class="p1">– Кто… – она замолкает и опасно сощуривается. – А, «Ча-ча-чары».
– Придурки.
Виктор и Мартиник ведут аккаунт с незатейливым названием «Ча-ча-чары». Мартиник ужасно разодета, но выглядит шикарно: ее купальник расшит пайетками и стразами, что, по-моему, уже чересчур, но он облегает ее тело будто вторая кожа и подчеркивает большую грудь. Юбка у нее прозрачная и тоже расшита пайетками, причем размещены они в стратегических местах. Видимо, с помощью побрякушек она надеется привлечь внимание. Диана говорила, что костюмы должны «поражать воображение».
Лично мне больше по душе наряд Дианы – эффектный и изысканный, а Мартиник просто зациклилась на блестках.
Диана в красном купальнике из тянущейся ткани. Украшений почти нет, только кружевные рукава с изящным орнаментом – они заканчиваются петелькой для среднего пальца, благодаря которой рукав не задирается и подчеркивает запястья. У нее глубокое декольте и открытая спина, но в отличие от Мартиник ей не придется волноваться, что сиськи будут раскачиваться из стороны в сторону. Грудь у Дианы маленькая, вздернутая, очень аккуратная.
В дополнение к купальнику Диана надела развевающуюся юбку с высоким разрезом. Мы успели потренировать повороты, и оказалось, что ткань красиво развевается вокруг, а благодаря разрезу судьями будет видно, что она вытворяет ногами. Очевидно, юбка должна подчеркивать движения. Я со своей стороны могу только одно сказать: из-за разреза бедро видно почти целиком, и мой член просто счастлив.
– Как миленько ты выглядишь! – щебечет Мартиник, поравнявшись с Дианой, а потом переводит взгляд на меня, и ее густые темные брови ползут вверх. – А штанишки не слишком тугие?
Тугие, конечно. Наряд мне выбирала Диана, и я уже устал жаловаться. Впрочем, перед врагом надо выступать единым фронтом.
– Мои? – Я киваю в сторону Виктора. – Брат, да я же очертания твоих яиц вижу. Ты уверен, что белый костюм – хорошая идея?
Виктор поджимает губы.
– Не пытайся залезть мне в голову, не получится.
– Правда? Потому что тебя это, кажется, нервирует.
– Я совершенно спокоен.
– Как скажешь.
– Я совершенно спокоен, я же сказал.
Я ухмыляюсь:
– Конечно, брат.
– Как всегда задираете окружающих, да, «Скачи и танцуй»? – с мрачным видом спрашивает Мартиник.
– Как всегда? – переспрашивает Диана. Ей явно весело. – Мы за всю жизнь ни разу не общались ни с одним участником Нацчемпионата.
– Вот именно, – ядовито замечает Мартиник. – Снобам тут не рады, «Скачи и танцуй».
– Ты не могла бы перестать называть нас так же, как наш канал в соцсети? – вежливо прошу я. – Это дегуманизация вообще-то.
Оба кривятся, посматривая в мою сторону.
– Ладно, еще увидимся, «Ча-ча-чары». – Я поворачиваюсь к своей партнерше и девушке. – А нельзя как-то самоустраниться от этого жуткого противостояния?
– О боже, можно, конечно.
Мы оставляем их в зале, и я даже спиной чувствую их испепеляющие взгляды.
– Кажется, они и правда немного психопаты, – говорю я Диане.
– Клинический случай. – Она все еще качает головой, будто не может поверить в увиденное. – Ладно, пойдем за кулисы. Мне надо макияж поправить.
Участникам конкурса позволено использовать соседний зал – банкетный – в качестве закулисья. Огромное пространство забито танцорами разной степени обнаженности. Куда ни глянь, везде пайетки и выпирающие из штанов члены.
Цокая каблучками по плитке, Диана направляется в ту часть зала, где мы оставили вещи. Лично мне ее сегодняшняя обувь напоминает сандалии на низком каблуке, но Диана заверила меня, что это настоящие танцевальные туфли.
Она придирчиво рассматривает себя в любезно поставленное кем-то трюмо, потом аккуратно проводит пальчиком с французским маникюром под глазом, выравнивая контур подводки.
Выглядит она чертовски сексуально. Жаль, что она не распустила волосы – сказала, неудобно, мешают. Сегодня у нее тугой низкий хвост, а за левым ухом – алый цветок. Добавьте ко всему этому дерзкую красную помаду и дымчатые тени и поймете, как трудно мне сдержаться, когда хочется нагнуть ее над трюмо и отодрать на глазах у всех.
Удовлетворившись состоянием макияжа, Диана снова поворачивается ко мне.
– Повторяй за мной, – твердо говорит она. – Мы очаруем публику.
– Не буду я такое повторять. И я не собираюсь очаровывать козлов из моей команды.
Диана хохочет.
– До сих пор поверить не могу, что тренер Дженсен приведет всю команду посмотреть на наше выступление. Зачем ему это?
– Потому что он – дьявол во плоти, – ворчу я. – Я же просил тебя связаться с организаторами чемпионата и сделать так, чтобы билеты он не получил.
– Они бы не согласились. Во второй половине дня всегда мало зрителей, а устроителям хочется заполнить места в зале.
– Надеюсь, ты понимаешь, что все наше выступление мои сокомандники будут орать и улюлюкать.
Она бледнеет.
– Надеюсь, что нет. Нам же могут баллы снизить!
Меж тем за сценой хаос. Я рассматриваю наших конкурентов, но с ходу трудно понять, кто в какой номинации участвует. Знаю, «Соло» и «Дуэты» готовятся первыми, а пары, исполняющие по пять, а то и девять танцев, будут выступать ближе к вечеру. Среди них, кстати, я с удивлением замечаю и Линси с Сергеем, ее партнером.
Заметив мой взгляд, Линси устремляется нам навстречу. Она еще в спортивных штанах, но макияж у нее идеальный, а волосы зачесаны в узел – эту прическу я видел тысячи раз, когда смотрел ее балетные выступления. Тщательно уложенные волосы украшены сверкающими заколками. Линси всегда такая – тщательная.
Если Диана любит гламур, то Линси – неизменно воплощение элегантности. Трудно найти таких непохожих женщин.
– Вот решила подойти, пожелать удачи, – говорит моя бывшая. Она кивает Диане в знак приветствия, но взгляд ее темных глаз прикован только ко мне.
– Спасибо, – откликаюсь я. – И вам тоже.
Эту неловкую встречу прерывает голос ведущего чемпионата. Он объявляет, что участники номинаций «Дуэт» и «Соло» должны занять отведенные для них места. Мы с Дианой возвращаемся в зал, и тут выясняется, что сидим мы рядом с «Ча-ча-чарами», которые все еще зыркают в нашу сторону. Этой парочке надо чаще сексом заниматься, и все отлично будет.
Места в зале разделены на несколько секций – так, например, есть специальная секция для участников, а посреди нее – стол жюри. Судей шестеро, лица у всех каменные, а в руках – папки-планшеты. Зал содрогается от громкой классической музыки, и на сцену одна за другой начинают выходить пары. Одни танцуют неплохо, другие – неуклюже. Все это напоминает «Танцы со звездами», где профессиональные спортсмены переминаются рядом со знаменитыми танцорами, обреченными встать с ними в пару.
– Думаю, мы лучше большинства этих пар, – шепчет Диана. – В прошлом году талантливых участников было больше. Я очень рада.
– Малышка, – шепчу я в ответ. – Мы не выиграем и не получим
