Воронцов далеко пошел. Везде щупальцы пустил. И как “Басаев” тоже. Но слава его гремела в очень узких кругах. Он и не стремился привлечь внимание. Действовал по привычной схеме. В тени.
Потому Джамал ничего про него не слышал, хотя отлично знал глав самых разных кланов. Клана Басаева попросту не существовало.
– Его никто не видел, – первое, что передал мне Джамал, когда начал пробивать эту тему. – Лично с ним не встречаются. Только через подставных людей. Но дел он много проворачивает. Работает прямо сейчас.
– Как ему удается?
– Добился уважения. Действовал жестко. Если кто выступал против, то этого смельчака сразу гасили.
Потом всплыли новые детали.
– Он приходил на встречи нашего совета, – сказал Джамал. – Но из тех, кто его тогда видел, никого в живых не осталось. Тогда особенно жесткие разборки проходили. Сам понимаешь.
Да, это было лет за пять до событий в “Картеле”. Криминальные кланы вели вражду насмерть.
– Вот тогда он места добился, – продолжил Джамал. – По праву рождения. Единственный выживший из Басаевых.
– Его родня не имела такого авторитета.
– А он получил. Не знаю как, но он многие кланы в те времена примирил. У него были тяги среди “силовиков”. Он на этом играл. Одних топил, других поднимал.
– Ушлый гад.
– Но он уже давно не появляется. Всегда через своих псов действует. Тут напрячься пришлось, чтобы хоть немного копнуть. У нас его все боятся. Имя стараются вслух не называть.
– Круто этот уебок работает.
– Размах у него охуеть какой. Столько сфер подмял, поставил там на руководящие роли своих марионеток. А про него даже вспоминать опасаются.
– Пробивай дальше.
Не знаю, проверял ли Раптос вторую личность своего хозяина, пробовал ли реально нарыть компромат на Вахида Басаева. Делится с киприотом своими соображениями нельзя. Не верю предателям.
Я выждал достаточно времени. Подготовился по всем фронтам. Подходящий момент настал после встречи Воронцова с Резником.
Терять время больше не имело смысла.
Гад загнал Волкова в свою команду. Как раньше меня и Дикого. Плевать, что он не пытался нанести вред его женщине. Наоборот, мне поручил за ней приглядывать. Было понятно, что стоит только от этого сотрудничества отказаться, сразу начнутся проблемы.
Может, мы с Резником могли объединиться против общего врага, но я уже держал оружие в руках. Убойный компромат, против которого ударить нечем.
Я должен был получить нейтралитет сейчас. На продолжение долгих разборок времени не оставалось.
И я назначил встречу.
Воронцов на такой резкий поворот не рассчитывал. Он без эмоций начал изучать папку, которую я ему предоставил, а закончил просмотр с таким лицом, будто нож застыл возле его глотки.
Уебок впервые показал эмоции. Быстро взял себя под контроль. Посмотрел мне в глаза и прямо спросил:
– Чего ты хочешь?
– Я дело закончил. Резник получил свою женщину обратно. Больше ей ничего не угрожает. Она под его присмотром.
– Дальше, – бросил мрачно.
– Нейтралитет.
– Уверен? – усмехнулся. – В работе со мной есть выгода.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– Я не играю в команде.
– Тогда мы завершаем сотрудничество.
– Нужны гарантии.
– Этим займется господин Раптос.
– Сегодня.
– Разумеется.
Мы разошлись. И хоть напряг не спал, стало ясно, что никто из нас не будет наносить удары. Нет смысла расписывать угрозы и риски. Каждый понимал суть. Конфликт придется закрыть.
Через пару часов ко мне приехал киприот.
– Как вы это сделали? – начал Раптос. – Чем вы его взяли? Просто не верю, будто он сам отказался от вашего имени в списке своих ключевых игроков.
– Обсудим гарантии.
Так выглядело наше перемирие с Воронцовым.
Но теперь я не видел смысла держать нейтралитет.
Тая ушла. Она уехала вместе с охранниками Резника. Вернулась обратно к своему дружку. Этот сопливый уебок еще и в жены мою женщину возьмет. Охуительный расклад наметился.
Я ждал. Да, сначала реально ждал. Опять тупо терял время.
Вдруг она вернется?
Наблюдал издалека. Лязгал зубами. Капал слюной. И с каждым новым прошедшим днем убеждался, нет, нихуя она не вернется. Финал, блядь.
Мы никогда не будем вместе. Не важно, чем я займусь. Угрозы для нее быть не может. А значит, пора отпустить себя на волю. Оторваться так, как рефлексы требуют.
Надо грохнуть Воронцова. Похер, сколько крови прольется. Жизнь перестала иметь значение. Границы рухнули. Ярость забила нутро.
Сразу никто к нему не подпустит, поэтому я решил начать с его псов. Клан Джабаровых занимался личной охраной и особыми поручениями. Одна из ближайших семей к нему. Вот по ним я и ударил в первую очередь. Никого жалеть не стал. За ночь вырезал каждого из них. Лидеров. Среднее звено. Рядовых пешек.
Тормоза отказали. Хотелось крови. Внутри такая дикая жажда поднялась, что резьбу напрочь сорвало.
– Руслан, нельзя, – даже Дикий пытался остановить.
– Мне теперь можно все.
Похуй.
+++
Раптос обрывал телефон, но я послал его на хер. Прошли сутки после разборки с Джабаровыми. Было понятно, что именно киприот хочет обсудить.
– Тебе нужно встретиться с Воронцовым, – заявляет Дикий.
– С хуя ли?
– Он твою резню по-своему принял. Решил, ты недоволен гарантиями, которые он дал. Готов предложить другой вариант.
– Похер.
– Блядь, Руслан, – Демьян шагает вперед и нависает надо мной. – Какого хуя ты сейчас творишь?
Я добиваю бутылку виски, откидываюсь на стул.
– Твою работу делаю, – скалюсь. – Воронцов тебя в тюрягу отправил, а ты его поручения исполняешь. Не заебался? Так и будешь для него по щелчку плясать?
