Читаем без скачивания Раненая страна - Стивен Дональдсон

Она неподвижно лежала на соломе, пока бесстрастное время текло над ней и гранитным колоссом Ревелстоуна. Она ощущала себя разбитой бутылью и не могла наполнить свою душу заново. Ее мучил страх – отвратительный животный страх. Она боялась что-либо предпринять, боялась даже подумать о каком-то усилии. Ей ничего не хотелось, кроме тишины, покоя и забвения. Но она не находила всего этого. Попав в преддверие ада, она блуждала в пустоте и ждала, чем кончится эта мука, которая разрывала ее на части.

Охранники приносили ей гнилую пищу и тухлую воду, но она не замечала их, отрешившись от всего. Линден не слышала лязга железной двери, звучавшего всякий раз, когда появлялись охранники; когда приводили новых заключенных и уводили на казнь. Этот звук ничего не означал. В тюрьме никто не говорил. Она тосковала по голосам. Она искала какой-нибудь образ, чтобы сохранить рассудок, – какое-нибудь имя или слово, чтобы вернуть свое потерянное “я”. Но Линден позабыла все имена и образы. А слов ей никто не говорил.

И все же как-то раз послышался голос – вернее, крик, как будто какой-то заключенный вырвался на свободу. Услышав его, она стряхнула с себя оцепенение. Преодолевая слабость, появившуюся от неподвижности и постоянного недоедания, Линден, словно калека, поползла к двери.

Монотонный голос был незнакомым, однако Линден чувствовала к нему такую благодарность, что поначалу с трудом разбирала слова. Она прильнула к прутьям решетки и прислушалась.

– Я приветствую тебя, юр-Лорд, – говорил чей-то голос. – Томас Кавинант! Неверящий и Обладатель белого золота! Тебя помнят среди харучаев.

Говоривший произносил слова твердо и отчетливо.

– Я Бринн. Ты пришел, чтобы выпустить нас на свободу?

Кавинант! Линден хотела прокричать это имя, но из пересохшего горла не вырвалось и звука.

В следующий миг она услышала звук удара по телу. Кавинант! Тело упало на каменный пол. Вокруг него собрались охранники. Линден поднялась на цыпочки и, прижавшись лицом к прутьям, попыталась что-нибудь увидеть, но в поле ее зрения никого не оказалось. Через несколько секунд послышались грузные шаги людей, обремененных тяжелой ношей. Дверь тюрьмы отворилась и захлопнулась. Несчастную Линден вновь объяла тишина.

Ей хотелось зарыдать, но она знала, что слезами горю не поможешь. Линден услышала имя, которое заполнило пустоту ее души. Кавинант! Беспомощность и надежда. Кавинант жив. Он здесь. Он спасет ее. Вот только как он узнает, что ее надо спасать из застенков Верных?

Какое-то время, ужасно долгое и мучительное, она сидела у двери и беззвучно плакала. В ее памяти возник образ Кавинанта. Он улыбался Джоан. Несмотря на свою беззащитность, он казался неуязвимым и чертовски сильным. А что, если охранники убили его?

Наверное, убили. Но нет! Они не могли его убить! Кавинант пробудил в ней надежду. Она по крупицам собирала прежнюю Линден, чтобы снова стать такой, какой была во время их первой встречи. Когда слезы иссякли, она подползла к чаше с водой, осушила ее и съела, сколько смогла, зловонной тюремной пищи. Опустившись на соломенный тюфяк, Линден закрыла глаза и тут же заснула.

Ее разбудил лязг железа: кто-то отодвигал запоры на железной двери. Линден скатилась с тюфяка и вскочила на ноги. Ее сердце бешено заколотилось в груди. Кавинант…

Дверь открылась, и в камеру вошел Опустошитель.

Там, где мантия обнажала его тело, она видела лишь темную пустоту. От него исходило такое мощное излучение Зла, что Линден не ощущала его физической сущности. Зло заполнило все пространство между ними и прижало ее спиной к стене. От Опустошителя воняло Маридом и кровожадностью пчел. От него несло безумием Джоан. Зловонное дыхание пропитало воздух запахом гниющей плоти, рвотной массы и кучи свежего дерьма. Даже от его голоса несло тошнотворной смрадной гнилью.

– Оказалось, что твои спутники лгали, – сказал Опустошитель. – Я удивлен. До сих пор я думал, что люди Страны трусливы, как дети. Впрочем, это не имеет значения. Убийство трусов и детей не приносит мне большого удовольствия. Я предпочитаю иметь дело с безрассудной смелостью. К счастью, Неверящий не попытался освободить тебя.

Опустошитель презрительно усмехнулся:

– Он еще не знает о твоем бедственном положении. Линден вжалась в стену, будто хотела скрыться за обтесанным гранитом. Это инстинктивное движение не ушло от внимания злодея. Она испуганно смотрела ему в глаза. Его взгляд впивался в нее, сжимал леденящей хваткой сердце и опалял истерзанную душу огнем лютой злобы.

– Но и он не имеет для меня никакого значения, – продолжал Опустошитель, и от его голоса веяло могильной сыростью. – Важно только его кольцо. У него нет иного выбора, как только отдать его мне. Он уже принес себя в жертву ради продажной сучки, и отныне ни одна сила под Аркой Времени не сможет помочь ему. Нет, Линден Эвери. Оставь все мысли о Томасе Кавинанте, ибо основное проклятие Страны ляжет на твои плечи!

Нет! Линден не могла защититься от таких сильных чар. Тьма, клубившаяся вокруг нее, казалась густой и тяжкой, как боль ребенка, потерявшего родителей. Нет! Ни за что на свете!

– Ты избрана для особого осквернения. Ты будешь главенствовать в Стране, как главенствует железо, превращая землю в руины.

Его слова марали душу Линден, словно липкая грязь.

– Тебя избрали, Линден Эвери, потому что ты можешь видеть. Тебе доступно то, что не замечает никто другой. Ты открыта для Зла и поэтому будешь первой. Твои глаза, уши и руки помогут совершать то, что потребует от тебя Презирающий. Разрушение станет делом твоей жизни. Я постараюсь, чтобы ты нашла вкус в этом веселом занятии. Но хочу тебя предостеречь. Теперь ты знаешь свое предназначение, и тебе не удастся от него уклоняться. Любое твое сопротивление обречено на провал. Лорд Фоул уже выиграл эту битву.

"Нет. Я тебе не верю!” Линден была врачом. Никто не мог заставить ее служить разрушению и смерти. Ни одна сила, ни одна хитрость, никакое внушение не могли превратить разумного человека в монстра. “Нет! Никогда!” Поток слов захлестнул ее и вырвался наружу.

– Вы больны, – прошептала она. – Это болезнь, которая называется манией. Ваш разум гибнет от физиологического сумасшествия. Химический дисбаланс в коре головного мозга. Вы просто не знаете, о чем говорите. Я не верю в Зло!

– Не веришь в Зло? Опустошитель немного смутился.

– Вот уж, воистину! Ну, эту-то ложь я могу опровергнуть.

Он приблизился к ней, и от него повеяло дыханием смерти. – О-о! Да ты убила человека! Разве это не Зло? Опустошитель сделал движение, словно хотел ее обнять. Но он не имел ни рук, ни лица. Сверкающее нечто в рукавах его мантии протянулось к Линден и погладило ее по щеке.