А что маг не объявил о том, что принц заколдован, — что, сама Далия так уж спешит признаваться в поступках, способных разрушить ее профессиональную репутацию?
Размышления были неутешительными, и пребывающая в расстроенных чувствах алхимичка пробежала половину Фюрдаста, совершенно ничего кругом не замечая.
Уже выйдя под хмурое, разбрасывающее снежную крупу небо, она поняла, что рядом происходит нечто странное. А именно — Напа Леоне, всегда гордящаяся отличной физической формой, серьезно отстала от убежавшей вперед научной предводительницы. Более того, гномка шла, тяжело согнувшись и пыхтя, как переевший медведь.
— Что это у тебя за спиной? — строго спросила Далия.
— Мешок, — буркнула Напа.
— Постой! А откуда он взялся? Ты же сама жаловалась, что даже топор захватить не успела!
— Что я за гном, если не найду в кармане пару-тройку мешков для добычи?
— Какой добычи? — не поняла мэтресса. Гномка попыталась изобразить святую невинность. Далия поняла, что начинает злиться: — О какой добыче идет речь, Напа Леоне Фью из клана Кордсдейл?!
Сорвав со спины гномки основательный мешок, Далия охнула от тяжести и выпустила ношу из рук. По заснеженной дорожке покатились золотые подсвечники, украшенная драгоценностями чаша, фрагмент мраморного барельефа…
— Ты что… — от неожиданности у мэтрессы пропал голос. — Ты что, воруешь?!
— И вовсе нет, — залихватски подбоченилась гномка. — Я, между прочим, спросила, будет ли кто-нибудь возражать, если я возьму эти никчемные, уродливые, оставшиеся без присмотра вещи.
— И?
— И никто не возразил! Так что это — моё!
У Далии ёкнуло сердце. Самоуверенный вид, отсутствие малейшего намёка на раскаяние, нездоровый блеск в глазах — всё говорило о том, что с Напой творится что-то неладное. Осталось решить, имеет ли место гномий вариант подросткового кризиса, или же юную Кордсдейл сразил приступ мании накопительства.
Нет, только не золотая лихорадка… Говорят, у гномов от нее полностью сносит шлемы!
— Дома разберемся, — сквозь зубы пообещала Далия.
Чудурский лес, Башня
Прочитав газетную статью, извещавшую Кавладор об успехах министра Ле Пле, инспектор Клеорн станцевал тарантеллу на осколках тарелки, отказался от завтрака и, сердитый, ушел проверять окрестные дубы на предмет политической благонадежности. Брык, и так чувствовавший себя крайне неуютно среди странной компании, собравшейся в доме Вига, убежал следом. Должно быть, допрашивать кустики.
Обязанности охраны его высочества возложили на крепкие плечи господина Фриолара. Впрочем, Арден ничуточки не возражал.
Сейчас мальчик сидел на теплой кухне, чистил луковицу и слушал лекцию мэтра Фри-Фри о вреде азартных игр. Госпожа Касси разнообразила сухой академический стиль молодого алхимика, добавляя наблюдения из личного опыта.
Необходимость лекции возникла по причине того, что старенький мэтр Виг и сеньор Альтиста так и не смогли договориться о дележе спорного имущества. И решили его разыграть в «Короля и Звездочета». Поэтому Фриолар сейчас и объяснял мальчику, что такой поступок свидетельствует об экзальтированности, импульсивности и эмоциональной незрелости, свойственной обоим участникам конфликта, что ничем хорошим партия в карты всё равно не кончится, но всё лучше, чем альтернативный вариант — если Виг выйдет из себя и начнет бросаться заклинаниями. Или же у дона Текило вскипит горячая южная кровь, и он пойдет махать кулаками. Пусть лучше пытаются обмануть друг друга в «Короля и Звездочета».
— Ах, как меня принимали в «Желтом Удаве»! — мечтательно протянула Касси. — Вы бывали там? Лучшее казино Вертано, — пояснила она, когда Фриолар и Арден дружно сознались в невежестве. — Меня там дважды пытались обмануть, но я устояла!
— А папа мне запретил играть в азартные игры, — пожаловался принц. Беседовать с призраком ему нравилось. Это было так стильно. Мэтр Виг объяснил, что, должно быть, способность видеть души неживых созданий досталась мальчику от дедушки-мага, и теперь Арден ощущал себя избранным. Даже если подобные способности отыщутся у Анны или Дафны, девчонки всё равно не смогут вести беседы с призраком. Перепугаются, визжать начнут. Не то, что он!
— Его величество абсолютно прав, — высказал свое мнение Фриолар. — Помните, что случилось с королем Ранном Сонным?
