облик и продолжила объяснять, коснувшись ладонью горла: — Вы не сумеете снять что-то подобное, не умея применять контр-заклинание беззвучно, и в результате не сможете колдовать вообще, всё очень просто. Возвращаясь к «Протего», на втором курсе в учебнике этого ещё нет, но я поясню важный момент. Чем щит меньше, тем проще и быстрее его создать. На первом занятии учат вызывать прямоугольник два фута на три, как настоящий рыцарский щит, а у опытного дуэлянта он может быть с ладонь размером и появляться чуть ли не по движению пальцев, — объяснила она, последовательно создавая в воздухе палочкой несколько туманных барьеров всё меньшего размера. — После этого уже приобретается навык не просто вешать его в воздухе перед собой, а направлять так, чтобы сбивать заклинания в сторону или прямо в противника. Причем зная, что и тот может сделать так же. Говорят, на турнирах мастера порой так «перебрасывают» какой-нибудь «Ступефай» до дюжины раз между собой, пока он кого-то не поразит или не сорвется в сторону. Профессор Флитвик на седьмом курсе нам сказал, что его рекорд — двадцать восемь рикошетов одним заклинанием, но наверняка он преувеличивал.
— И что же, щит никак нельзя пробить? — задал вопрос Поттер, медленно повторяя палочкой жест для «Протего». Затем потер лоб левой рукой. — Ну, кроме того самого заклинания.
— Разумеется, можно. Какое-то особо мощное заклинание даже не заметит слабый щит или просто разорвёт. В такой ситуации лучше уворачиваться, а не пытаться, так сказать, остановить взрыврога занавеской. Иными словами, если противник намного сильнее вас и использовал, допустим, «Редукто» или «Конфринго», то любой щит, который вы сейчас попробуете создать, ничем не поможет. Ещё «Протего», если не поддерживать его, а просто создать и забыть, держится в воздухе где-то полсекунды — несколько слабых заклинаний в одну точку могут развеять его и пройти к цели до появления следующего. Вот почему в ближнем бою волшебники часто используют неопасные и даже безобидные чары вроде подвешивания или приклеивания, если там мало слогов для произношения и простой жест — они быстрые, ими можно отвлечь внимание и сбить равновесие, прежде чем ударить в полную силу, пока противник сам не может поставить щит или отскочить. Нам говорили, что один из прихвостней Сами-знаете-кого, какой-то чужак с континента, был в этом деле настоящим мастером – в бою он не пытался кого-то сразу сжечь или взорвать, а простыми школьными заклинаниями заставлял противников танцевать или спотыкаться, а потом бил, пока они пытаются снять чары. Я не прошу повторять за ним, но вам нужно знать, чего, в крайнем случае, можно ожидать от других волшебников. Пока всё понятно?
— Да, вполне, — ответила Грейнджер за всех.
— Тогда сейчас попробуем ещё раз, а вы попытайтесь действовать сообща — например, бить в один щит вместе, а не кто куда захочет. И следите за защитой — я буду иногда отбивать заклинания в вашу сторону. Только неопасные, обещаю, здесь у нас не аврорские курсы, а я — не Аластор Грюм.
— А вы разве не будете учить нас защищаться? — спросил Поттер, поправляя очки.
— Буду. Но сначала вы должны понять, как работает защита, прежде чем начнете применять её сами. Со стороны это видно намного лучше. Не только пытайтесь меня заколдовать, но и следите, что и как я делаю. Ладно, не будем стоять на холоде зря, минута вам, чтобы приготовиться, а потом начинаем.
Кайнетт наблюдал за ними, жалея, что не захватил блокнот. Конечно, ничего совсем уж нового Тонкс не говорила, в учебниках по дуэлям и даже, стыдно признать, в книгах нынешнего преподавателя ЗОТИ описывались похожие вещи. Но одно дело это справочник и совсем другое — маг, которого профессионально готовили применять эти методики и который исходя из своего, даже из небольшого, но реального опыта может объяснить, на чем заострить внимание, а что осталось как дань традиции или имеет лишь узко-специфическое применение. Понятно, что кроме защитной и атакующей магии с применением палочек есть ещё десятки других факторов, включая аппарацию, разнообразные зелья и эликсиры, трансфигурацию окружающей обстановки или местности, усиливающие мистические знаки, фамилиаров, способности к анимагии, то есть превращению в животных, заклинания без слов и жезлов, на внутренних резервах, и ещё множество всего. Но общую структуру магических сражений у волшебников, в первую очередь отличия от дуэлей магов Ассоциации, можно оценить и понять. Основной упор здесь идёт именно на защиту от магии, в меньшей степени — от базовых стихийных элементов. Удар копьём или ртутным хлыстом такой щит не остановит…
— А ты не хочешь лично приобщиться к благородному искусству магических сражений? Или тоже предпочитаешь смотреть со стороны?
— У меня скорее научный интерес. К тому же, этот урок для них, а не для меня. Прошу, лучшее место в первом ряду, — маг вежливо указал на второй стул в беседке.
— Удобно, когда ряд всего один, а все места — лучшие, — сказала светловолосая ведьма, присаживаясь.
Луна Лавгуд, рядом с домом которой и проходил урок, оделась привычно странно. На ней был белый плащ с капюшоном, сделанный из толстой грубой ткани, украшенный несколькими чёрными пятнами и напоминающий зимнюю форму солдат времён одной из мировых войн. Сложно сказать, где она в магическом мире смогла разыскать нечто подобное, а главное зачем. В руках ведьма при этом держала не винтовку, а две белые кружки, исходящие паром.
— Горячий шоколад? — спросила она невозмутимо, не обращая внимания на отразившееся от барьера и ушедшее куда-то вверх заклинание «Фульгари».
— Нет, спасибо, я совсем не замёрз. Вы и без того оказали нам немалую услугу, мисс Лавгуд.
— Луна.
— Что?
— Луна. Мун. Селена. Диана, — перечислила Лавгуд, внимательно глядя на него. — На твой выбор. Называй меня по имени. Не хочу чувствовать себя чужой, да и разница в возрасте у нас не больше года.
— Луна, спасибо, что согласилась дать нам место для урока. Ты должна понимать, как это важно.
На самом деле обратиться за помощью к Лавгуд предложила Гермиона. Она упоминала в письмах, что так как магическая история в школе преподаётся ужасно, а «маггловскую» не изучают вообще, разбираться в предмете всерьёз приходится лишь или запершись в библиотеке, или с чьей-то помощью. И когда понадобилось отыскать истоки создания одного из заклинаний, а книги ничем помочь не смогли, она, в конце концов, пошла разыскивать Луну. Вероятно, вспомнив их разговор летом в книжном магазине, когда та по памяти цитировала забытый дуэльный кодекс почти трёхсотлетней давности. Лавгуд распределили на другой факультет, Рейвенкло, но помочь с историей она охотно согласилась, и с тех пор у них возникла пусть не дружба, но
