Конечно, фальсификация на тех выборах, по-видимому, была. Тут ничего необычного нет.
− Фальсификация бывает всегда, − уверенно заявляет тот же Александр Ослон.
Однако в отношении президентских выборов 1996 года эта в общем-то достаточно невинная тривиальная истина, благодаря мощной целенаправленной пропаганде, обрела вселенские масштабы. Чуть ли не аксиомой сделалось: на тех выборах победил не Ельцин, а Зюганов; Ельцин же был объявлен победителем благодаря грубой подтасовке голосов.
И вот уж эта «аксиома» порхает из уст в уста, вкладывается в уши миллионам читателей, зрителей, слушателей. Как? Вы не знаете, что те выборы были полностью фальсифицированы? Господи, да это же всем известно!
«Всем известно» − и все. И никаких доказательств не требуется.
Тут недавно кремлевский серый кардинал Сурков бросил небрежно:
− Мы помним выборы 1996 года… Как между турами вдруг в некоторых регионах сказочным образом поменялись предпочтения, причем самым радикальным образом… Если тогда была демократия, тогда я не знаю, что такое демократия.
В общем при Ельцине не было демократии, а вот при Путине и Суркове она расцвела пышным цветом (даром, что по всем экспертным международным оценкам Россия начиная с 2000 года в части соблюдения демократических норм откатилась далеко назад).
Вообще-то Суркову надо бы знать, что для радикальной смены выборных предпочтений в том или ином регионе нужно совсем немного. В принципе, теоретически, достаточно одного голоса. Скажем, за кандидата Икс в каком-то регионе в первом туре проголосовало 100000 избирателей, а за кандидата Игрек − 99999. Вполне можно считать, что этот регион предпочел Икса Игреку. Во втором же туре один из избирателей развернул на 180 градусов свое мнение о кандидатах. Стало быть, и весь регион, говоря словами Суркова, «сказочным образом» радикально изменил свои предпочтения.
Но анализом тех выборов занимались не только ангажированные чиновники, но и серьезные ученые. Казанский социолог Валентин Михайлов провел дотошное статистическое исследование их результатов. Он сравнил итоги первого и второго туров − посмотрел, в какой степени соотношение голосов, поданных за Ельцина и Зюганова в первом туре, отличается от этого же параметра, полученного во втором туре. В качестве нормального, не вызывающего подозрений он принял диапазон от 0,9 до 1,5. Большинство регионов уложились в эту норму. То есть там, как полагает Михайлов, серьезных нарушений не было. Преимущество Ельцина здесь увеличилось по естественным причинам:
«На выборах 3 июля, пишет исследователь, избиратели, голосовавшие за кандидатов, занявших места с третьего по десятое в первом туре 16 июня, были более склонны голосовать за действующего президента РФ. К тому же между турами эффективнее действовала агитационная команда Бориса Ельцина».
Выскочили из нормы 0,9 1,5 лишь семь субъектов Федерации, причем, что занятно, все семь национальные республики… В этих республиках положение дел по части надежности выборов ВСЕГДА неважное.
Кроме того, Михайлов учитывал, в каких регионах было наибольшее число территориальных избирательных округов со значительными отклонениями от нормы. В итоге он получил список из двенадцати субъектов Федерации, где, как он предполагает, могло быть наибольшее давление на избирателей и фальсификация результатов в пользу Ельцина (регионы перечисляются от большей ненадежности результатов к меньшей): Татарстан, Дагестан, Ингушетия, Северная Осетия, Карачаево-Черкессия, Кабардино-Балкария, Мордовия, Башкирия, Калмыкия, Ставропольский край, Ростовская область, Адыгея.
