вырастишь, сможешь себя защищать… встанешь на ноги. Все наладиться, поверь, я даю тебе слово.
— Я тебе верю. — Губы Магнетис растянулись в милой, благодарственной улыбке.
— Слушай, понимаю, ты просто хотела пройтись, может, посидеть в кафе, может, погулять… но у меня тут есть альтернативное предложение.
— Что ты имеешь ввиду?
— Народ? — Иида игриво подмигнула подруге, и жестом подозвала стоящих вдали молодых людей.
— Кто это?! — Дочь мэра тотчас смутилась, заметно, и опустила голову.
— Давно стоило это сделать. Эти двое — очень, очень хорошие люди, они тебе понравятся, поверь.
— Но я не готова! Я…
— Пора выбираться из своей скорлупы, улыбнись. Все пройдет как надо. — Студентка встала и потянулась. Меж тем к скамейке подошли двое, парень, и девушка. По виду они тоже слегка смущались, но стремились этого не показывать. — Вот. Это Иэн, тот самый, Иэн Блейк, да. Не удивляйся, что он не похож на меня, кто бы мог подумать, что его имя случайно ко мне прилипнет… и Ния Фарлоу. Хороший друг, и просто милейший человек. Ну что же. А это… Магнетис Блер, та самая дочь мэра. Моя кормилица и… должница. — Рал подмигнула девушке, пока та во все глаза рассматривала новых людей.
— Приятно. — Ния улыбнулась, и медленно кивнула. — Любишь пляж, Мэг? Тебя ведь так называть? Мы собирались пойти на днях, хочешь с нами?
— Но мои… — Она покосилась на охранников.
— Ничего, пусть тоже захватят плавки. — Иэн ухмыльнулся, подняв брови.
Над лавкой послышался тихий, довольный смех. Молодые люди расселись, обсуждая погоду, музыку, еду… мало-помалу, Магнетис начинала расслабляться, а вскоре даже влилась в диалог, обсуждая свою любимую, вегетарианскую пиццу. Новые люди вызывали неподдельный интерес, улыбку, и даже бабочек в животе, потому что впервые за долгие годы она почувствовала себя в компании, где ей были рады. Время неслось на удивление быстро, молодые люди успели дважды обойти весь парк, и трижды съесть по рожку у местного мороженщика. Чем сильнее вечерело, тем чаще Рал смотрела на часы, иногда отводя глаза. Опаздывать к ужину не хотелось, и, чем сильнее стрелка часов клонилась к семи, тем более нервенно и возбужденно она себя чувствовала. В итоге, потеряв нить диалога, Иида глубоко вздохнула, и, с улыбкой произнесла:
— Я, пожалуй, вас оставлю.
— Да? Почему? — Фарлоу подняла брови, однако Блейк, ухмыльнувшись, легонько толкнул ее в бок.
— Меня дома ждут. Отлично провели время, кстати, спасибо! — Она благодарственно кивнула, и, махнув приятелям рукой, медленно пошла прочь. Щеки меж тем заливались алым румянцем, а губы закусывались острыми белыми зубами. Ее ждут. Как обычно, но сегодня особенно приятно.
Ноги сами несли ее по знакомым улицам, жара больше не казалась такой вопиющей, или же девушка внезапно перестала ее замечать. Он уже там, в квартире, и от этих мыслей дыхание сбивалось.
Что-то крикнув консьержке, она тут же понялась к себе на этаж, иногда спотыкаясь, иногда теряя равновесие. Затормозив перед дверью, Юрала прислушалась: вроде бы, никаких звуков, все, как обычно, тихо. Порывшись в кармане широкой, серой юбки, она извлекла оттуда ключи, и, взяв один из них, вставила его в замочную скважину. Пара секунд, и дверь поддалась, впуская жительницу внутрь. Она огляделась, и, потупив глаза, опустила голову.
— Ровно семь. — Из темного коридора послышался знакомый, довольный голос. — Приятно, ничего не придется подогревать, или прятать в холодильник.
— Привет. — Прошептала девушка, пытаясь принюхаться, хотя понять, что на ужин, пока не могла, лишь чувствовала легкий аромат воска.
— Помочь раздеться? — Мужчина подошел ближе, помогая ученице снять сумку с учебниками.
— О, наверно нет, в последний раз это отсрочило ужин минут на сорок. — Она потупила глаза, а после вновь покраснела. В темноте послышался тихий, отчужденный смех:
— Иди сюда, обещаю, не буду приставать.
— За то я не обещаю. — Иида довольно улыбнулась, краснея еще сильнее.
Снова смех. Габриэль, качая головой, мягко взял ее за руку и повел в квартиру, сперва в ванную, а после на кухню. Солнечные лучи пробивались сквозь легкие шторы, но полумрак там, помимо них, рассеивал мягкий свет толстых белых свечей. Вздрогнув, студентка внезапно остановилась, и на секунду остановилось дыхание. Чего-чего, а романтических вечеров в ее жизни не было никогда. Было все: домашние посиделки, праздники, на которых некоторые опекуны сажали ее за детский стол, вечера встреч… но никак не это. Никогда.
— Ты не захотела идти со мной в ресторан, ну, я выбрал альтернативу. — Учитель довольно улыбнулся, помогая любимой сесть за стол.
— Это… потрясающе. — Растерянная, она все еще не могла понять в то, что видит. — Ты просто невероятный, я… я…
— Нравится? Здесь все, что ты любишь, мне хотелось сделать тебе приятно, и…
— Как… такое может не понравится? У меня сейчас остановится сердце. — Рал часто моргала, стараясь взять себя в руки, но слезы сами наворачивались на глаза.
— Ты выйдешь за меня? — Спокойно, как ни в чем небывало, сказал Хенгер, поднимая правую руку девушки.
— Что?!
— Ну, если не сейчас, то, может, потом… Ты выйдешь за меня?
— А почему спрашиваешь об этом сейчас?!
— Ну, в какой-то мере, для самоуспокоения. — Он наклонился, касаясь носом мягких, светлых волос ученицы, вдыхая их сладкий, едва ощутимый запах. Она закусила губу, чувствуя, как на безымянный палец ее правой руки декан надевает ей кольцо, тонкое, светлое, усыпанное мелкими искристыми точками.
— Да, хорошо, ладно… — Иида подняла глаза, закусывая нижнюю губу. — Давай так, обещаю, я выйду за тебя. Но за это кольцо меня в академии расчленят и закопают в разных местах территории…
— Пусто только попробуют… — Преподаватель протянул ей вилку, жестом предлагая еду. Она довольно кивнула, пока тот присаживался рядом.
Для нее устроили романтический ужин, со свечками, тихий, нежный… подарили кольцо, которое, пока что, просто кольцо, но года через полтора станет помолвочным. Его голос, низкий, уверенный, и очень, очень приятный оставлял отклик глубоко внутри, в самом сердце, задевая своими нотами душу, оседая в сознании, застревая в памяти навсегда. Случайные прикосновения теплых рук, бледных, и очень сильных. Она внимательно смотрела ему в глаза, жуя очередной кусочек мяса, не в силах оторваться, пока тот, все с той же, мягкой, ласковой улыбкой смотрел на нее. Еда, которую он готовил, могла сравниться с
