Читаем без скачивания Раненая страна - Стивен Дональдсон

Кавинанта поразило, что Хэмако отождествлял себя с сообществом вейнхимов и в то же время так по-человечески жалел несчастных людей, которые стали жертвами Солнечного Яда. Однако он не смел его перебить.

– К тому же, – сказал Хэмако, справившись с чувствами, – за три дня пустынного солнца до того, как ты попал в западню, вейнхимы вынюхали след Опустошителя.

"След Опустошителя?” Кавинант застонал. Теперь он знал, почему появилась ловушка и откуда взялся паук.

– Мы очень боялись западни. Но, узнав, что человек, попавший в беду, – владелец кольца, вейнхимы бросились к тебе на помощь. Однако расстояние было слишком велико, – повторил Хэмако. – Мы оказались там в тот момент, когда ты сам освободил себя с помощью дикой магии.

«Освободил… – У Кавинанта заныло сердце. – О нет!»

– Твоя рука выглядело ужасно черной, а белое кольцо на пальце излучало серебристый огонь. Веревки сами упали с тебя, и горящие сучья разлетелись в стороны. Отмеченные Солнечным Ядом разбежались в ужасе, как трусливые тараканы. Края ложбины крошились и плавились. И только Вейн стоял посреди огня как ни в чем не бывало. Напор силы свалил тебя наземь. Догадавшись, что ты отравлен ядом, мы принесли тебя сюда, и вейнхимы заботились о тебе – а умения им не занимать, – пока смерть не отступила. Теперь ты в безопасности.

Хэмако замолчал. Взглянув на Кавинанта, он встал и направился к дверному проему.

– Значит, Опустошитель? – прошептал Кавинант.

– След его уже исчез, – тихо ответил Хэмако. – Боюсь, что он выполнил свою задачу.

"Или ты боишься за меня, – с грустью подумал Кавинант. Он не заметил, как Хэмако ушел. Его одолевали невеселые мысли. – Проклятие! Сначала Марид, потом пчелы, а теперь еще и это. Каждая атака все затейливее. И всякий раз в деле присутствует Опустошитель. Ад и кровь! Почему?” Кавинант почувствовал досаду. А как же иначе? Лорд Фоул не желал его смерти и не хотел, чтобы кольцо попало к Опустошителю. Презирающий хотел иного. Ему было нужно, чтобы Кавинант отступился, сам, добровольно, отказался от попытки спасти Страну. Следовательно, цель этих атак состояла в том, чтобы вытянуть из него силу или побудить к насилию, когда он находился в невменяемом состоянии и не соображал, что делает.

«Не соображал, что делает!»

Неужели Презирающий хотел запугать его, чтобы заставить отдать кольцо?

"Гореть ему в аду!” Кавинант всегда боялся своей силы. В прошлом он смирялся с своим странным могуществом только потому, что с его помощью сумел нанести поражение Лорду Фоулу. Однако тогда он не воспользовался им до конца, не прикончил Презирающего, и тот, окрепнув, снова стал угрожать Стране. Кавинант поступил так намеренно, сознательно взял на себя вину за все будущие проделки Лорда Фоула – ибо это было меньшее из двух зол.

"В каждом человеке живет свой Лорд Фоул, – думал Кавинант, – и в бесприютном изгнаннике, сетующем на злосчастную судьбу, и в прокаженном, проклинающем свою болезнь. Единственная возможность избавиться от такой напасти – самоограничение. Нельзя давать себе воли, нельзя поступать безрассудно”. Не сдержи тогда Кавинант свою силу, отдайся он во власть дикой магии – и результат был бы плачевен: в душе родился бы его собственный Лорд Фоул. Но Кавинанта образумила та часть его “я”, которая трезво смотрела на происходящее и предвидела исход битвы. Безграничная сила и слепая ярость помешали бы одержать победу, и он в один миг превратился бы из жертвы в мучителя. Уж кто-кто, а он прекрасно знал, как легко происходит такое превращение.

Поэтому в глубине души он боялся дикой магии, а вернее, своей способности порождать жестокую силу. И именно этот его непонятный дар не давал покоя Презирающему. Яд заставлял его мощь вырываться наружу, усиливал ее стократ, и Кавинант был не в состоянии сопротивляться этому. В подкаменье Мифиль ему с трудом удалось осветить оркрест Сандера, а через два дня он уже мог разрушить камни. Без своей на то воли.

И он по-прежнему не знал, почему так происходит. Возможно, спасая Джоан, он продал свою душу и уже не властен над собой. Но даже если так, он все равно не желал сдаваться. Ведь с каждым разом его сила росла, а вместе с ней росли шансы вновь взять верх над Презирающим.

Опасность заключалась в яде, в потере контроля над собой. Но если Кавинант постарается избегать дальнейших рецидивов и научится владеть собой…

Он был прокаженным, и вся его жизнь подчинялась строжайшей дисциплине. Пусть Лорд Фоул считает, что Кавинант полагается лишь на счастливый случай.

Размышляя таким образом, Кавинант понемногу успокаивался. И так же медленно тело его наливалось здоровьем и бодростью. Дивный запах травы приглушал физическую боль. Вскоре Кавинант уснул.

Разбудил его толчок Хэмако. Кавинант похлопал глазами спросонья и попытался сообразить, сколько же он спал. Похоже, долго. Вокруг ничего не изменилось, но Кавинант был уверен, что времени прошло немало. Тяжело вздохнув, он сел на постели.

– Сколько дней я уже потерял? Хэмако подал Кавинанту большую чашу с темной вязкой жидкостью.

– Ты пробыл среди нас три дня чумного солнца, – ответил он. – Рассветет еще не скоро, но я разбудил тебя, потому что многое хочу показать и рассказать перед твоим уходом. Пей.

"Три дня! О ужас!” Кавинант с мрачным видом отхлебнул из чаши.

И после первого же глотка ощутил прилив бодрости; пальцы, держащие чашу, сразу окрепли. Кавинант взглянул на Хэмако:

– Что это такое?

– Витрим.

Хэмако улыбнулся: больной преобразился на глазах.

– По свойствам он напоминает алианту, но это не сок из нее. Этот напиток вейнхимы делают по собственному рецепту.

Кавинант единым духом осушил чашу и, отдав ее Хэмако, встал.

– Когда я могу уйти? Мне уже нечем оправдывать свою бездеятельность.

– Не сейчас, – ответил Хэмако. – Ты должен остаться. Ненадолго. Уверяю тебя, ты не даром проведешь здесь время.

Он передал чашу вейнхиму, стоящему рядом, и взял у него кожаный мех, который протянул Кавинанту.

– Витрим, – сказал он. – Если пить его понемногу, можно обойтись без пищи целых три дня.

Кавинант благодарно кивнул Хэмако и привязал мех к поясу.

– Томас Кавинант, – сказал Хэмако, – мне жаль, что мы отказались ответить на твои вопросы. Поэтому я хочу, чтобы перед уходом ты узнал о Судьбе вейнхимов. Тогда, возможно, ты поймешь, почему я сказал, что их мудрости можно доверять. Только вот захочешь ли ты это понять?

Кавинант глянул на Хэмако и печально улыбнулся.

– Хэмако, ты спас мне жизнь. Я могу быть полным идиотом, но все же в состоянии оценить то, что ты для меня сделал. Я попытаюсь понять все, что ты мне расскажешь. – Он помолчал и добавил: