– Слышь, ты, вообще…
– Тебе череп жмет? Еще слово – и нету Зайки, ясно? Лег, я сказал, быстро! Руки за спину, запястья на жопе скрести! Вот так, молодец какой.
Эй, подруга? Ты жива там? – Я неотрывно смотрел на мужика, но краем глаза увидел, что Белоснежка приподнялась и, хватая воздух ртом как рыба, попыталась отползти к стене. Быстро глянул на нее – на вопрос отреагировала, кивнула. – Ремень есть у тебя? Есть? Давай быстрее тогда, вынимай и руки ему стяни. Давай-давай! – Но подгонять девушку и не надо было – она быстро пришла в себя. Вытащила ремень из джинсов и в нерешительности остановилась у лежащего.
– Слышь, дружище, лучше тихонько лежи, хоть чуть дернешься, сразу стреляю, – я присел на одно колено и взял пистолет двумя руками, пристально вглядываясь в лицо Зайки, – тот лежал на животе, повернув голову. Когда я присел, он приподнялся чуть, пытаясь мне в глаза заглянуть. К его щеке прилипло несколько щербинок сухой грязи с пола.
Как только девушка стянула ему руки, я осторожно подошел, проверил. Молодец, хорошо навязала. Метнулся к верстаку, схватил моток проводов, еще раз перетянул лежащему руки, для верности, потом щиколотки. Завертел головой в поисках тряпки на кляп.
– Ты понимаешь, что тебе не жить, придурок? – послышалось злобное шипение.
Не смог он лежать спокойно. А зря – меня от его слов как током ударило. Время опять замедлилось, и я удивленно смотрел, как медленно у него пар при дыхании изо рта выходит.
– Убьешь, что ли? – присел я рядом с ним на одно колено.
– Я тебе ноги вырву, понял? – Зайка не говорил, шипел с ненавистью. А ведь и правда убьет – пронзило меня мыслью.
Лучше б он молчал, чем говорил. От принятого решения у меня внутри все похолодело, заледенело даже. Я тихо, так чтобы он не видел, положил пистолет на пол и выпрямился. Достал нож – в подсумке лежал, так что сидя было бы неудобно доставать. Руки не дрожали, но сейчас я наблюдал за собой будто со стороны.
Много раз слышал до этого – совершил убийство в состоянии аффекта. Вот и я сейчас, того, в состоянии аффекта. Ничего не говоря, резко присел, схватил лежащего за волосы и воткнул нож в шею под ухом. Брызнуло, будто шланг прорвало, и моя рука сразу оказалась вся в крови. Зайка задергался, а я в панике, как неопытный водитель, который вместо тормоза сильнее на газ жмет, резко потянул за волосы и еще больше надавил на рукоятку. Скрип лезвия по кости прочувствовал каждой клеточкой своего тела.
Вскочил как ошпаренный, отпрыгнув от сучащего ногами тела и держа окровавленную руку на отлете. Нож в шее так и остался. Содержимое моего желудка рванулось вверх, и сдержаться получилось неимоверным усилием. Сглотнув появившийся во рту вкус желчи, я с силой зажмурился на секунду, до боли.
Так, рефлексировать потом будем, не до этого сейчас – помотал головой, сгоняя заторможенность. Присел и вытер руки полой кителя Зайки. Ноги его уже почти не дергались, лишь чуть-чуть. Старался внимание на это не обращать. Начал было вытирать кровь и с ногтей, и между пальцев, но потом опомнился – времени и так мало. Осмотрелся вокруг еще раз, увидел большие жестяные банки с потеками краски, и сразу в голову пришло решение. Сжигаем улики – в буквальном смысле слова.
Почти прыгнул к стене – постучал, капитальная. Метнулся к другой – а это перегородка, авось и выгорит затея. Рванулся к верстаку, схватил стоящие там несколько банок с краской и лаком. Бутылку растворителя разбил об верстак. Набросал деревянных лопат, сорвал со стены несколько плакатов, бросил на краску. Достал из кармана зажигалку – вот и пригодилась.
