ты можешь оставаться таким хладнокровным.
Винсент взял ее руку и сжал между своими. Ему хотелось обнять Мину, но он боялся размякнуть.
– Я должен сохранять способность рационально мыслить, – сказал он. – Иначе от меня не будет никакого толку. Поэтому и стараюсь смотреть на это как бы со стороны. Как будто я не я, а кто-то другой или же я, только переместившийся на двадцать лет в будущее. Для меня это способ отключить эмоции.
– И это работает? – удивилась Мина.
– Ни в малейшей степени.
Она без труда нашла отделение скорой помощи в Каролинской больнице. Каждый полицейский с более или менее солидным опытом работы знает все отделения неотложки в городе как свои пять пальцев. Воспоминания о трагедиях наслаиваются друг на друга при одном только виде машины с красным крестом. За долгие годы работы Юлия научилась с этим справляться.
– Где он? – она кивнула полицейским, ожидавшим за дверью.
– Он сразу попал к врачу, – сказал один из них. – Так получилось, что на тот момент в отделении было более или менее спокойно, поэтому ему довольно быстро оказали помощь. Но травмы поверхностные и не опасны для жизни, это единственное, что мы знаем на данный момент. Я провел короткий осмотр, как только его нашли. И медики разделяют мое мнение. Хотя, возможно, есть какие-то внутренние повреждения. Его ведь ударили по голове.
– Сейчас я все выясню. Спасибо за хорошую работу.
Юлия оставалась немногословна, но благодарность сама по себе имела большое значение. Многие полицейские начальники за всю карьеру ни разу не использовали таких слов.
Юлия поспешила в отделение неотложной помощи. После предъявления полицейского удостоверения на вахте ей разрешили пройти в коридор и дожидаться, когда у врача выпадет свободная минутка поговорить.
Не прошло пяти минут, из кабинета вышел красивый смуглый доктор. Юлия бросила взгляд на бейдж.
– Здравствуйте, Мехмет. Меня зовут Юлия Хаммарстен. Я возглавляю группу, в которой работает Локи. Как он? – спросила она.
Как полицейский, Юлия переживала особенно остро за пострадавших при исполнении коллег. Даже если коллега не был собственно полицейским. Профессиональный инстинкт покровительства распространялся и на сотрудников смежных сфер. Бросить кого-то из них означало предать всех.
– Травмы поверхностные, – повторил доктор слова полицейского. И добавил после паузы: – Физические, я имею в виду. Возможно, ему потребуется профессиональная психологическая помощь.
– Могу я поговоритть с ним?
Мехмет как будто засомневался, но потом согласился:
– Если пообещаете не утомлять его.
– Локи работает в моей группе, и я не сделаю ничего, что могло бы нанести ему вред.
– В таком случае у вас есть мое разрешение.
Доктор указал на одну из дверей в бесконечном коридоре, и Юлия направилась к ней. Нажав на дверную ручку, задержалась на несколько секунд, глубоко вдохнула и открыла дверь.
Фигура на единственной в палате койке выглядела жалко. Из-под повязок на голове зиял огромный синяк. Руки, лежащие поверх желтого больничного одеяла, также были в багровых пятнах.
– Отлично выглядите! – воскликнула Юлия и аккуратно прикрыла за собой дверь.
Локи рассмеялся, но смех быстро перешел в кашель, и он схватился за грудь.
– Ой, вам больно?
– Только когда смеюсь, – криво улыбнулся Локи.
Юлия принесла стул из другого конца палаты и присела возле койки. Она уже чувствовала непреодолимую нежность к молодому человеку в постели. Которого до сих пор помнила робким и стеснительным. Локи как будто сомневался в своем праве на существование – вечно стремился сжаться, чтобы занимать как можно меньше места. На больничной койке он словно утонул в белой простыне.
– У вас есть родственники, с которыми нам или больнице следует связаться? – спросила Юлия, подавляя желание погладить его руку.
Она почему-то была убеждена, что этот вопрос Локи воспримет как беспардонное вторжение в личную жизнь.
Но он только покачал головой:
– Нет никого. Работа – вот моя семья.
– Думаю, Мильда уже в пути, – улыбнулась Юлия. – И не задерживается даже на светофорах.
Локи рассмеялся, но снова закашлялся.
– Не надо меня смешить, – сказал он.
– Ничего не могу обещать, – ответила Юлия. – Я шутница по натуре.
Она совсем не знала молодого человека на койке, но с уверенностью могла сказать, что он ей нравится. Теперь Юлия понимала покровительственный инстинкт Мильды в отношении Локи. И отношение к нему Винсента. Под робкой оболочкой сквозил блестящий интеллект.
– Могу я спросить, что произошло? – осторожно начала Юлия.
Локи кивнул:
– Спрашивайте сколько угодно, только я вряд ли смогу вам помочь. Я собирался к вам с документами, думал принести их лично. Поднялся со стула, хотел надеть куртку. А потом в глазах потемнело.
Когда очнулся, тело болело. Я был прикован цепью к ручке шкафа. Хорошо, что она держалась некрепко, иначе я остался бы там надолго.
– То есть того, кто на вас напал, вы не видели?
Юлия почувствовала, как ее захлестывает теплая волна разочарования. Все надежды на то, что Локи предоставит следствию ценную информацию, рухнули.
Он покачал головой и тут же спохватился:
– Наверное, мне стоит держать голову прямо. Нет, я ничего не видел. Сначала потянулся за курткой, а потом – бац! – и все пропало. Очнулся, как уже сказал, прикованным. Понятия не имею, как он или они проникли к нам в лабораторию.
– Думаете, это те же люди, что украли кости?
Лицо Локи исказила гримаса отчаяния, но он не ответил.
– Все в порядке, – успокоила его Юлия. – Мы проведем тщательное расследование.
Она совсем растерялась. Потом все-таки положила свою руку на его. Локи моргнул, но не двинулся с места. Юлия похлопала его несколько раз по руке. Потом встала.
– Если что-нибудь еще вспомните, позвоните, – сказала она. – Мы сделаем все, что в наших силах. Обещаю.
– Спасибо, – равнодушно ответил Локи и слегка поморщился от боли. – Мильда рассказала вам о совпадении ДНК?
Юлия остановилась.
– Что за совпадение?
– Ну вот, – вздохнул Локи. – Я так и знал. Но это моя вина. Ведь это я взялся сообщить вам об этом. А Мильда в последнее время что-то очень рассеянная. Наверное, решила, что вы уже знаете. Но лучше поздно, чем никогда…
– О чем вы?
– Генетические исследования вошли в моду, на наше счастье, – продолжал Локи. – Племянник Короля, или как там его… ну, вы поняли, я про человека, кости которого мы нашли… отправил образец своей слюны в одну из генеалогических компаний. Его зовут Тор Свенссон. Мильда гуглила, он как будто работал с Никласом Стокенбергом.
Юлия уставилась на Локи. Она почти слышала, как шестерни огромной невидимой машины совершили полный оборот. Все как-то связано. Вопрос – как.
Кристер только что завершил разговор с Хандельсбанком. Чтобы получить информацию