— Дубина был ваш Ранн, — нахально заявила Касси. — Знал бы, каковы в Пелаверино шулера, не проиграл бы!
— Сударыня Касси, пожалуйста, — попросил молодой человек.
— А кто такой шулер? — заинтересовался Арден.
— О, — с восторгом принялась объяснять Касси. — Хороший шулер — всё равно, что вор! Когда я выбирала будущую профессию, я даже сомневалась, а не попробовать ли себя за игральным столом…
Фриолар малость переменился в лице. Он отвлекся от приготовления кроличьего рагу и вежливо попросил его высочество быть более тактичным в выборе тем для разговора — может быть, сударыня Касси не желает вспоминать о том, при каких обстоятельствах она перешла из естественного живого состояния в… э-э… не совсем мертвое.
— Как это — не желаю вспоминать?! — возмутилось привидение. — Да я, если хочешь знать, каждое утро вспоминаю того гада, который посмел меня подставить! Распинался, «я тебя научу всем секретам», «станешь лучшей воровкой Иберры», «не жизнь у тебя будет, а сказка»! Тьфу! А потом меня же и убил!
— Убил?! — переспросил Арден.
— Совершенно нельзя верить людям, — пожаловалась Касси. — В былые годы у воров были моральные принципы, идеалы, а сейчас что? У своих красть не стесняются! Убивают налево-направо, почем зря!
— Сударыня, может быть, не стоит смущать ребенка… — начал Фриолар. Но Касси было не остановить:
— Мой дед рассказывал, что настоящий вор никогда не опустится до того, чтобы подкупать госпожу Удачу чужой кровью. Она того не любит и охотно мстит при любой возможности. Конечно, иногда приходиться драться. Защищать собственную жизнь. Но это совершенно разные вещи…
Совершая экскурсию по таинственным лабиринтам воровской этики, Фриолар пожалел, что не знаком с какими-нибудь заклинаниями Магии Смерти. С каким бы удовольствием он сейчас придушил эту «честную» воровку!
— А за что вас убили? — спросил Арден. Касси печально вздохнула.
— Сама не понимаю. Я ведь не напрашивалась к нему в ученицы, он сам меня выбрал. Пообещал, что научит всем премудростям профессии. И ведь учил! Объяснял, рассказывал… Он такие замечательные истории знал о ворах былых времен — заслушаешься! А потом отправил меня с поручением. Дескать, если принесу ему ожерелье из древней гробницы — всё, могу считаться лучшей воровкой Иберры. А потом и меня убил, и ожерелье забрал. Мерзавец…
— Вам следовало лучше выбирать себе наставника, — посочувствовал Фриолар. Арден сосредоточенно о чем-то размышлял, а потом выдал:
— А давайте попросим инспектора Клеорна разыскать вашего убийцу! Ведь это его прямые обязанности — искать преступников.
Волшебная пуговица позволяла Фриолару лишь слышать голос призрака; а внешность Касси он представлял себе с трудом, вернее будет сказать — никак не представлял. Но сейчас Фриолар готов был поклясться, что убитая девушка смотрит на мальчишку с мягкой, грустной улыбкой.
— Я ведь тоже преступница, ваше высочество, — после небольшой паузы ответила Касси. — Вы забыли?
— А если вы пообещаете, что больше не будете? — задумался Арден.
— Вообще-то да, не буду, — согласилась Касси. — Но вовсе не по той причине, которую вы мне приписываете…
Повисла неловкая пауза. В воцарившейся тишине было слышно яростное почесывание енота и доносившееся из гостиной: «А вот вам дамочка-сударыня!» — «Мой менестрель сверху!» — «Оборотень прыгает через ряд и кусает вашу моську!» — «Положь зеленый кристалл, где он лежал, старый пень!» — «Это кто тут старый? Башка гранитная!» — «Ты мне за гранит ответишь! За каждое зернышко рассчитаемся! За каждую кошку, которая об меня когти точила!»
— Опять они ссорятся, — вздохнула Касси.
— Некоторые вещи вечны, как смена времен года, — согласился Фриолар.
Арден, размышляя о мотивах, управляющих поведением непонятных взрослых, на всякий случай поддержал и алхимика, и призрака.
Королевство Ллойярд, Восьмой Позвонок
16-й день месяца Гусыни
Ровно в одиннадцать часов сорок семь минут и двадцать четыре секунды мэтр Лео был вынужден признать свою полнейшую бездарность в Магии Смерти.
И проблема заключалась не в том, что ему тяжело давалось изучение новых заклинаний, вовсе нет. И не в запахе тления, пропитавшем Восьмой Позвонок сверху донизу. И не в скелетах, зомби, энбу и прочей нежити, выполнявшей в замке большинство хозяйственных поручений.
