Читаем без скачивания Истории, рассказанные у камина (сборник) - Артур Дойл

К встрече месье Караталя в Ливерпуле я подготовился заранее. Для меня не упустить момент было очень важно, поскольку, как я подозревал, он договорился, чтобы в Лондоне ему выделили надежную охрану. В моем распоряжении было лишь время между тем, как он сойдет на берег в ливерпульском порту, и тем, когда прибудет на лондонский вокзал компании «Лондон энд Вест-коаст». Мы разработали шесть планов, каждый изощреннее предыдущего. Какой из них мы пустим в ход, зависело от его действий. Как бы он ни повел себя в Ливерпуле, мы были ко всему готовы. Если бы он решил там задержаться, мы знали, что делать. Если бы поехал обычным пассажирским поездом, экспрессом или спецрейсом – на каждый из этих вариантов у нас был разработан свой план. Все было предусмотрено, ловушки расставлены на всех направлениях.

Вы, конечно, понимаете, что в одиночку я бы со всем этим не справился. Что я мог знать об устройстве английских железных дорог? Но если у тебя есть деньги, ты найдешь преданных помощников в любой точке мира, и вскоре на меня уже работал один из умнейших людей Англии. Имен называть я не буду, но было бы несправедливо приписывать успех исключительно своим заслугам. Мой английский союзник был достоин работать со мной. Он прекрасно знал линию Лондон – Западное побережье, и в его распоряжении была группа рабочих, неглупых и преданных ему людей. Идея принадлежала ему, со мной он лишь согласовал кое-какие детали. Мы подкупили некоторых работников железной дороги, среди которых самым важным был Джеймс Макферсон (он считал, что именно его скорее всего назначат проводником на спецрейс). Смит, кочегар, тоже работал на нас. Мы попробовали найти подходы и к Джону Слейтеру, машинисту, но выяснилось, что он человек принципиальный и поэтому для нас опасный, так что мы отступились. Мы не были уверены, что месье Караталь поедет именно спецрейсом, но считали это самым вероятным, потому что ему нужно было добраться до Парижа как можно скорее. Поэтому именно к этому мы готовились тщательнее всего, и приготовления эти, вплоть до мельчайших деталей, были продуманы и закончены задолго до того, как пароход, на котором он плыл, достиг берегов Англии. Между прочим, на лоцманском катере, который подводил этот пароход к причалу, тоже находился мой агент.

Как только Караталь прибыл в Ливерпуль, мы уже не сомневались, что он почувствовал опасность и все время был настороже. С собой он привез охранника, опасного парня по имени Гомес. Этот человек имел при себе оружие и мог пустить его в ход при первом же подозрении. Именно в его руках находились бумаги Караталя, и он был готов защищать и их, и своего хозяина. Мы решили, что Караталь, скорее всего, посвятил в свои тайны Гомеса, поэтому устранить Караталя, не устранив Гомеса, было бы пустой тратой сил. Их должна постичь одна участь, так что они сами облегчили нам задачу, когда заказали спецрейс. Из трех работников на этом поезде два работали на нас. Денег, которые они за это получили, их хватило бы на то, чтобы жить припеваючи до конца своих дней. Не хочу сказать, что англичане – самая честная нация в мире, но я выяснил, что купить их стоит гораздо дороже.

Я уже упоминал своего английского агента (этого человека, несомненно, ждет большое будущее, если только его больное горло не сведет его в могилу раньше времени). Он отвечал за все приготовления в Ливерпуле, пока я сидел в гостинице в Кеньоне, дожидаясь секретного сигнала приступать к действию. Когда был заказан спецрейс, мой агент тут же телеграфировал мне и предупредил, когда все должно быть готово. Он сам под именем Хореса Мура обратился к начальству вокзала с просьбой организовать спецрейс, надеясь, что его посадят в поезд месье Караталя, а это при определенных обстоятельствах могло сослужить нужную службу. Например, если бы наш coup[29] провалился, мой агент застрелил бы их обоих, а документы уничтожил бы. Однако Караталь был начеку и наотрез отказался от попутчика. Тогда мой человек покинул станцию, потом вернулся через другой вход, зашел в служебный вагон с противоположной от платформы стороны и поехал вместе с Макферсоном, проводником.

Однако вам будет интересно узнать, чем в это время занимался я. Все приготовления были завершены за несколько дней до самой операции, оставалось лишь нанести последние штрихи. Выбранная нами боковая ветка когда-то отходила от основной линии, но потом ее отсоединили. Нам требовалось лишь проложить несколько рельсов, чтобы восстановить соединение. Эти рельсы проложили, насколько это было возможно сделать, не привлекая внимания, так что теперь оставалось только присоединить их к основной линии и восстановить стрелки в их прежнем виде. Шпалы вообще оставались на месте со старых времен, а рельсы, стыковые накладки и заклепки были под рукой, мы сняли их с заброшенной ветки неподалеку. Я со своей небольшой, но умелой бригадой рабочих подготовил все задолго до того, как прибыл наш экстренный поезд. Когда же поезд прибыл, на небольшую боковую ветку он свернул так гладко, что оба его пассажира, похоже, даже не почувствовали толчка на стрелках.

Наш план состоял в следующем: Смиту, кочегару, вменялось в обязанность усыпить хлороформом Джона Слейтера, машиниста, чтобы он исчез вместе с остальными. Но в этом – и только в этом! – план наш дал осечку (я не говорю о предательском поступке Макферсона, который написал письмо домой). Наш кочегар оказался таким неуклюжим, что Слейтер во время борьбы вывалился из локомотива, и хоть нам повезло, что при этом он сломал себе шею, это стало единственным пятном на том, что, не случись этого, должно было стать настоящим шедевром, одним из тех, которые заставляют онеметь от восторга. Эксперту-криминалисту должно быть ясно, что Джон Слейтер – единственный изъян в нашей великолепной комбинации. Я, как человек, у которого за плечами столько триумфальных побед, могу себе позволить признать недочеты в своей работе, поэтому открыто признаю: Джон Слейтер – наше упущение.

И все же, как и планировалось, наш экстренный поезд оказался на небольшой ветке длиной два километра, то есть чуть больше одной мили, которая ведет, вернее, когда-то вела к заброшенной шахте «Отрадная», ранее одной из крупнейших угольных шахт в Англии. Вы спросите, почему никто не заметил поезда на старой линии, которая давно не используется? Я отвечу, что по всей длине она проходит по дну глубокой выемки, и для того чтобы увидеть поезд, нужно было подойти к самому ее краю. В это время на краю выемки находился лишь один человек – я. И сейчас я расскажу вам, что я видел.

Один мой помощник остался у стрелок, чтобы перевести поезд на другой путь. С ним были четверо вооруженных людей на тот случай, если поезд сойдет с рельсов (мы не исключали такого варианта, потому что стрелки были очень ржавые). После того, как поезд свернул, ответственность за операцию перешла ко мне. Я ждал на том месте, откуда был виден вход в шахту, и тоже был вооружен, как и двое моих помощников. Как видите, я учел все.