Общий итог анализа, проведенного Михайловым, таков: в перечисленных двенадцати «ненадежных» регионах действующему президенту могли добавить от 700 до 900 тысяч голосов…
Это, пожалуй, один из самых суровых по отношению к Ельцину ТЕОРЕТИЧЕСКИХ расчетов, касающихся того, сколько «лишних» голосов МОГЛИ приписать действующему президенту по результатам второго тура голосования. В реальности, НА ПРАКТИКЕ, известно лишь несколько официально доказанных случаев фальсификации. В Грачевском районе Ставропольского края суд установил, что в результате исправлений в бюллетенях и протоколах на двух избирательных участках у Зюганова во втором туре было отнято и добавлено Ельцину семьсот голосов. Виновники понесли кое-какое, правда, не очень строгое, наказание. Одна из членов избирательной комиссии была приговорена к условному заключению и штрафу в семь миллионов рублей. Две другие фальсификаторши отделались меньшими штрафами. В Зеленчукском районе Крачаево-Черкессии прокуратура также установила факт фальсификации протоколов на одном из избирательных участков: на этот раз лидера КПРФ лишили двухсот пятидесяти голосов, которые опять-таки были приплюсованы к результатам Ельцина. Центризбирком, рассматривавший этот случай, счел нужным уведомить общественность, что эта обнаруженная подтасовка «не влияет на результаты выборов Президента Российской Федерации». Здесь также было возбуждено уголовное дело против председателя и секретаря участковой избирательной комиссии, которое, однако, было прекращено как раз по причине, что действия обвиняемых «на общие результаты выборов не повлияли». Сюда можно еще добавить упоминавшийся уже случай, когда коммунисты опротестовали итоги выборов в пяти районах Казани. Протест дошел до Верховного суда, который поручил прокуратуре проверить жалобу. Однако никаких последствий это вроде бы не имело…
Таково было реальное, ЗАФИКСИРОВАННОЕ В ДОКУМЕНТАХ, положение дел. Но даже если и вернуться к теории… 700 900 тысяч голосов, возможно, приписанных Ельцину по подсчетам Валентина Михайлова цифра, конечно, немалая. Учтем, однако, что за Ельцина во втором туре проголосовали НА ДЕСЯТЬ С ЛИШНИМ МИЛЛИОНОВ избирателей больше, чем за Зюганова. 700 900 тысяч это лишь 1,04 1,34 процента проголосовавших, тогда как преимущество Ельцина над Зюгановым 13,51 процента голосов.
«Как мы видим, признает Михайлов, размеры (возможного. О.М.) организованного воздействия на результаты выборов таковы, что они не могут поставить под сомнение результаты выборов в целом».
И далее:
«В целом положение с организацией выборов президента РФ в 1996 году, а значит и с продвижением демократии (это на заметку г-ну Суркову. О.М.), было весьма удовлетворительным. В большинстве регионов оно могло быть оценено как хорошее. Было обнаружено лишь около 15 процентов регионов и примерно такая же доля районов, в которых возникли серьезные сомнения относительно честности и свободы проведенных выборов».
Кстати, а как обстоит дело с фальсификацией (опять-таки, будем корректны, предполагаемой) в пользу Зюганова? Разве тут статистика ничего не говорит? По мнению, Михайлова, признаки такой фальсификации были «более характерны» для первого тура и менее выражены во втором. Чем объяснить такой спад активности прокоммунистических фальсификаторов? Возможно, тем, что по итогам первого тура (как ни старались, догнать Ельцина им так и не удалось) к ним пришло понимание, что дело это безнадежное, так что и стараться нечего…
Вот так обстоит дело с «проигрышем» Ельцина и «победой» Зюганова на выборах 1996 года.
Выборы в ЧечнеОдна из самых высоких явок во втором туре была отмечена в Чечне. На бумаге. 75 процентов (средняя по России, напомню, около 69). Как обстояло дело в реальности, можно опять-таки судить по свидетельствам журналистов, побывавших 3 июля в ряде населенных пунктов мятежной республики. В частности, по отчету тех же сотрудников «Московских новостей» и телепрограммы «Взгляд».
Начать с того, что каждый из них (всего их было трое) беспрепятственно проголосовал на чеченской территории по четыре раза (мог бы и больше, желание москвичей опустить бюллетень в урну повсюду, где удавалось эти урны обнаружить, только приветствовалось). В Москве журналисты запаслись открепительными талонами, но никто у них, вручая им бюллетень, эти талоны не спрашивал.
В Грозном корреспонденты нашли пять избирательных участков. Характерная деталь: везде «количество членов избирательных комиссий и охраняющих их милиционеров заметно превышало число желающих проголосовать».
Обнаружить хоть один избирательный участок где-либо за пределами Грозного оказалось непросто. Столичные гости проехали Шали, Новые Атаги, Алхазурово, Гойское, Комсомольское, Гехи, Гехи-Чу… Нигде никаких признаков выборной деятельности.
Единственное место для голосования вне чеченской столицы журналистам удалось в этот день отыскать в Урус-Мартане.
«В местной школе, пишут авторы, нас встретила избирательная комиссия пятеро мужиков с автоматами.
Выборы были?
Были, уже закончились, идет подсчет результатов.
