Монстр закричал и попытался вырвать «щепку», вонзившуюся в его водяной глаз. Увы, пальцами, больше похожими на ледяные деревья, не очень то ухватишься за семнадцати дюймовый снаряд. Чем сильнее гигант старался вытащить занозу, тем глубже загонял её внутрь, причиняя себе еще большую боль. Адамантий жег его подобно раскалённым углям, а рунная вязь на древке, чья магия призвана сковывать движения, лишь нарушала координацию движений, но и этого хватило чтобы гигант обезумел.
Держась за глаз левой рукой, правой он беспорядочно размахивал, пытаясь задеть Странников. Но чем сильнее был замах, тем больше времени у «Пней» оставалось, чтобы увернуться от страшного удара, превращающего стены ущелья в каменное крошево и сотрясавшие весь перевал. Снег беспрестанно сыпался, превратившись в стену белого дождя.
— Да он так лавину запустит! — заорал Мервин, глядя на то, как на самом верху собираются темные облака, бывшие на самом деле снежным валом, спускающимся с вершины.
Тулепс, не отвлекаясь на обсуждение плана, продолжал обстреливать гиганта не позволяя тому отнять вторую руку от лица. Адамантиевые стрелы находили каждую щелочку, забирались в любую прорезь, летели под самыми невероятными углами, но неизменно находили путь, приводивший их к затопленной водой глазнице. Семь снарядов вонзились в глаза Гиганта, ослепив и разъярив его. Он опирался на здоровую ногу и ревел, обращая в лед казалось бы сам воздух.
Огромная рука, украшенная ледяными когтями, оставляла длинные, глубокие борозды на камне и со свистом проходила в каких-то дюймах от щита Мервина. Мочалка не сомневался, что не выдержит мощь прямого столкновения с зачарованным льдом. И все же защитник отряда не сделал ни шагу назад, все так же удерживая щит перед собой. Тяжелая секира покачивалась в правой руке и рыцарь ждал лишь одного — приказа.
Закончив обсуждение, Мери впервые в жизни сделала шаг назад. В этой битве её легкая, молниеносная рапира не принесла бы особой пользы. В этот раз Березка была вынуждена отойти в тыл, позволив соратникам закончить схватку без неё. И этот шаг, да чего там — всего лишь шажок, о, мое вам слово, он дался Мери куда сложнее самой кровавой и страшной бойни. Для некоторых людей отступить перед лицом смертельной опасности было еще страшнее, чем отважно взглянуть в это самое лицо. Не сомневайтесь, предводительница «Бродячих Пней» была именно из таких людей.
— Эш, Алиса, — Мервин натянул тетиву и вокруг стрелы закружился танец призрачных теней. Одно из умений лучников, носившее слишком пафосное название чтобы его упоминать. — Я хочу, чтобы по моему сигналу вы сотворили с этой стрелой все, что сможете.
Магики кивнули и принялись нашептывать заклятья.
— Лари, ты знаешь, что делать.
Мечник не повел и бровью. Он вернул мечи в ножны, скрестил руки перед собой, правую кладя на левую рукоять, а левую, соответственно, на правую. Вокруг его ног вновь зацвел алый бутон, заставивший Эша невольно вздрогнуть. Не так часто Пепел сталкивался с тем, что способно его убить. Но за последние несколько месяцев случаи подобных встреч неприятно участились. Впрочем, об этом цветочник подумает потом, сейчас ему необходимо сосредоточиться на чарах, а как мы знаем чары и заклинания никогда не были его сильной стороной.
— Давай! — выкрикнул Тул, спуская тетиву.
Стрела, закрутившаяся черным буром, полетела прямо в горло гиганту. Первой чары высвободила Алиса и черный покров, окутавший стрелу, засверкал золотистыми искрами. Вслед за «святым» заклинанием на свободу вырвалось и огненное. Пламя яростно взревело и словно недовольно обняла стрелу, заставляя «Пней» сощуриться от сиявшего разноцветия.
Снаряд, сопровожденный и усиленный магией, глубоко прошил ледяное горло и Эш не сомневался, что адамантиевый наконечник показался с другой стороны. Гигант захрипел и затрясся, зажимая обеими руками рану. Это именно то, что требовалось Мервину и Лари.
— Поющий удар! — выкрикнул Криволапый.
Его руки смазались в скоростном выпаде и с лезвий клинков сорвались две алые полоски. Ущелье на миг заполнила странная, чарующая мелодия, но вскоре на смену ей пришел чудовищный треск. Он не дотягивал до метафоры «небо раскололось», но все же был достоин своего законного места в истории.
Мечник тяжело дышал, а по уголку рта резво бежала струйка крови. Впрочем, в этот раз на этом страдания Лари и закончились. Никаких переломов, выкрученных костей, порванных связок и бесчисленных порезов. Видимо безумные тренировки, коими себя истязал Криволапый, даром не прошли.
— Раззудись плечо! — не своим голосом заорал Мервин.
Соперничая с гигантом в широте глотке и глубине легких, Мочалка, продолжая кричать, ринулся в атаку. Крыло Дракона, прикрывавшее отряд, обернулось прозрачной, мерцающей медвежье мордой. Мочалка бежал по снегу со скоростью неприсущей его комплекции и невозможной при полном латном обмундировании. Эш не сомневался в том, что рыцарь применил какое-то умение. Вот только о подобном финте Пепел никогда не слышал и уж точно никогда не был свидетелем тому, что произошло чуть позднее.
Малорослый Мервин, создавший перед собой много футовую медвежью морду, столкнулся с исполином, чью подраненную ногу мгновением раньше перерубил Лари. Раздался глухой, чавкающий звук, а следом гигант покачнулся и потерял равновесие. Разбрасывая в сторону снег, камни и лед, он с ревом рухнул в бездонную пропасть. Крик его еще долго гулял эхом среди скал, а Эш так и стоял пораженный.
«Бродячие Пни» определенно заслуживали свою репутацию, ушедшую далеко вперед их самих. Во всех уголках континента, поминая безумцев, зачастую в качестве примера использовали отряд с забавной, но известной эмблемой. Когда в Лесу Теней Лари прокатился на стреле, Эш счел это не более чем фарсом. Но теперь увидев, как своеобразный маленький Мервин поразил щитом огромного гиганта… Что ж, Пепел был рад тому, что его спутники оказались намного сильнее, чем он считал.
— Делов-то, — сплюнул Мервин, буквально источавший браваду и бахвальство.
«Пни» заулыбались и принялись поздравлять друг друга с победой. Кажется, никого не волновало, что победа получилась Пиррова. Конечно гиганта они завалили, спору нет, но вот вместе с тушей в пропасть улетели и его ледяные слезы, ценящиеся алхимиками унция к десяти золотым.
— Удача на нашей стороне, — Тулепс хлопнул Лари по спине и убрал колчан подальше от Мери.
А ну как начнет пересчитывать и поймет, что на убийство гиганта было потрачено почти десяток дорогущих боеприпасов. Тут если не истерика, то точно марш-бросок до Огненных Гор и сам демон не брат, товарищ и вообще не страшнее белого кролика. В погоне за наживой и прибылью Березка даже самого короля на копье поставит, а потом еще и проценты пожизненно будет требовать.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
