— он пытался заставить ее дотронуться до его гребаного члена, парень. На дискотеке. — Зарычав, он прошипел: — Какого черта она опять с ним разговаривает?
— Понятия не имею, — ответил я. — Возможно, она просто проявляет дружелюбие.
— Ну, она не должна, — отрезал он.
— Гибс, давай, парень, тебе нужно остыть.
— Отвали, — выпалил он в ответ. — Тебе легко говорить.
Джейми, очевидно, сказал что-то смешное, потому что Клэр откинула голову назад и рассмеялась. Он подошел ближе, улыбаясь ей сверху вниз, и она положила руку ему на плечо.
— Вот оно, черт возьми! — Прошипел Гибси. — Я собираюсь убить его…
— Нет, это не так, — проинструктировал я, возвращая услугу, сжимая в кулаке его свитер и притягивая его обратно к себе. — Ты ничего не собираешься делать, потому что у тебя нет на это права.
— У меня нет права? — Выпалил Гибси, взбешенный. — Что ты говоришь о..?
— Именно то, что я сказал — ты не имеешь права, — подтвердил я, не выпуская из рук его джемпер. — Ты не с ней, парень, так что отступи сейчас же, пока не натворил чего-нибудь глупого, что вызовет девичьи слезы и драму.
— Это он будет плакать, когда я доберусь до него, — прошипел он, дергая челюстью. — Он подонок, Джонни. Он недостаточно хорош для нее.
— Может быть, — спокойно согласился я. — Но ты станешь идиотом в офисе Туоми, если пойдешь туда с оружием наперевес.
— Тогда я иду домой, — усмехнулся он, грубо стряхивая мою руку. — К черту это.
— Гибс! — Я крикнул ему вслед. — Давай, не будь тупым.
— Я не собираюсь это смотреть, — прорычал он через плечо, направляясь к автостоянке. — Я, блядь, не собираюсь смотреть это снова.
Дай мне сил…
— Знаешь, все, что тебе нужно сделать, это пригласить девушку на свидание, — сказал я, ковыляя и трусцой следуя за ним. — Она скажет "да".
— Я знаю, — прорычал он с еще большей яростью.
— Ну, если ты знаешь, тогда почему ты еще этого не сделал? — Разочарованно спросил я.
— Потому что!
— Потому что? — Я оттолкнул его, сопротивляясь желанию запрыгнуть ему на спину и повалить на землю. — Она тебе нравится, ты нравишься ей. — Я всплеснул руками. — В чем проблема?
Когда мы подошли к его машине, Гибси развернулся ко мне лицом, грудь быстро поднималась и опускалась, ключи от машины были сжаты в его кулаке с побелевшими костяшками. — Знаешь ли вы, какова статистика длительных отношений, сформировавшихся в детстве?
Затаив дыхание, я покачал головой. — Что?
— Они низкие, Джонни, — прошипел он. — Чертовски низкие. Шансы быть со своей возлюбленной детства через двадцать лет составляют менее пятнадцати процентов.
Я уставился на него, разинув рот. — Еще раз, что?
— Я не готов стать еще одной статистикой, — выдавил он со смертельной серьезностью. — Не с ней. Так что я сделаю то, что должен сделать, я подожду своего часа, но я не буду привязывать ее. По крайней мере, пока она не будет готова. По крайней мере, пока мы оба не проживем немного жизни. — Он опустил голову и издал болезненный стон. — Но я не буду смотреть на это. — Он снова зарычал. — Никогда, черт возьми, не выигрывал.
— Вот дерьмо. — Я нахмурился. — Не знаю, звучит ли это разумно или безумно?
— Скорее всего, и то и другое, — мрачно подтвердил он.
Вероятно…
С любопытством глядя на него, я спросил: — Ты действительно в это веришь? — Когда он не ответил, я продолжил: — Вот что с тобой не так? Почему ты сводил себя с ума по этой девушке столько, сколько я тебя знаю? Ты боишься, что это ненадолго? — Я склонил голову набок. — Ты боишься?
— Я не боюсь, — выпалил он. — Я просто знаю лучше.
— Из-за твоих родителей? — Осторожно спросил я, наполовину ожидая удара в челюсть за этот вопрос. Из того, что я понял, развод его родителей был грандиозным скандалом, который разразился как раз во время его Причастия. Гибс говорил со мной об этом всего один раз за почти семь лет нашей дружбы. В нашем кругу было негласным законом никогда не говорить о разводе его родителей — и никогда не поднимать тему его отца и Бетани, — но я собирался пойти туда снова сегодня, потому что у него явно помутилось в голове из-за этого. — Потому что это то, что случилось с ними? Ты думаешь, это случится с тобой и Клэр?
— Пошел ты, — фыркнул Гибси. — Я не проецирую. Я защищаю.
О, он определенно делал и то, и другое.
— Эй, я не осуждаю тебя, парень, — ответил я, поднимая руки вверх. — Но я собираюсь сказать тебе, что, по-моему, твой мыслительный процесс сильно запутан.
Его челюсть дернулась, но он ничего не ответил.
— К черту статистику, — настаивал я. — Если ты хочешь быть с ней, тогда просто будь с ней.
— Это говорит парень, который месяцами убегал от крошечной девочки, — коротко парировал он. — И у тебя хватает наглости называть меня испуганной киской.
Я пропустил его комментарий мимо ушей, сосредоточившись на текущем вопросе, потому что у меня не было никакой защиты. Я несколько месяцев убегал от крошечной девочки — я бежал так, словно боялся за свою истекающую кровью жизнь, — но я больше не убегал. — Так ты говоришь мне, что тебя устроит, если она снова пойдет на свидание с каким-нибудь придурком вроде Джейми? — Я подтолкнул его к этому вопросом. — Тебя это совершенно устроит? — Я пожал плечами. — Потому что так это звучит.
— Ты же знаешь, что это не так, — выдавил он. — В прошлый раз это чуть не убило меня.
Я съежился от сочувствия. — По крайней мере, тебе удалось оторвать ему голову, когда все пошло прахом.
— Да. — Легкая улыбка тронула его губы. — Это было приятно.
— Держу пари, — согласился я, пользуясь случаем, чтобы выхватить ключи у него из рук, чтобы он не смог сбежать, а затем запихнул их в карман. — Теперь ты собираешься позволить этому маленькому, тощему ублюдку взять над тобой верх?
— Ни хрена себе, — прорычал он, проводя рукой по своим светлым волосам.
— Чертовски верно, что это не так, — с энтузиазмом ответил я. — Итак, вытащи палец из своей дырочки и иди туда.
— Знаешь что, Кав? — Не нуждаясь в другом поощрении, Гибс закатал рукава. — Это именно то, что я собираюсь сделать.
— Не драться, — напомнил я ему, встав перед ним, когда он попытался прорваться мимо меня. — Чтобы очаровать.
Он нахмурился, выглядя озадаченным. — Очаровать?
— Очаровать, — подтвердил я, кивая. — Хочешь верь, хочешь нет, но его у тебя в избытке, парень. Возвращайся туда и отврати ее от него очарованием.
— Очарование, — медленно повторил он, обдумывая слово. Его серебристые глаза
