— Сам придумал? — рыжие брови Сварга взметнулись вверх.
Войча ухмыльнулся: не сам. Один умный человек поведал.
— Умный, видать, этот человек…— брат помолчал, затем лицо его стало серьезным. — Я, Войча это поле впервые еще лет десять назад увидел. Про волатов мне, конечно рассказали, только я не поверил. Зачем им такое рыть?
— А для войны! — осенило Войчу. — Чтоб конницу задержать!
— Конницу…— Сварг пожал плечами. — Это же на ком им ездить нужно было? Ты Патара знаешь? Войча вздрогнул от неожиданности.
— Это старший у рахманов. Лет пять назад отец посылал меня к нему с одним делом. Довелось поговорить со стариком. Отец его очень уважал… Я спросил об этом поле — авось, знает.
— И он сказал про этих… Первых? — понял Войча.
— Да. Он считает, что здесь они действительно воевали. Овраги — это рвы. Заметил — рядами идут? Восемь рядов!
— Восемь! — рука тут же полезла чесать затылок. — Да кого же им остановить нужно было?
— Не конницу, — улыбнулся брат. — Такая глубина для конницы не нужна. Там было что-то страшное… А ямы… Патар уверен, что их не рыли.
Войча изумленно моргнул, но тут его осенило:
— Матушка Сва! Это вроде как Дий Громовик молнию кинул! Или… Змей?
Собственная догадка тут же показалась дикой, невозможной, но Сварг согласно кивнул:
— Вроде. Только молнии такое не выбьют. Да и Змеи тоже.
Войчемир вспомнил Змееву Пустыню. Страшны Змеюки, нечего сказать, но таких ям им не выжечь.
— Потом я бывал тут — раза два. Тогда я и подумал, что для боя здесь место — лучше не придумать. А насчет волатов… Похоже, одни оборонялись, Другие наступали. Которые оборонялись, рвы копали, а те, другие, их — молниями! Вот так-то, братан…
Войча открыл рот, дабы заявить, что быть такого не может, но вдруг понял
— может! Недаром Первые Дверь с Ключом прятали!
— Мне… один человек говорил, — нерешительно заметил он, — будто Первые сами себя погубили…
Войча хотел добавить о Сдвиг-Земле, но прикусил язык.
— Может, — согласился Сварг. — Тем, кто тут воевал, скверно пришлось, это уж точно. Мне рассказывали, что лет двадцать назад здесь крепость откопали. Рыли что-то на холме и наткнулись. Даже не крепость — вроде пещеры. Внутри все железом выложено… То есть не железом. Что-то блестящее, легкое — и не ржавеет. Там эти волаты были — черепа, как котел…
Войча вновь вспомнил пещеру среди скал и кивнул.
— И еще здесь Каменная Рожа есть, — заключил Сварг, вставая. — Потом покажу. Ладно, пошли! Дел много…
Дел и вправду оказалось много, и дел для Войчемира новых, непривычных. Воевать ему доводилось, но под Ольмином все кончалось небольшими стычками — жаркими, но короткими. Теперь же намечалось сражение. Весь следующий день пришлось провести в седле. Волатово поле объездили вдоль и поперек, после чего Сварг приказал в некольких местах рыть «волчьи ямы» и ставить частокол. А еще требовалось посылать во все стороны лазутчиков, проверять оружие, доспехи и даже конские подковы. Брат был молчалив, отдавая лишь короткие приказы, и Войчемир терялся в догадках, что задумал Сварг. Рацимир близко, значит завтра, в крайнем случае — послезавтра…
К полудню отряды начали покидать лагерь и занимать позиции среди холмов и рощ. Вначале Войча лишь недоумено крутил головой, ничего не понимая, но затем замысел Сварга стал ясен. Войска строились огромным четырехугольником, занимая промежутки между рощами и оврагами, непроходимыми для конницы. Четырехугольник оказался неровным, углы выдавались вперед, значит нападавших можно будет атаковать с флангов.
О дальнейшем можно было только догадываться. Сварг молчал и лишь временами мрачно усмехался. Войчемир глядел на брата с уважением — вот это полководец! Вспомнились молодые хвастливые кметы, из тех, что крутились в Кеевых Палатах. Они любили потолковать о войне, но вся их премудрость сводилась к тому, что надо выехать в чисто поле, достать булатный меч да молодецким ударом снести с плеч супостату буйну голову. И, конечно, приодеться в шелк да в румский аксамит, дабы в бою истинным альбиром выглядеть. Этих бы сюда! Но Войча тут же вспомнил — Пленк и прочие хвастуны теперь служат Рацимиру! Вот и славно, пусть приходят! Поглядим, от кого пойдут клочки по закоулочкам!