Когда пламя бодро занялось, выругался на себя последними словами и метнулся к телу. Перевернул, стараясь не смотреть на окровавленную шею, и выдернул из кобуры на поясе пистолет, потом запасной магазин. Передернул затвор – мелькнуло, но выскочивший патрон искать даже не стал. Поднял свой ПМ и подбежал к Белоснежке, которая все это время безмолвно стояла, прислонившись к двери и руками себя обхватив. Взял девушку за плечи. Даже не взял, а прислонил руки к ее плечам – так и держал два пистолета.
– Ты в норме? – спросил быстро я. Она не ответила, но кивнула в ответ. Глаза как блюдца, но соображает, судя по виду.
– Бежать сможешь? – В ответ еще кивок.
– А стрелять? – Та же самая реакция.
Вот и поговорили. Я протянул Белоснежке свой пистолет, поставив на предохранитель.
– Снимать вот так, если что, о’кей? – Девушка опять кивнула, говорить явно не может. Или не хочет.
Куча у верстака уже хорошо разгорелась. Вдруг мне стало дико страшно от своих действий. Но только на мгновение – даже бояться сейчас некогда. Я выглянул в коридор – никого. Схватил Белоснежку за руку и поволок ее за собой. Дверь в комнату оставил чуть приоткрытой, чтоб воздуха огню хватало. Подходя к лестнице, обернулся к девушке:
– Сейчас выходишь на улицу, дверь прямо здесь, на лестнице. Беги за угол, старайся только никому на глаза не попасться. Жди так, чтоб машину нашу видеть. Если мы не появимся минут через пять-семь, тогда сваливай. Ты вроде местная, не пропадешь, надеюсь. Ясно? – Ее реакция была предсказуемой, вновь кивок. – Тогда погнали, – подтолкнул я девушку в плечо.
Вышли на лестницу – никого нет, фартит несказанно. Несколько ступенек – и мы оказались у двери. Я выглянул первым, оглядев пустынный темный двор. Кивнул девушке, и она выбежала на улицу. Не удержался, скользнул по ней взглядом сзади.
Убрав пистолет Зайки в карман, вышел в коридор первого этажа и со спокойным независимым видом пошел в сторону комнаты с парнями. Капитан за стойкой беседовал с усатым мужиком в дубленке, по мне взглядом лишь мазнув. Миновав коридор к столовой, я подошел к двери, остановился на секунду. Тут же почувствовал, как сердце в груди заходится, а в кончиках пальцев даже закололо от переизбытка адреналина.
Я вдохнул, как перед прыжком в воду, и зашел. И сердце, вроде успокоившееся, чуть не выпрыгнуло из груди, но от радости – из троих остававшихся в момент моего ухода ментов только один остался. Тот самый, который про Васильева объяснял.
Геша примостился в углу, ковыряясь в ухе мизинцем, Жека сидел чуть поодаль рядом с Надей, все еще успокаивая ее. Полицейский, расположившись в углу, чистил оружие. Шаристый – вроде и при деле, и невзначай за парнями пасет.
Везение пока прет – я заходил собираясь всех лицом в пол положить под угрозой пистолета, но сразу передумал.
– Леха, тебе Сергей Юрьевич передал, просил посмотреть, – зашагал я к полицейскому, снимая подсумок с плеча. Держа его левой рукой, протянул вперед. Он посмотрел недоуменно, в темноте не видно, что я должен передать, но потянул руку, чтобы взять. Правая моя рука в этот момент нырнула в карман, ребристая рукоятка пистолета прыгнула в ладонь. Левую руку с подсумком чуть замедлил, и, когда Леха наклонился вперед за протянутой вещью, моя рука с пистолетом просто выпрыгнула из кармана. Плотный звук удара, голова полицейского дернулась, и обмякшее тело упало на пол. Не помер бы – отстраненно мелькнула мысль – в висок рукояткой ударил. Я опять посмотрел на себя будто со стороны и удивился – еще несколько дней назад на такое был просто не способен. Ни морально, ни физически.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
