В 58 г. до н. э. Юлий Цезарь уже обдумывал нападение на Дакию (территорию, приблизительно соответствующую современной Трансильвании) до тех пор, пока гельветы не предоставили ему возможность осуществить свои честолюбивые мечты. Только смерть от рук убийц помешала Цезарю выполнить свой первоначальный замысел. Даки в то время были объединены под правлением Буребисты — харизматичного военачальника, под началом которого находилось гораздо большее воинов, чем у большинство соседних вождей. Вскоре после смерти Цезаря дакийский царь был убит, и среди его народа более века не появлялось сравнительно сильных правителей.
Положение изменилось, когда в последние десятилетия I века к власти у даков пришел Децебал, сумевший создать сильное войско, — особенно он любил набирать дезертиров из римской армии — и подчинивший многие соседние народы, такие как сарматы и бастарны. Дион Кассий описывал его как идеального командира в духе римских традиций, утверждая что Децебал
не только понимал теорию ведения войны, но также практически применял эти знания; он знал, когда нужно пойти в атаку и когда лучше отступить; он являлся экспертом по засадам и мастером в проведении решительных сражений; он не только умел пользоваться преимуществами победы, но и справляться с поражениями.{359}
Под руководством Децебала даки совершили набеги на другой берег Данубия и нанесли серьезные поражения римлянам.
Кампания Домициана против них окончилась невыгодным для Рима договором, согласно которому римляне должны были платить Децебалу ежегодную контрибуцию и обеспечивать его инженерами и «артиллерией» для укрепления недружественного царства.
Такие условия договора наводят на мысль, что Рим не только не выиграл войну, а потерпел поражение. Это лишь усилило непопулярность Домициана в сенате. Когда в 101 г. Траян предпринял вторжение в Дакию, его главной целью было добиться мирного договора на приемлемых условиях. Новая блестящая победа должна была подтвердить превосходство Рима над Дакией. Поначалу, судя по всему, не планировалось присоединять новое царство к Римской империи.
Траян впоследствии написал «Записки» о своих дакийских войнах, но из них уцелело лишь несколько крошечных фрагментов. Дион Кассий, сенатор греческого происхождения, живший в начале III века, оставил нам лучшее повествование об этих операциях, но даже оно дает лишь краткое изложение событий без всяких подробностей, к тому же написанное спустя сотню лет после военный действий. Другие источники сообщают нам еще кое-какие скудные сведения, но воссоздать течение этого конфликта так же подробно, как тех операций, что прежде описаны в этой книге, практически невозможно.
Добыча, захваченная в результате завоевания Дакии, пошла на финансирование строительства огромного Форума, возведенного Траяном позднее. От этого Форума почти ничего не сохранилось, за исключением колонны высотой сто римских футов (97 футов 9 дюймов), украшенной рельефным спиральным фризом, рассказывающим об этих войнах. Создавая этот рассказ в камне, скульпторы создали несколько сотен сцен, изображавших тысячи фигур римских солдат и их противников. Каменные воины были раскрашены и экипированы миниатюрным бронзовым оружием: сразу после создания колонна смотрелась чрезвычайно красочно и ярко. Мелкие подробности, возможно, были не видны наблюдателю, стоящему на земле возле этого памятника.
Колонна рассказывает об определенных событиях, но понять это повествование не так-то просто. Это все равно что смотреть на знаменитый гобелен из Байе[55], не ознакомившись с другими источниками, рассказывающими о событиях и личностях времен завоевания Англии норманнами. Подобный подход дал бы лишь смутное представление об этом периоде истории Англии.
Хотя историками были предприняты многочисленные попытки соотнести рельефы колонны с топографией Румынии и восстановить подробный ход войн, ни одна из них не выглядела достаточно убедительной, и все они так и остались только гипотезами. Однако колонна Траяна дает нам яркий пример того, как римские командующие любили запечатлевать себя в искусстве. На ее стиль повлиял ряд художественных течений того времени, но прежде всего ее создатели основывались на многовековых традициях римского триумфального искусства, ибо полководцы, едущие во время триумфа по городу, почти всегда включали в свои процессии картины, иллюстрировавшие их собственные деяния и подвиги их солдат. Такие картины часто использовались для украшения храмов или других памятников, построенных за счет добычи, захваченной победителями.
