Она тихо выдохнула и сникла.
— Тюремной.
— Вы имеете в виду…
— Женскую тюрьму. Я просидела в тюрьме несколько лет. Но сейчас вышла, и я буду хорошо трудиться. Гарантирую. — Она говорила, но видела, что это бесполезно.
Он замкнулся на слове «тюрьма» и не желал даже смотреть ей в глаза.
— Тогда ладно, — сказал менеджер, впервые ей улыбнувшись — сплошная фальшь. — Я свяжусь с вами, когда мы примем решение.
— Это означает — никакой работы, — сказала она, сползая с табуретки.
— Это означает, я с вами свяжусь, если мы решим вас нанять.
— Ну да. — Она постаралась не выдать своего разочарования; в конце концов это всего лишь первое из многочисленных объявлений о работе. Может быть, другие менеджеры окажутся не столь осторожными. — Итак, вам оставить мой номер телефона?
Наконец менеджер посмотрел ей в глаза.
— Можете оставить, если хотите.
Ей хотелось бросить ему в лицо: «Ни за что!» — и уйти, сохранив достоинство, но нужно было думать о Грейс, поэтому она написала номер телефона и покинула ярко освещенную аптеку. На улице Лекси открыла газету и нашла следующее объявление. В мексиканскую закусочную «Эсмеральда» требовалась официантка.
До конца дня Лекси пыталась верить в себя, несмотря на то, что попытки одна за другой заканчивались ничем. Чаще всего предлагали работу на полдня без всяких льгот. Она потеряла счет, сколько раз работодатели упоминали ее главного врага — экономическую ситуацию. Наверное, она попала в тюрьму в хорошие времена, а вышла — в плохие. Минимальная зарплата составляла меньше девяти долларов в час. Это даст ей приблизительно полторы тысячи долларов в месяц без вычета налогов, больше половины уйдет на аренду жилья.
Но, видимо, все это было не важно, потому что работы она так и не получила. За день переговорила с десятком менеджеров, и каждый разговор заканчивался одним и тем же.
Чем вы занимались после окончания школы?
Колледж, вот как? Где?
Ваше последнее место работы?
А-а (соответствующий взгляд)… тюремная библиотека.
Простите, но место занято… Вы слишком молоды… Я дам вам знать…
Одна отговорка за другой. Самое противное, что она их понимала. Ну кто захочет взять на работу бывшую заключенную двадцати четырех лет?
Мало того, после безуспешных попыток получить работу она выяснила, как на острове обстоят дела с жильем.
Нашлось всего три варианта, но в одном она убедилась: ей не по карману поселиться ни в каком из них. Самая маленькая квартирка сдавалась за девятьсот пятьдесят долларов в месяц. Плюс хозяин требовал оплату вперед за первый и последний месяц проживания, а также залог. В день подписания договора ей пришлось бы выложить две тысячи четыреста долларов.
Все равно что миллион.
Несколько телефонных звонков подтвердили, что в Порт-Джордже было не лучше.
По ту сторону моста выбор оказался больше, но и там квартиры были ей не по карману.
Этот день принес Лекси сплошные неудачи. Наконец в семь часов вечера она сдалась. Просто захотела остаться одна. Проехала на велосипеде по тихому летнему городу и остановилась у офиса Скота. Воспользовавшись ключом, она вошла в здание. Очень хотелось спать. Или завопить от отчаяния.
— Лекси! Это ты?
Она вздохнула и вымученно улыбнулась. Она была обязана Скоту всем; не его вина, что она такая жалкая неудачница.
— Привет, Скот, — сказала Лекси, входя в его кабинет. — Что-то ты сегодня заработался.
— Я ждал тебя. У меня сюрприз. Иди сюда.
Он взял ее за руку и повел в конференц-зал. На длинном деревянном столе стоял открытый лэптоп.
— Сюда, — сказал он, — садись.
Лекси послушно опустилась на стул. Скот вышел из зала на несколько минут, а потом вернулся.
— Мы готовы. — Он нажал какую-то кнопку на клавиатуре, и во весь экран появилось встревоженное лицо тети Евы.
— Ну, я не знаю, Бэбс. Как понять, что все работает?
Тетушкино лицо подействовало, как тоник. У Лекси в груди словно что-то разжалось. Впервые за весь день она улыбнулась. Все-таки она не так одинока, как думала.
— Привет, тетя Ева, — сказала она, придвигаясь ближе к экрану.
— Она здесь, Барбара! — Тетя расплылась в улыбке. — Иди посмотри! Это моя Лекси.
«Моя Лекси».
В камеру уставилась улыбающаяся полная женщина с седыми кудряшками.
— Привет, Алекса. Моя сестра только о тебе и говорит.
— Привет, Барбара, — тихо ответила Лекси, ее переполняли эмоции.
Лицо Барбары исчезло, а вместо него появилась Ева, подсевшая ближе к компьютеру. Она изменилась, постарела; на загорелых щеках появилось еще больше морщин, а голова стала совсем белая.
— Ну вот, расскажи мне все, Лекси.
Скот вышел, закрыв за собой дверь.
— Я повидалась с Грейси, — сказала Лекси. Это первое, что пришло ей в голову.
— Какая она?
— Печальная. Красивая. Одинокая.
— Ой, должно быть, у тебя сердце разрывается!
— Да, тетя Ева, тяжело. Я потому и не хотела сюда возвращаться, но все-таки вернулась и теперь не знаю, как быть, такая неразбериха.
— Ты, наверное, повидала своего молодого человека?
— Да.
— Ну и?
Лекси пожала плечами.
— Прошло много времени.
— Ты выглядишь усталой, Лекси.
— День плохой. Мне будет нелегко устроиться на работу и найти жилье по средствам. Может быть даже, невозможно.
— Ты ведь совсем недавно освободилась, Лекси. Наверное, тебе лучше приехать домой, мы о тебе позаботимся. Мы с Барб приготовили для тебя комнатку, она тебя ждет. Ты смогла бы получить здесь работу и поднакопить деньжат. Флойд из «Кудряшки» говорит, что будет рад взять тебя в свое заведение — отвечать на телефонные звонки и прибирать. Если не оплачивать жилье, то совсем скоро ты соберешь кругленькую сумму.
Домой!
Лекси пришлось признать, что легкость этого решения так и манила. Очень важно знать, что тебя где-то ждут.
— Но разве я смогу снова оставить Грейс? Она никогда меня не простит.
— Ты сама знаешь, как тяжело приходится ребенку, если его мать не в состоянии о нем заботиться. Возьми паузу, используй ее для себя. Стань сильной и счастливой, а затем возвращайся к дочери.
Вернешься, когда приведешь свою жизнь в порядок. Мне кажется, это был бы благоразумный поступок.
— Благоразумный поступок, — повторила Лекси, отвергая саму идею, хотя и признала ее правоту. Сейчас она только посеет смятение в душе Грейс. Какая из нее мать, когда ее собственная жизнь в руинах? Грейс заслуживает лучшего; девочка заслуживает стабильности. Лекси все знала о ненадежных матерях. Рядом с такой матерью ребенок не чувствует себя под защитой.
