Впрочем, радовался он недолго. Мужчина в красной рубахе и бурнусе налетел на Скитера слева и сбил его с ног. Падение оказалось болезненным. Хорошо еще, Скитер умел падать — еще одно наследие драк с малолетними монголами-якка, каждый из которых был сильнее и тяжелее его. К несчастью, мужик в красном тоже был тяжелее. Гораздо тяжелее Скитера Он приземлился Скитеру прямо на грудь, молотя кулаками по всему, до чего мог дотянуться. Увы, в основном это касалось Скитера. Удар по ребрам почти выбил из него дух, но он собрался с силами и попытался врезать своему противнику по глазам. Промахнувшись, он все же зацепил кулаком по носу ублюдка, а потом проехался локтем по кадыку. Из носа у того пошла кровь. Он зарычал и снова заехал Скитеру по ребрам. Скитер задохнулся от боли, сделал попытку глотнуть воздух.
И тут кто-то ухватил ублюдка за красную рубаху и оторвал от Скитера. Послышался смачный удар, вскрик, ругательство на арабском… Скитер перекатился на карачки, все еще задыхаясь и по мере сил внося свою лепту в общий хор ругательств. Ребра болели, но, похоже, обошлось без переломов. Шатаясь, он поднялся на ноги: лежать было опаснее. И вдруг шум сражения разом стих. На поле боя появились силы правопорядка. Несколько дюжин офицеров в форме, ловко орудуя сетями и лассо, ловили ими по пять-шесть сражающихся сразу. Самое интересное: прораб со стройки «Аравийских Ночей» привел своих людей на помощь полиции, и те тоже отлавливали своих коллег-строителей сетями, не особо церемонясь волокли их по мостовой и сдавали на руки полицейским, которые застегивали на них наручники. В считанные секунды с дракой было покончено.
Скитер наконец смог вздохнуть. Все новые полицейские в форме вываливались на площадь. Оружие с лязгом сыпалось на мостовую. Скитер стоял, пошатываясь; рубаха его превратилась в лохмотья, пока он пытался оторваться от типа в красном. Только тут до него дошло, кому он обязан своим спасением. Не кто иной, как Кит Карсон, стоял над поверженным меджлисовцем, небрежно вертя в руках швабру. Перевернутое ведро лежало в луже грязной воды за его спиной на месте, где катаклизм захватил кого-то из уборщиков. По крайней мере это была не Бергитта — ее нигде не было видно. Судя по распростертым на мостовой охающим и стенающим телам, обозначавшим путь Кита от груды поверженных им ранее драчунов, отставной разведчик тоже неплохо владел посохом. Парень в красном скромно лежал у ног Кита и тихо постанывал.
Кит посмотрел по сторонам, перехватил взгляд Скитера и опустил свой импровизированный посох.
— Ты в порядке, Скитер?
Скитер кивнул и поморщился от боли в ребрах.
— Ага. Спасибо.
— Всегда рад помочь — Судя по выражению его лица, он сказал это совершенно искренне. На лице его вдруг заиграла волчья ухмылка — Ого, а вот и Майк Бенсон появился. Думаю, с ним ты не горишь желанием встретиться. Линяй, Скитер. Увидимся.
Скитер зажмурился, тряхнул головой, пришел в себя и нырнул в толпу. Действительно, вот уж с кем Скитеру не хотелось бы иметь дело — так это с Майком Бенсоном, подавляющим беспорядки. Вместе с Бенсоном на поле брани появилась медицинская бригада Рэчел Айзенштайн, дабы накладывать шины, швы и скобки. К счастью, на этот раз, похоже, обошлось без фатальных увечий. Скитер даже удивился. Копья, ножи, мечи, строительные инструменты — один другого смертоноснее… Он тряхнул головой. На лице одной из дружинниц «Ангелов» красовались длинные рваные отметины медвежьих когтей: она явно имела неосторожность налететь на Эйгила Бьярнессона.
И на самом краю зоны беспорядков, на границе Нового Эдо и Виктории, Скитер увидел Энн Уин Малхэни, абсолютно невредимую, несмотря на миниатюрный рост Инструктор по стрельбе спокойно сидела на верхушке фонарного столба, держа в каждой руке по револьверу. Было совершенно очевидно, что покушаться на ее особу никто даже не пытался. Скитер улыбнулся и помахал ей. Энн помахала в ответ, сунула револьверы обратно в кобуру и соскользнула по столбу на землю, ловкая и подтянутая, как хищная кошка.
— Боже праведный, Энн, — заметил Скитер, косясь на ее револьверы. — Да ты могла бы сдержать целую армию, сидя там, наверху. Славные у тебя игрушки в кобуре. Что это?
— «Уэбли», разумеется, — усмехнулась она. — «Уэбли» Королевской ирландской полиции, близкие родственники более поздних армейских Пару их легко спрятать где угодно. Уйма туристов берут их напрокат, отправляясь в «Потрошительские туры» через Британские Врата.
— Неудивительно, что тебя там никто не потревожил. Она беззаботно рассмеялась.
— Хоть на что-то у них хватило мозгов. Не знаю, как вы все, а я после такого возбуждения не отказалась бы промочить глотку. Пойдешь с нами, Скитер?
Он покраснел как рак, вспомнив, что оставшихся у него денег не хватит и на кружку пива.
— Э… спасибо, но меня еще работа ждет. Я… это… может, позже загляну, ладно? — Возможно, ей было известно, что его уволили, — вся станция, должно быть, знала уже об этом. Но должна же быть у парня гордость, верно?
— Ну, как хочешь. — Она внимательно посмотрела на него, склонив голову набок. — Тогда еще увидимся. Эй, Кит! Давай сюда! Я видела, как Роберт рванул в Римский Город. Что скажешь, если мы задержимся на минутку в «Нижнем Времени» пропустить по одной до открытия Главных? Мы скорее всего застанем Роберта там, и я слыхала, они раздобыли амфору фалернского…
— Фалернского? — воскликнул Кит. — Где это они его раскопали?
Даже Скитеру было известно, что фалернское — все равно что Дом Периньон древнеримских вин. И уж кто-кто, а Кит Карсон знал толк в хороших винах и прочих согревающих душу напитках. Скитер вздохнул, пытаясь представить себе, каково оно на вкус. Впрочем, на бокал фалернского у него не хватило бы, даже если бы он не потерял работу. А уж если потерял…
Он обошел зону беспорядков стороной и продолжил свой путь к Главным. Сворачивая за угол синтоистского храма, выстроенного в самом центре Нового Эдо, он столкнулся нос к носу с невысокой, крепко сложенной женщиной. Та отпрянула назад, и ему пришлось придержать ее рукой за плечо, чтобы она не упала. Раздраженный взгляд голубых глаз показался ему знакомым…
— Что ж ты прешь не глядя? Этак на куски б меня разнес и не заметил!
Скитер узнал голос прежде, чем успел сфокусировать взгляд. Молли, барменша-кокни из Нижнего Времени, любимица всех обитателей станции, морщилась и потирала свой монументальный бюст.
— Молли! Что это ты делаешь на полпути к Главным? — прокричал Скитер, с трудом перекрывая шум толпы, пока та поправляла платье — А я думал, ты сегодня допоздна на работе. Слыхала, что вышло с процессией Марса?