Рассказывая о колонне Траяна, практически каждое предложение надо дополнять словами «судя по всему», «предположительно», «возможно».
На этом памятнике Траян предстает идеальным командующим армии, образ который был принят в римском искусстве, поэтому интересно сравнить его с литературной фигурой великого полководца. Сцены другого памятника в современном городке Адамклисси в Румынии, вероятно, также воспроизводят эпизоды этой войны, но ход событий, о которых они рассказывают, восстановить труднее, чем на колонне в Риме. Не исключено, что Траян — это один из офицеров на метопах в Адамклисси, но изображения слишком сильно пострадали от атмосферных осадков, поэтому точно идентифицировать фигуры невозможно.{360}
Подготовка к войне с даками была очень серьезной и заняла не меньше года. Наконец девять легионов — в полном составе или, как минимум, в виде крупных вексилляций — были сосредоточены на Данубии, чтобы принять участие в операциях или для оказания поддержки основным силам. Другие легионы послали вексилляции меньших размеров. К вспомогательным войскам этого региона, и так уже достаточной численности, присоединились целые подразделениями и отряды из других провинций.
В этой войне должна была принять участие около трети римской армии, хотя все эти силы никогда не сосредоточивались в одном месте, а действовали отдельными колоннами. Для войны римляне собрали огромные силы, но и задача, стоявшая перед ними была не из легких. Дакию защищали Карпатские горы, великолепные естественные укрепления. Царство славилось богатыми месторождениями золота, и Децебал использовал свои сокровища для создания большой армии и для основания хорошо укрепленных крепостей, которые защищали главные проходы через горы. Раскопки в некоторых из этих мест подтвердили внушительность укреплений: стены и башни сочетали местные, эллинистические и римские методы строительства.
Дакийские воины были храбрыми, но, возможно, не более дисциплинированными, чем бойцы других варварских племен. Их религия, основанная на поклонении богу Залмоксису, зачастую требовала от воина совершить самоубийство вместо того, чтобы сдаться. Судя по всему, только немногие варвары носили в бою доспехи, не считая бойцов союзной сарматской кавалерии, которые сражались в качестве катафрактов — и конь, и всадник были защищены металлической или роговой броней. Оружие даков состояло из луков, дротиков, мечей кельтского стиля и похожего на косу двуручного изогнутого меча с лезвием на внутренней стороне (falx). Это оружие было способно «обходить» щит, нанося ужасные раны, — вероятно, именно оно заставило некоторых римских легионеров надевать ножные латы и защитные приспособления на открытую правую руку.
Колонна Траяна начинается со сцен, изображающих римские посты на границе возле Данубия, и отряд легионеров, идущий за своими многочисленными знаменами через мост, установленный на барках, — вариант римского понтонного моста. Затем появляется император, проводящий совет старших офицеров для обсуждения предстоящих операций. Обычно кажется, что Траян чуть крупнее людей вокруг него, но он никогда не доминирует благодаря непропорционально огромному размеру, как это происходит в монументальном искусстве с другими правителями древности, как, например, с египетскими фараонами.
После того как операция спланирована, а командиры получили все необходимые приказы, следуют другие приготовления. Император, голова которого накрыта полой тоги в соответствии с его саном великого понтифика, высшего религиозного поста в Риме, возлагает круглую ритуальную лепешку (popanum) на пламя алтаря, в то время как вокруг него приносятся в жертву Марсу кабан, овца и бык (suovetaurilia)[56]. Эта важная церемония проводилась за пределами армейского лагеря перед началом любой крупной кампании. Ее целью было очищение войска и обеспечения поддержки римских божеств. Магистраты играли главную роль в регулярных религиозных церемониях армии, точно так же как и в политической жизни в самом Риме.
На колонне имеется любопытная сцена, в которой Траян наблюдает за тем, как крестьянин, вцепившийся в большой круглый предмет, падает с мула. Возможно, эта сцена связана с анекдотом, приведенном в труде Диона Кассия. Рассказывается, что союзные племена отправили императору послание, написанное по-латыни на огромном грибе. Далее на колонне расположена сцена, в которой командующий поднимается на возвышение и обращается к своим легионерам с речью (adlocutio). Затем показано, как солдаты укрепляют позиции, предположительно на вражеском берегу Данубия, а император ходит среди них и наблюдает за работой.
