изголодался. Не понимаю, как вообще раньше без нее жил. Сердце кровь качало, но я не ощущал нихуя. Ровно было. Без напрягов, без вывертов.
Только теперь я обратно не хочу.
– Ты мне нужна, – говорю, глядя прямо в ее глаза.
Целую Таю. Губами в губы вонзаюсь. Жадно сминаю. Отбираю ее дыхание. Выпиваю до дна.
Она застывает. А потом отвечает. Рот слегка размыкается, и этого мне уже достаточно. Врываюсь внутрь. Жадно скольжу языком по ее языку.
Обнимаю крепче. Притягиваю ближе. Всю ощутить хочу. Тело к телу. Глубже.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Она вдруг тянет меня за волосы. Заставляет отстраниться.
Бледная. Растрепанная. С трудом дыхание переводит.
– Руслан…
– Клянусь, больше такого не повторится. Никогда не обижу. Сделаю все, чтобы ты была счастлива, – заявляю и ловлю ее взгляд.
Она проводит пальцами по моему виску, по щеке. Ее глаза меня за глотку держат. Молчание нервы режет.
– Я тебя люблю, – говорю. – С первого дня заклинило. Щелкнуло что-то. Как увидел тебя, так и накрыло.
– Наша первая встреча, – нервно улыбается. – Помню.
– Я вел себя как долбоеб.
– Руслан, – уголки ее губ снова дергаются вверх.
– Тая.
Опять тишина. До звона в ушах.
– Я тебя, – она сглатывает. – Я тебя люблю, Руслан.
Ее тихие слова взрывают меня.
Сгребаю Таю в объятья. Впечатываюсь ртом в ее приоткрытые губы. Жадно прохожусь языком.
Наши пальцы переплетаются.
Блядское кольцо.
– Так, подожди, – отрываюсь от нее, начинаю стягивать кольцо. – Давай-ка, моя хорошая, снимем это нахуй.
Она как зыркнет на меня.
– Нафиг, – поправляет.
И снимает кольцо сама.
– Да, точно. Нафиг.
А теперь – хватит нам слов. Наговорились.
Опять целую Таю. Нежный рот меня плавит. Мой язык скользит по деснам, по небу, переплетается с ее языком.
Она обвивает мою шею руками. Издает стон. Сама льнет плотнее, распаляется. А я подхватываю ее на руки. Сжимаю в объятьях.
Направляюсь в спальню. Толкаю дверь ногой.
Блядь. Хер брюки разрывает. Хочется вбиться в Таю прямо сейчас.
Ее пальцы в моих волосах. Обхватывают затылок, притягивают плотнее. Поцелуй становится жарче. Мощнее кроет.
Всю волю прикладываю, чтобы не сорваться.
Укладываю Таю на кровать. Пытаюсь поскорее сорвать с нее платье. Тяну ткань, только нихуя не выходит. Прохожусь ладонями. По бедрам, по спине.
– Руслан, там молния, – шепчет она.
Блять, вот же проебался. Подцепляю пальцами, дергаю вниз. Наконец, стягиваю с нее наряд.
Отрываюсь от ее губ, чтобы опуститься ниже. Покрываю поцелуями шею, прохожусь по плечам. Утыкаюсь в ямку между острыми ключицами. Жадно ловлю языком бешено пульсирующую жилку. Сдираю нижнее белье.
Она вскрикивает и выгибается, когда обхватываю ртом грудь. Втягиваю сосок. Играю, дразню, перекатываю. Чуть прикусываю. Она тут же впивается ногтями в мои плечи. Мелко дрожит. Прогибается подо мной.
– Руслан, – выдыхает надсадно.
Ее кайф заводит круче моего собственного.
Член деревенеет. Яйца от спермы раздуваются. Пекут пиздец как. А мне похуй. Главное – она должна первая улететь.