…Каменную Рожу они увидели на склоне одного из холмов. Войча лишь головой покачал — из земли проступало лицо: нос, щеки, странные круглые глаза. Словно чудовищный волат упал на спину, окаменел и покрылся землей. В пустых глазницах росли деревья, каменные щеки змеились глубокими трещинами, но Войча рассудил, что лик зря Рожей обозвали. Лицо как лицо, спокойное, даже красивое. И кто же такое из камня высек? А главное — зачем?
Здесь, возле Каменной Рожи, Сварг приказал разместить конницу. Тут же был врыт в землю Кеев Стяг, и Войча понял, что брат намерен руководить боем отсюда. С высокого холма было видно далеко — на много верст кругом. Кметы стали готовить сигнальные костры, подкладывая в них еловые ветки — для дыма. За холмом, в большой круглой роще, спрятались две сотни кметов, вооруженных длинными копьями. Войча лишь головой по сторонам вертел, стараясь все увидеть — и запомнить. Вдруг пригодится?
Весь день шли работы, и каждый час Сварг рассылал во все стороны лазутчиков. Войча видел, что несмотря на внешнее спокойствие, брат волнуется. Появись Рацимир сейчас, когда войска еще не готовы, их маленькой армии придется туго. Но лазутчики сообщали одно и то же: вокруг на много верст спокойно. К вечеру стало ясно — они успели. И когда, уже в полной темноте, очередной запыхавшийся гонец доложил, что в лесу замечен конный отряд, Сварг лишь усмехнулся в рыжие усы. Рацимир опоздал.
Ночью вокруг горели костры. Войча вначале поразился их числу, но потом вспомнил, что под Ольмином они с Хальгом тоже устраивали такое. Костров было много, и горели они не там, где стояли кметы. Вражеским лазутчикам придется изрядно побегать, чтобы разгадать эту нехитрую шутку.
У Кеева стяга было темно. Сварг сидел, завернувшись в теплый плащ, и негромко беседовал с командирами. Один за другим они уходили куда-то в ночь. Наконец брат подозвал Войчу, который нетерпеливо ждал распоряжений. Не отсиживаться же ему завтра по кустам!
— У тебя нет Стяга, Войчемир, — первые слова брата удивили. Но Войча тут же вспомнил — он же Кей! В бою Кей должен воевать под Стягом или хотя бы под значком — красным, с золотым орлом. Стало неловко — как он мог забыть!
— Отец не позволял тебе иметь Стяг? — усмехнулся брат.
Войча кивнул: не позволял. Даже в Ольмине. У него был значок, но в Савмате он оказался без надобности. Не водить же десяток кметов под Кеевым Орлом!
— Ничего, Войчемир. Завтра ты будешь здесь. Будем считать, что этот Стяг
— наш общий.
— Как? — Войче показалось, что он ослышался. Ему, Кею, отсиживаться тут! Сварг — понятно, он командующий. Войче же полагалось возглавить центр или правый фланг. Он ведь Кей!
Брат понял и улыбнулся:
— Братан! Мечом спешишь помахать? Успеешь! Завтра будет скучно…
Войча хотел обидеться, но вместо этого задумался:
— Завтра… Рацимир не решится напасть
— А ты как думаешь?
С этим оказалось труднее, но Войчемир честно попытался поставить себя на место чернобородого. Он спешит, гонит кметов через лес, но враг уже стоит, выстроив частоколы и засеки, вырыв волчьи ямы…
— А он кружить вокруг будет! Место искать!
— Верно, — Сварг кивнул и поглядел в сторону близкого леса. — Завтра мы с тобой вместе постоим и посмотрим. Ты должен быть готов…
— А я готов, братан! — Войча с удовлетворением вспомнил о Змее, который находился тут же — под рукой. В ответ послышался смех:
— Войча, Войча, голова — два уха!
— Ты еще Зайчей меня обзови, — обиделся Войчемир, тотчас вспомнив злоязыкого Ужика.
— Зайчей пусть тебя Велга называет. Нет, братан, ты должен быть готов возглавить войско.
— А-а… Зачем?
— А затем, Кей Войчемир, что и меня, и тебя могут убить. Но оставшийся выиграет бой.
Войча рассудил, что брат прав. Они на войне.
— Тогда… Скажи, чего ты придумал!
— Не много…— Сварг помолчал, затем встал и расправил плечи. — Пошли!
Они поднялись на холм. Вокруг стояла тьма, лишь слева и справа горели костры-обманки. Впрочем, где стояли отряды, Войчемир, конечно, помнил.
— Впереди лес, там — Рацимир, — Сварг указал рукой на черное пятно, еле заметное в ночной темноте. — Сзади нас — рвы, там конница не пройдет. С флангов — рощи. Здесь холмы. Что он сделает?
— Не знаю, — честно ответил Войча и тотчас устыдился.
— И я не знаю, — согласился брат. — Я бы на его месте вначале бросил небольшие отряды — прощупать нас со всех сторон. Что он узнает?
— Что таки плохо…
