в нашем противостоянии.
– Ты так уверен, что Руслана твоя? Без всяких экспертиз?
– Она моя, – уверенно заявил Дубравин. – Поэтому я сделаю все, чтобы полноценно участвовать в ее жизни и наверстать упущенное время.
– А как же моя разгульная жизнь? – ехидно напомнила мужчине его же слова. – Я же настолько непритязательна в любовниках, что и сама могу не знать, от кого дочь нагуляла.
– Вася, спрячь шашку. Я не собираюсь с тобой драться.
Я отошла от Дубравина и резко повернулась.
– А если я собираюсь?
– Тогда тебе придется бить безоружного, – развел руками он.
От досады на Дубравина и себя заодно мне хотелось кричать. Но вместо этого я подошла к окну и перевела невидящий взгляд во двор. Опять шел снег.
– Участвовать можно и так, – заметила я. – Не обязательно при этом заключать брак.
– Я сказал: полноценно, ты упустила?
У меня уже голова кругом шла от этого разговора. Я помассировала виски.
– Разве ты не можешь опять исчезнуть из моей жизни, Дубравин? Столько лет тебя не было. Зачем опять решил все испортить? Давай разойдемся и сделаем вид, что никогда не встречались.
– Не получится, Вася, – глухо ответил мужчина.
Я уже и так знала, что не получится, но все еще продолжала цепляться за невидимую ниточку «а вдруг».
– Я жалею об упущенном времени и больше не собираюсь зря его тратить, – добил меня своим веским словом Дубравин.
– Понять не могу, зачем это все тебе надо?
– Помимо дочери?
Я кивнула.
– Что-то не сходится. Твоя неожиданная настойчивость с браком наталкивает меня на определенные мысли о выгоде.
– Так и есть, – не стал отпираться мужчина. – Мне нужна жена. Срочно.
– Вот как?
– Я только начинаю свой бизнес здесь, и мне важны новые связи, удачные контракты. А их, как ты понимаешь, охотнее заключают с семейным человеком. Особенно японцы.
– Так это все ради денег? – я не смогла скрыть разочарование в голосе.
– Ничего приземленное мне не чуждо, – послышалось от бывшего мужа. – К тому же дядя составил интересное завещание, по которому все его капиталы уйдут в благотворительный фонд помощи животным, если я не женюсь в течение трех месяцев.
Я едва воздухом не подавилась.
– К чему такая спешка? Дядя Лева понимает, что творит?
– С трудом. В его-то нынешнем состоянии, – тяжело вздохнул Дубравин.
– Он болен? – всполошилась я, обернувшись.
– При смерти, – отвел взгляд бывший муж, а у меня даже под ложечкой засосало.
– Как же так?
Дядя Дубравина всегда относился ко мне тепло и уважительно, словно к собственной дочери. Я его любила. Поэтому неудивительно, что известие о его болезни меня так потрясло.
Кеша пожал плечами.
– Никто из нас не вечен, Вася. Дядя всегда тяготел к экстравагантным выходкам, вот и напоследок сюрприз преподнес, – сказал он. – Как ты понимаешь, от семейного наследства я отказываться не собираюсь. Поэтому женюсь, чтобы выполнить условия Левы. Ну и бизнес наладить.
– Так и женись, – скрипнула зубами я. – Меня в это не втягивай. Или скажешь, подходящих кандидатур не нашлось?
Я не знаю, какого ответа ожидала от Дубравина. Хотя вру, конечно знала и даже втайне надеялась, но услышала совершенно иное.
– Нашлось, но зачем мне кто-то, если я могу жениться на матери своей дочери и убить двух зайцев сразу?
Я даже сразу и не разобрала, что именно чувствую после этих слов. Какой-то бешеный коктейль из ненависти, обиды, ревности, разочарования…
Странно было ждать любовных признаний после семилетней разлуки, после всего того, что мы друг другу сделали… Странно было хотеть этих признаний, когда сама бежала от этого мужчины словно черт от ладана.
Наша жизнь вообще была странной. И я не бралась искать этому объяснения.
– Нет. Никакого фиктивного брака.
– Только фиктивного?
– Никакого. С тобой.
– Подумай, Вася, – сказал Дубравин.
– Я и так выхожу замуж!
Пашей было прикрываться легко. Некрасиво, да, но легко. И оно у меня само как-то вырывалось, это «замужество», да неземная любовь к жениху, только бы щелкнуть Дубравина по носу.
– Именно, только не за Вершинина, – заявил он со стальными нотками в голосе. Меня даже дрожью пробило. – И если не хочешь, чтобы у него возникли проблемы, то прислушаешься к голосу разума.
– Это ты, что ли, голос разума? – закатила глаза я. – Дубравин, ты опять мне угрожаешь?
– Это будет выгодный союз для нас обоих, – выдал мужчина вместо ответа на мой вопрос.
– Я всегда хотела выйти замуж по любви.
– И что из этого получилось, мы оба знаем, – поджал губы он. А я вздрогнула, точно меня ударили. Да, любовь привела к боли, и только… – Давай попробуем на уважении. Ради Русланы.
– Разве уважение возможно тогда, когда ты меня попросту загнал в угол?!
Дубравин был серьезным противником, уверенности во мне, что смогу с ним на равных пободаться, поубавилось.
– Иначе с тобой не получается, – вздохнул бывший муж. – Ты будешь бегать и кусаться до тех пор, пока не выбьешься из последних сил. А время слишком ценно, чтобы тратить его на бессмысленные догонялки. Прими правильное решение, Василиса.
– Правильное – это то, которое хочется тебе? – выгнула брови я.
– Когда-нибудь ты и сама поймешь, что оно было наилучшим в нашей ситуации.
Или нет, что вероятнее. Ведь, похоже, я уже почти готова была с разбегу расшибить лоб об одни и те же грабли. Это пугало. И злило.
Но пугало больше.
– Мало тебе
